– Мне правда очень срочно!

Мёнвон была из тех, кто плачет от злости. Когда она очень злилась, даже слова не могла вымолвить. И сейчас был именно такой момент. Эмоции захлестнули её, глаза покраснели. При виде девчонки, у которой мгновенно навернулись слёзы, парень явно почувствовал себя неловко. Что это? «Может, если запла'чу, он вернёт велосипед?» На секунду в ней затеплилась надежда. Но парень лишь отвёл взгляд и пробормотал:

– Извини, но я правда очень спешу.

Чёрт! Да он совсем ненормальный!

Парень снова нажал на педаль. Казалось, он готов ехать прямо так, толкая Мёнвон, которая продолжала держаться за руль. Слёзы хлынули градом, и она, недолго думая, запрыгнула на багажник. Незнакомец, уже начавший крутить педали, резко остановился и обернулся:

– Ты что, поедешь со мной?

– Это мой велосипед! – выкрикнула Мёнвон сквозь слёзы.

– Завтра я его верну. Может, слезешь?

– У-у-а-а! – она окончательно разрыдалась.

Мёнвон хотела чётко объяснить и доказать, что это её велосипед, но ничего не получалось. Она плакала от бессилия и несправедливости.

Ещё крепче вцепившись в багажник, она понимала, что не может просто так отпустить чужака на своём велосипеде. Разговор не клеился, объясниться не удавалось, и других способов удержать свою собственность попросту не оставалось – только вцепиться и не слезать.

– Ну, вместе ехать – это уже слишком…

– Это мой велик! – всхлипнула она. – С какой стати я должна слезать?!

– Э-э… – парень явно растерялся, глядя на Мёнвон, рыдающую в три ручья. – Собираешься ехать со мной?

– Ты же не отдаёшь… У-а-а-а!

Велосипед рванул с места. В панике Мёнвон обхватила парня за талию, но тут же отдёрнула руки, вцепившись в багажник. Незнакомец начал крутить педали, даже не дослушав её.

Запрыгивая на багажник, Мёнвон рассчитывала, что парень сдастся и слезет с велосипеда. Кто бы мог подумать, что он так внезапно сорвётся с места? Только сейчас, оказавшись в компании незнакомца, она осознала всю глупость своего поступка. Оставалось лишь молиться богам, чтобы всё обошлось.

Велосипед остановился у старого здания на окраине района. Это было обветшалое строение из красного кирпича. На первом этаже располагалась закрытая мастерская, а на окнах второго этажа, где находился какой-то магазин, висели странные баннеры: «Поможем вернуть долги», «Покупаем золотые коронки». В округе не было ни души, словно весь район вымер.

Мёнвон стало не по себе. Ей почему-то казалось, что место, где скупают золотые коронки, вполне может заниматься и другими, не менее сомнительными сделками.

Пока она осматривалась, парень заговорил:

– Я ненадолго.

Его голос прозвучал так мягко, что Мёнвон чуть было не кивнула в ответ. Развернувшись, он вошёл в передвижную будку перед зданием. Снаружи та выглядела как палатка гадалки с картами Таро. Что ему понадобилось в таком месте? Будка была полностью затянута брезентом, разглядеть что-либо внутри казалось невозможным. Как только парень скрылся, Мёнвон тут же села на велосипед. Нечего тут ждать. Быстро окинув взглядом будку, она без колебаний поставила ноги на педали и рванула с места. Колёса безжалостно вращались, волосы растрепались на ветру, но она не могла сбавить скорость. Нужно было уехать отсюда как можно быстрее и дальше.

Мёнвон мчалась из последних сил по улицам с потухшими витринами и редкими фонарями. Когда они ехали сюда, дорога шла под уклон, теперь же ей приходилось взбираться в гору.

– Чёрт!

Скривившись от напряжения, она приподнялась с седла и начала раскачивать тело влево-вправо, пытаясь одолеть подъём. Горячее дыхание вырывалось из груди. Она не знала, чем именно был занят парень в той будке, но для неё это больше не имело значения. Она просто хотела убраться отсюда как можно дальше, словно пыталась выбраться из чужого мира, в который случайно попала.

✯

– Эй, Ки Мёнвон!

Бах! Дверь читального зала распахнулась. Хозяйка восьмого места вытаращила глаза и обернулась на громкий звук. Она злобно посмотрела в сторону нарушителя, но Суён, не замечая этого взгляда, уверенно направилась прямо к Мёнвон. Такое пренебрежение правилами читального зала сильно смутило подругу.

В обычной ситуации Мёнвон бы крикнула в ответ: «Чего тебе?!» – но сейчас обстановка явно не располагала к подобному. Вместо вопросов она приложила палец к губам, призывая говорить тише. Но Суён, не обращая на это внимания, возбуждённо шлёпнула на стол какую-то листовку.

– Ты это видела?

– Извините… – хозяйка восьмого места приглушённым ровным голосом обратилась к Суён, но та даже ухом не повела. Мёнвон почувствовала, как вспотела, оказавшись меж двух огней.

– Что там у тебя? Давай выйдем в коридор, – Мёнвон взяла Суён за руку и поднялась, но та внезапно надавила ей на плечи, усаживая обратно, и поднесла листок прямо к лицу.

– Я спрашиваю, ты это видела?!

– Можно потише! – Девушка с восьмого места повысила голос.

Мёнвон мельком взглянула назад, но затем перевела взгляд на бумагу в руках Суён.

– Суён, ты вообще понимаешь, как громко… – она хотела добавить «говоришь», но, увидев рисунок на листке, потеряла дар речи. Мёнвон несколько раз моргнула, а потом её глаза расширились.

– С ума сойти! Это что такое? – закричала она ещё громче Суён.

– Соблюдайте тишину!

Шум привлёк внимание администратора, который уже спешил к ним.

– Что у вас тут происходит?

Хозяйка восьмого места сверлила Суён взглядом, но та не обращала внимания ни на кого, кроме Мёнвон. Администратор переводил взгляд с одной девушки на другую, а Мёнвон не могла оторвать глаз от бумаги. На листовке крупными буквами было написано красным маркером: «Разыскивается человек», а под этой надписью красовался весьма умело выполненный рисунок, изображавший Мёнвон. Странным было то, что, кроме надписи «Разыскивается человек», на листовке не было никаких контактных данных.

– Ты где это нашла? – спросила Мёнвон.

Сегодня Суён в читальный зал подвозила мама. «Позвони мне после занятий», – сказала она дочке, и та, кивнув, вышла из машины. Закинув рюкзак за плечо, Суён направилась к зданию, но у входа её внимание привлекло огромное количество листовок на стенах. «Какая грязь…» – мелькнула мысль, когда она проходила мимо. Но что-то заставило её остановиться и обернуться. Присмотревшись к рисункам, сделанным от руки, она узнала знакомые черты: округлое каре до ушей, как у Мёнвон, кругловатое лицо, прямые брови и необычно большие, круглые глаза. Надо же, прямо вылитая Мёнвон. А когда она заметила на шее у нарисованной фигуры наушники с наклейкой котика, сомнений не осталось – разыскивали именно её подругу.

Не раздумывая, она начала срывать со стены листовки, которые были приклеены в несколько слоёв. Суён не знала, в чём дело, но поиск человека таким способом казался ей неправильным. Разорвав листы в клочья, она выбросила их в мусорное ведро, оставив лишь один.

– Ты что, кому-то денег должна? – спросила Суён в комнате отдыха, разглаживая на столе мятый рисунок.

Мёнвон, которая сидела, скрестив руки и нахмурившись, покачала головой. Суён задумчиво вздохнула. Всё это казалось слишком странным и неправдоподобным. Жизнь Мёнвон была совершенно обычной. Она никогда не брала чужих вещей, не крала кошельков, никого не обижала и не держала ни на кого зла. Но кто-то искал её с таким упорством, что даже нарисовал её портрет и повсюду расклеил листовки.

– Какой придурок устроил такой розыгрыш? – Суён была в ярости.

Мёнвон расцепила руки и пожала плечами.

– У тебя есть догадки, кто это может быть?

Мёнвон закусила губу, в голову ничего не приходило. Рассеянно держась за край стола, она раскачивалась на стуле, приподняв передние ножки. Внезапно потеряв равновесие, она с грохотом опрокинулась назад. Суён испуганно вскочила.

– Эй, ты в порядке?

Мёнвон с мрачным лицом взяла Суён за руку и поднялась.

Поставив стул на место, она села и дотронулась до локтя – нащупала засохшую корочку. В этот момент в голове словно щёлкнуло.