© Блинова М., текст, 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

«…для активации заклинания необходимо, чтобы ведьма была влюблена», – сообщил гримуар.

Я в немом шоке уставилась на пожелтевшую от времени страницу.

– Это еще что за незнакомая со мною строка? – проворчала я и для надежности еще разок пробежалась по рецепту зелья для женской привлекательности.

Нет, странная приписка про влюбленность никуда исчезать не торопилась. Пришлось постучать ноготком по страничке гримуара и вкрадчивым шепотом уточнить:

– Арчи, что за приколы?

Магическая книга взмахнула листами, точно взбешенная птица крыльями. Хлестнула шелковой закладкой по моему указательному пальцу, которым я имела неосторожность воспользоваться для привлечения ее драгоценного внимания, и пропала в ослепительной вспышке телепорта.

– Ай! – несколько запоздало воскликнула я и подула на пострадавший палец.

Вот и какая злая мышь покусала мой дорогой и любимый гримуар?

Кипя от праведного негодования, я уперлась ладонями в край столешницы и отодвинулась от рабочего стола. Ножки стула с грохотом проехались по полу и нервам моей невыносимой светлой соседки.

По закону, принятому после окончания последней магической войны, светлых и темных всегда селили по соседству, чтобы те присматривали друг за другом и не наворотили дел. Но на днях госпожа Светик поняла, что ее методы слежки за конкурентами устарели, и решилась протестировать на себе инновационную разработку светлого ковена. Разработка представляла собой замысловатые сережки с усиливающим слух эффектом и внешне походила на здоровенную ракушку, которую приложили к уху.

Судя по болезненным гримасам на лице соседки, мерещился ей далеко не шум прибоя. Но колдунья не сдавалась. Точнее, по условиям договора была вынуждена тестировать на себе это чудо техники в течение трех дней, и срок истекал сегодня ровно в полночь. Нервы добропорядочной колдуньи за дни тестов натянулись до предела, терпение иссякло, а вот словарный запас заметно пополнился.

В любое другое время я бы даже немного позлорадствовала и, может, подвигала стулом туда-сюда исключительно из природной вредности и врожденного стремления насолить всем представителям света, но сейчас была крайне раздосадована поведением своего гримуара.

Мне завтра зелье привлекательности сдавать, а он устроил не пойми что… Влюбленность, ха!

Да где он видел влюбленных ведьм?

Взбежав по лестнице, я решительно вошла в спальню. Присела возле кровати, дернула нижний ящик тумбочки, где на шелковой алой подушке изволил дуться без всякой на то причины мой гримуар, и грозно уточнила:

– Арчи, что случилось?

Гримуар с возмущенным шелестом глубоко обиженного идиота открылся на рецепте привлекательности и подсветил алыми всполохами пламени строчку:

«…для активации заклинания необходимо, чтобы ведьма была влюблена».

– Ты чего? – возмутилась я. – Какая из меня влюбленная ведьма. Я же делаю шесть ошибок в слове «любовь»!

Книга оставалась как никогда серьезна и вообще всем видом демонстрировала, что букв на ветер не бросает, а значит, я или влюбляюсь, или прощаюсь со способностями варить убойные зелья.

Осененная догадкой, я подскочила и обличительно ткнула в гримуар пальцем.

– Я поняла! Ты снова залез в ящик с запрещенкой и наклюкался тех магниевых вспышек!

Гримуар на миг замер, переваривая услышанное. Оскорбился. Повернулся ко мне задом и захлопнул ящичек.

– Ничего не понимаю, – была вынуждена констатировать я.

Вернувшись вниз, я оглядела ряды заранее приготовленных скляночек для зелья и с горестным вздохом человека, которому предстоит объясняться с недовольными клиентами, села за рабочий стол.

«Уважаемая госпожа Шива, – вывела я алыми чернилами на листе пергамента. – С прискорбием сообщаю, что вынуждена вернуть вам задаток в пять золотых и отказаться от заказа. Причина…»

На этом месте я всерьез зависла.

Что обычно врут в тех случаях, когда не могут сделать зелье вовремя?

Заболела?

Так я ж алая ведьма. Мной мамы-бациллы пугают своих неразумных крошек, а сам господин Насморк обходит стороной.

Сломала палец?

Ну на фиг! Я себя знаю, вот так соврешь без всякой задней мысли и завтра точно сломаешь. Да не палец, а целую руку. В трех местах.

Нет, повод должен быть существенным и далеким от истины, как беззаботное будущее от жителей столицы.

– Что бы такого придумать? – вслух подумала я, оглядывая комнату в поисках подсказки.

Мой взгляд скользнул по тем самым ящичкам, где хранилась наша запрещенка с магниевыми вспышками. В прошлый раз хватило щепотки, случайно оброненной на страницу, и гримуар развезло, словно пьянчужку в праздники. Весь из себя такой приличный и правильный Арчи потом полночи шуршал страничками, пел непристойные песни, пугал прохожих и спалил госпоже Светик занавески.

Я на миг зависла, зачем-то всерьез обдумывая варианты «напилась» и совсем уж нелепый «забухала» в качестве причины задержки зелья. Вздрогнула и торопливо отвела взгляд, который тут же зацепился за яркую картинку, подаренную на прошлые новогодние праздники добросердечной матушкой.

Картина была мотивационной. На ней румяные и бодрые горожане торжественно сжигали ведьму. Ведьма хихикала, стыдливо демонстрировала голую ножку в разрезе платья и имела крайне довольный вид.

Не знаю, отчего клиенты шарахались. Лично меня картина умиротворяла и навевала мысли об отдыхе.

– Точно, – вслух сказала я и вывела:

«Причина: ушла в отпуск!»

Прикрепив записку к мешочку с задатком, я отправила послание по пневматической почте. С чистой совестью погасила свет в лаборатории, закрыла дверь в лавку на замок и пошла наверх.

Гримуар продолжал недовольно пыхтеть в нижнем ящике прикроватной тумбы. Как это часто бывает, контролировать свои чувства у него не получалось, и поэтому сквозь узенькую щелочку тянулся черный дымок чадящей подушки.

– Никаких влюбленных ведьм, слышал? И даже не надейся.

Судя по тому, как задрожала тумба и усилился запах гари, Арчи был в корне со мной не согласен, но я не планировала потакать его глупой причуде с влюбленностью.

Хочет заблокировать мои магические возможности? Да пожалуйста!

Но лезть в свою личную жизнь я не дам никому.

Бросив непреклонный взгляд в сторону засевшего в ящике друга, я подошла к окну и распахнула створки, впуская в комнату немного свежего воздуха. Сделала глубокий вдох, наслаждаясь запахом ночи. До хруста потянулась, разминая затекшие за работой мышцы.

Шлеп! – на крышу противоположного дома приземлилась никем не узнанная в темноте… гарпия?

– Это еще что такое, – возмущенно пробормотала я, не доверяя увиденному.

Гарпия сделала несколько смешных подскоков, выходя на середину, и завертела головой, словно высматривала кого-то. И точно! Из-за дымохода выскочила парочка ее товарок.

С виду гарпии смахивали на обезьянок с большими кожистыми крыльями. Только без хвостов. И без возмутительной шерсти на теле. Вместо волосяного покрова у них была толстая шкура, которую не всякая стрела пробьет и не всякая магическая искра достанет.

Большая часть особей была темно-коричневого или серого цвета, отчего в былые времена их частенько путали с замысловатыми статуями на крышах зданий. Одно время среди обеспеченной части горожан даже было модно приплачивать гарпиям, чтобы те украшали собой фасады особняков. Но веянье быстро кануло в Лету из-за проказливой сущности гарпий.

Вандалы, хулиганы и виновники драк, гарпии крайне быстро снискали дурную славу и по велению нашего короля были выселены в отдаленную часть королевства.