Но мне это было только на руку.

Зона огромная, я тут первый раз, а плутать вслепую по чужому городу — последнее дело. Куда удобнее, когда рядом местный, кто и улицу подскажет, и кабак приличный, и заодно сболтнёт лишнего о делах своей конторы. Особенно о том самом третьем заказчике, что мечтает развеять мою армию по ветру.

Грех не обратить чужой регламент в свою пользу.

— Селена, — я повернулся к ней, когда кабина дрогнула, замедляясь. — Раз уж вы тут всё знаете, а я в этой зоне впервые и ничего тут не знаю. Не составите мне компанию в прогулке сегодня вечером, с радостью бы узнал побольше о местных достопримечательностях.

— А больше вы ничего не желаете? — она вскинула бровь.

— Желаю. Потом поужинать с вами в каком-нибудь приличном ресторане, — улыбнулся я ей в глаза. — Так что скажете?

Двери разъехались, и мы вышли в просторный холл первого этажа.

Селена сделала несколько шагов и обернулась ко мне.

— Я подготовлю всё по нашей сделке. Аванс, первую партию заготовок, бумаги по ячейке, — она перечисляла деловито, но в голосе уже звучало что-то живое. — К девяти всё будет в банке. Подойдёте туда, заберёте.

— А потом?

— А потом, если господин VIP-клиент не передумает, я с радостью проведу экскурсию по буферной зоне и покажу ему пару мест, где кормят так, что жизнь покажется раем, — она склонила голову. — Считайте это бонусом.

— Бонусом по регламенту?

— Сверх регламента, — она выдержала паузу. — Считайте это моей личной инициативой.

А вот это уже любопытно.

То ли девочка и впрямь решила сыграть свою партию помимо служебных обязанностей, то ли это была всё та же ловушка, в которую гильдия привыкла загонять перспективных клиентов. В любом случае гадать смысла не было. Пара часов в её компании сулила мне больше пользы, чем вреда.

— Договорились, — кивнул я. — В девять, в банке.

— Буду ждать, господин Геральт.

— Просто Геральт.

— Геральт, — повторила она и зашагала обратно к лифтам.

Я проводил её взглядом ровно настолько, насколько требовала вежливость, и направился к выходу.

Стеклянные двери услужливо разъехались, выпуская меня на широкую лестницу перед мраморным фасадом гильдии.

До девяти вечера времени была прорва, и я уже прикидывал, куда бы его спустить с пользой, как вдруг что-то мягкое и тяжёлое влетело мне прямо в грудь.

— Ой!

Я качнулся, поймал её за талию на лету и удержал на ногах.

В тот же миг над нами взвился целый фонтан бумаги. Сотни листовок брызнули вверх, повисли в воздухе и посыпались вниз, укрывая нас пёстрым снегом.

В руках у меня барахталась девица. Молодая, с копной растрёпанных волос и таким бюстом, что им впору было таранить ворота вместо осадного бревна. Видать, об него я и приложился.

— Простите, простите! — затараторила она, цепляясь за мои предплечья, чтобы не сползти. — Я вас не заметила, совсем не смотрела, куда несусь!

— Заметил, — хмыкнул я, ставя её на ноги. — Точнее, прочувствовал.

Она вспыхнула и принялась оглядывать учинённый разгром.

Листовки лежали везде: на ступенях, на перилах, кое-где зацепились за кусты у входа. Девица охнула и кинулась их собирать, неуклюже сгребая в охапку.

Я присел рядом и помог подобрать ближайшие бумажки. На каждой красовалась башня, под ней вилась витиеватая надпись и крупные цифры.

— «Серебряная башня», — прочёл я вслух. — «Минус двадцать пять процентов новым участникам».

— Это купон! — она тут же оживилась, забыв смутиться. — Скидка для тех, кто впервые. Приходите, не пожалеете, там правда здорово!

— Здорово настолько, что вы чуть не уложили меня этой стопкой на месте?

— Я же извинилась!

Мы потянулись за одной и той же листовкой и со всей дури встретились лбами.

— Ай!

— Крепкая у вас голова, — я потёр лоб.

— У вас не мягче, — она прыснула, потирая свой.

И мы оба расхохотались, сидя на ступенях посреди этого бумажного безобразия.

Девица собрала остатки листовок, прижала их к груди и протянула мне руку.

— Зена.

— Геральт, — я пожал ладонь. — Скажите, Зена, вы всегда так зазываете клиентов? Тараном? Не каждый выдержит.

— Не всегда, — она наморщила нос. — Я вообще-то просто помогаю. Дедушка у меня там работает, в башне. А я листовки разношу, когда время есть. Вот, набрала на сегодня целую гору, и…

— И обрушили эту гору на первого встречного.

— Судя по вашему виду вам понравилось, — нашлась она. Поднялась и махнула мне рукой на прощание. — Захотите скрасить скучную рутину, приходите, Геральт!

И она зашагала вниз по лестнице лёгкой походкой, будто и не она минуту назад влетела в меня со всем своим ворохом бумаги.

Я остался стоять с купоном в руке.

На листовке башню нарисовали грубо, но издалека я и без рисунка нашёл оригинал. Над морем стеклянных коробок поднималось серебристое лезвие гигантского меча, воткнутого в землю. Рукоять терялась высоко в небе, поблёскивая на солнце.

Серебряная башня. Скромностью местные явно не страдали.

Я повертел купон в пальцах. До девяти вечера девать себя было решительно некуда, а гильдия как раз сейчас потела над моим авансом и заготовками. Сидеть сиднем и пялиться на рыбок в чьём-то аквариуме я не собирался.

А раз сама судьба сунула мне в руки скидку и чуть не сломала об меня зазывалу, стоило глянуть, что это за башня такая.

Я спустился по лестнице, высмотрел у обочины свободную повозку с дремлющим возницей и махнул рукой.

— К Серебряной башне. И можешь не гнать вепря, я не спешу.

Когда дверь за гостем затворилась, Магнус Грубер ещё несколько секунд сидел неподвижно, а затем выдвинул нижний ящик стола и достал плоский кристалл в бронзовой оправе.

Артефакт контроля пространственных искажений. Гордость службы безопасности гильдии, штука, что писала каждое колебание пространства в кабинете.

Магнус провёл над ним ладонью, и в воздухе развернулась запись. Он отмотал её к тому моменту, когда Геральт исчез в первый раз, и впился взглядом в показания.

Защиту не взломали и не отключили.

Она просто не сумела понять, каким путём гость ушёл и каким вернулся.

Магнус откинулся в кресле, и оно жалобно скрипнуло.

Защиту этого кабинета ставили лучшие специалисты гильдии. Синее качество, сертификат, личная подпись магистра гильдии зачарователей. Она глушила телепорты, портальные свитки, камни возврата и пространственные карманы вплоть до самого редкого уровня. Сквозь неё не прорвался даже порталист пятидесятого уровня, и тогда тревога взвыла так, что сбежалась вся охрана этажа.

А сейчас тревоги не было. Совсем.

И вот это пугало куда сильнее любого взлома.

Силу взлома можно измерить, занести в отчёт, выставить против неё барьер потолще. Прорыв означает, что враг сильнее твоей стены, но играет по тем же правилам, что и ты.

Геральт сквозь защиту не прорывался. Он обошёл стену, и она ему ничуть не помешала.

Магнус прокрутил в голове два объяснения. Либо у мальчишки на руках пространственный артефакт эпического, а то и мифического ранга. Либо его наставник — порталист такой величины, что само понятие барьера для него пустой звук.

Оба варианта вели к одному выводу: удержать этого клиента силой нельзя. Если он захочет уйти, он уйдёт, и никакие смокинги-доспехи у дверей этого не остановят.

Но хуже всего было даже не это.

Геральт исчез не в горячке и не спасаясь бегством. Он растворился посреди обычных переговоров, между двумя глотками кордия. И сделал он это так буднично, будто стены гильдии значили для него не больше пыли.

Вот от этой манеры у Магнуса и сводило нутро.

Управляющий провёл широкой ладонью по лицу.

С такими, как этот Геральт, нельзя работать через нажим. Никакого давления и хитрых ловушек, в которые гильдия привыкла загонять должников и партнёров. Только выгода, уважение и осторожность, иначе сегодняшний дорогой клиент завтра обернётся силой, которую нечем будет не остановить ни удержать.