Первое, что я замечаю — в ней очень много костей. А второе…

— Я думал, на вкус будет как курица, — говорит Зандер, воруя мои мысли.

— Немного… отдает рыбой, — добавляю я.

Хок улыбается:

— Видите? Не так уж и ужасно.

Может и не ужасно, но удовольствия — ноль. И дело даже не в костях, а в психологическом факторе.

— Из всего, что мы ели в этом походе, это стоит на одной ступени с опоссумом, — говорю я. Одна только костлявая текстура делает процесс мучительным. Но я заставляю себя проглотить еще кусочек, понимая, что силы мне понадобятся, особенно когда Хок объявляет, что оставшуюся часть дня мы будем идти только в гору.

Я не сразу понимаю, что он имеет в виду это буквально. Мы осознаем это только после обеда, когда выходим к отвесной скале. Только в этот раз она уходит не вниз, а круто вверх.

— Время заняться альпинизмом, — заявляет Хок, доставая из рюкзака крюк-кошку. — Лишние калории от змеи сейчас спасут вам жизнь.

Глава 11

Зандер

Чарли сегодня чуть не погибла.

Эта мысль — единственная, что набатом бьет в моей голове, пока Хок достает из рюкзака альпинистское снаряжение и объясняет следующую задачу.

Если бы я не заметил змею вовремя, если бы не среагировал достаточно быстро, чтобы оттащить её назад, если бы она сделала еще один шаг…

Тридцать минут, сказал Хок. Столько бы ей осталось, если бы змея её ужалила. За это время мы бы ни за что не доставили её в больницу. Она бы умерла — и это было бы на моей совести.

Может, и не напрямую. Но она здесь из-за меня. И то, как она дрожала в моих руках после всего, осознание того, насколько близка была смерть…

— Зандер, ты меня слушаешь?

Я судорожно выдохнул и заставил себя вернуться в настоящее, зная, что нельзя поддаваться этим «а что, если». Чарли не пострадала. Змея мертва. Мы в безопасности. Вот на чем нужно сосредоточиться, а не прокручивать в голове сценарии катастрофы.

— Извини, да, — ответил я Хоку.

Он подозрительно прищурился, явно заметив мою отвлеченность, но лишь сказал:

— Я как раз объяснял, что нам нужно взобраться на этот утес, прежде чем продолжить поход. Это должно быть последнее серьезное препятствие на сегодня.

Он жестом велел нам с Чарли и Бентли отойти, и, когда мы оказались на безопасном расстоянии, несколько раз раскрутил крюк-кошку и запустил его вверх. Ему потребовалось три попытки, прежде чем крюк надежно зацепился за край скалы. Хок проверил натяжение всем своим весом и удовлетворенно кивнул.

— В этот раз я пойду первым, — сказал он. — Внимательно следите за моими движениями, чтобы потом повторить их.

Я принял это предупреждение на свой счет, учитывая, что только что витал в облаках. Я сосредоточился, когда Хок начал показывать, как крепить карабины к веревке и как регулировать ножную петлю.

— Вам также понадобится жумар — зажим, — он поднял металлическое устройство, похожее на зажим. — Держите его в ведущей руке. Когда наступаете в ножную петлю, чтобы подняться, толкайте жумар вверх по веревке. Он фиксируется и не дает вам соскользнуть вниз. Видите?

Он продемонстрировал подъем еще раз, а затем добавил:

— Наденьте шлемы, на случай если я случайно выбью камни. И помните: мы не на гонках. Этот вид лазания задействует все мышцы, так что не стесняйтесь останавливаться и отдыхать.

Как только он это сказал, солнце скрылось. Я удивленно поднял голову: чистое голубое небо затянуло облаками. Здесь они были еще высокими и пушистыми, не представляя угрозы, но вдали виднелись тяжелые темные тучи. Чарли, Хок и Бентли тоже посмотрели в ту сторону с явным беспокойством.

— Дождя еще нет, — заметил Хок, — так что мои слова в силе: не торопитесь. — Он сделал паузу. — Тем не менее, не хотелось бы застрять на полпути под ливнем, так что давайте не будем мешкать без нужды.

Мне не понравилось, как он нахмурился, глядя на тучи, но он быстро взял себя в руки, вставил ногу в петлю и начал подъем. С помощью жумара он подтягивался вверх, используя свободную ногу, чтобы цепляться за выступы в скале, и попутно комментируя свои действия. Со стороны это казалось легким делом. Вскоре он уже перевалил через край утеса, исчез из виду на пару секунд, а потом снова высунулся и крикнул нам вниз:

— Кто следующий?

Чарли мрачно посмотрела на меня — Камень, ножницы, бумага?

Мы сыграли до двух побед. Я выиграл, но не успел понять, значит ли это, что я лезу первым или вторым, потому что она просто подтолкнула меня вперед. Интересно, поступила бы она так же, если бы выиграла сама?

Первые несколько попыток оказались провальными: я беспорядочно болтался на веревке, отчаянно пытаясь протолкнуть жумар выше. Но со временем мне удалось поймать ритм. Это была тяжелая работа: пресс горел, ноги сводило судорогой, а пальцы онемели от напряжения. Кажется, мой личный тренер нагло врал мне насчет моей «отличной формы», потому что, когда наконец перевалил через край и распластался на выступе, я был потным, стонущим от боли куском мяса, не способным пошевелить и пальцем.

Чарли приползла в таком же состоянии. Она выплескивала целый каскад цветистых ругательств между хриплыми вдохами, растирая руки и бросая на Хока испепеляющие взгляды. Но в её фиолетовых глазах горела искра, которой я не видел при нашей первой встрече. Я замечал это в ней последние два дня: она словно оживала здесь, в глуши. Каждое преодоленное препятствие что-то меняло внутри неё, заставляя её раскрываться всё больше.

Когда к нам присоединился Бентли, его подъем был куда быстрее нашего, мы устроили привал. Пили воду и перекусывали плодами дикого инжира, которые Хок нашел по пути. Наслаждаясь сладким сочным фруктом, я в очередной раз порадовался, что в этом парке полно съедобных растений и нам не приходится выживать только на павших животных. Мертвечины мне хватило на всю оставшуюся жизнь.

Мы уже собирались продолжить путь, когда кусты зашуршали, и к нам вышли Скарлетт и здоровяк Хакс. Оба были со снаряжением — значит, им тоже пришлось карабкаться на скалу, так как машины здесь не прошли бы. Хакс сразу направился к Хоку проверить нашу веревку. Но я смотрел на Скарлетт. Потому что выражение её лица…

— У нас проблема, — сказала она, и мы все тут же подобрались.

— Погода? — догадался Хок, глядя на угрожающие тучи, которые подбирались всё ближе.

— Ветер сменил направление, так что шторм ударит прямо по нам, — сообщила Скарлетт. — Говорят, будет сильный ливень, но он пройдет быстро. К утру небо должно проясниться.

— Ну, хотя бы так, — пробормотал Хок, скрестив руки на груди. — С нами всё будет в порядке: мы походим еще пару часов, а когда поднимемся выше, найдем пещеру или навес. Но я так понимаю, тебе нужно отозвать группу?

— Если мы этого не сделаем, нас может отрезать наводнением, — подтвердила Скарлетт. — Будь машины проходимее, мы бы рискнули, но с таким прогнозом осадков… — Она покачала головой. — Нам нужно отступить и найти безопасное место, чтобы переждать. Это значит, что завтра нам потребуется больше времени, чтобы добраться до вас. Какое-то время вы будете предоставлены сами себе. Вероятно, до позднего вечера. В худшем случае, если дождь будет сильнее или паводок не сойдет вовремя, мы встретимся только в точке эвакуации в пятницу. Справитесь одни следующие два дня?

Она пристально смотрела на Хока, словно передавая ему какое-то безмолвное сообщение, но он лишь ответил:

— У нас есть всё необходимое. Занимайся безопасностью группы и не переживай за нас. — Он вытер сок инжира с бороды. — Ты же знаешь, мы планируем такие походы так, чтобы поддержка была нужна только в экстренных случаях. Мы просто постараемся обойтись без них.

Слыша его уверенный тон, я невольно задумался, что в его понимании считается «экстренным случаем»? Нападение самой ядовитой змеи в мире, видимо, не считается — он даже не упомянул об этом Скарлетт.