Джо не в состоянии осмыслить весомость этого утверждения. Всё это слишком много, слишком абсурдно. Он не может сосредоточиться ни на какой этой чепухе о поддельных системах безопасности, неэффективности и производительности. Он думает только о пуле, вошедшей в голову Тордана.

Но мелкие детали цепляют его — почему Тордан вообще оказался в комнате, куда его послали за бумагой? Почему женщина на другой стороне офисной двери не слышала его, даже когда он кричал? Как WellBot оказался на его телефоне?

Ему нужно узнать больше — хотя бы затем, чтобы не закончить, как Вёрджил перед ним, или как Хильда внизу. Нет — ему нужно выбраться из этого здания и пойти домой. Он вдруг остро, всем существом хочет снова увидеть маму. Извиниться перед ней за то, что не был на связи. Обнять её.

Старинный компьютер на столе рядом с ним громко пингует — он отскакивает.

— Что это? — требует Вёрджил.

— Компьютер, — говорит Джо, отступая от него. — Он просто—

— Он не должен этого делать, — бормочет Вёрджил, подходя. — Он не должен мочь… О чёрт.

Джо наклоняется прочитать.

На экране — единственное сообщение от WellBot.

Нашёл вас.

Два слова падают в желудок Джо, как наковальня.

Вёрджил ругается и бросается к двери, лихорадочно работая с комплексом замков.

— Нам придётся разделиться. Ему нужен я, а не ты. Ты незначителен.

— Я не—

— Заткнись и слушай, если хочешь выбраться живым. Думаю, у нас три минуты, может, меньше. — Он смотрит на часы, щёлкает второй замок и переходит к третьему. — Тебе нужно найти в этом здании другого человека — с кем поговорить. Вот как оно тебя берёт. Не оставайся один. Если ты не с другим человеком — оно заставляет тебя забыть. О жизни там. О людях.

— Но здесь никого нет—

Вёрджил разворачивается и хватает его за плечи.

— Никаких электронных коммуникаций. Никаких смс. Никаких писем. Только живое общение. Ты понимаешь?

— Я… да. Но тут пусто.

— Не так пусто, как кажется, — отвечает он, поглядывая на часы. — Чёрт. Две минуты. — Он бросается к шкафу и начинает рыться в бумагах. Сердце Джо колотится.

— Да. На третьем этаже был мужчина, — говорит он торопливо. — Он—

— Третий этаж? — Вёрджил едва не кричит, разворачиваясь к нему. — Ни при каких обстоятельствах, никогда-никогда не ходи на третий этаж. Даже если тебе покажется, что от этого зависит твоя жизнь, — понимаешь?

— Д-да.

Вёрджил срывается вперёд, листы разлетаются, и снова хватает Джо.

— Повтори мне это.

Перед глазами встаёт спина мужчины — вздымающаяся в такт усилиям. Вздутые вены. Измазанные красным губы.

— Никогда не ходить на третий этаж, — шепчет Джо.

— Никогда. — Вёрджил смотрит на часы. — Девяносто секунд.

Джо захлёбывается.

— Тогда… кого мне искать? Я говорил с… IT-женщиной? Хильдой?

Вёрджил замирает, моргая.

— Ты нашёл Хильду?

— Она… она просто внизу, да.

Он делает шаг назад и смотрит на Джо с головы до ног.

— Я… я был почти уверен, что она потеряна. Удивительно. Возможно, в тебе что-то есть. На. — Он вкладывает в руку Джо листок бумаги. Ещё один набор уравнений — как тот, что был сегодня утром. — Иди назад к Хильде. Покажи ей это. Поможет. Но теперь они тебя вычислили. Единственный выход — идти вглубь.

Компьютер снова пингует, и Вёрджил подпрыгивает.

Он уже на полпути к двери, когда Джо кричит ему вслед, размахивая листком.

— Что это значит? Я не понимаю ни слова в этом!

Вёрджил останавливается, смотрит на часы, полуоборачивается.

— Кто самый важный человек в твоей жизни?

Джо моргает.

— Что?

— Давай же, — настаивает Вёрджил. — Давай. Это не должно быть трудным вопросом.

Джо открывает рот — но вопрос настолько личный, что внутри только смущение, тошнота, потом вина за то, что не может ответить.

Мама , — шепчет что-то в глубине мозга. Она всегда ею была.

— Не знаю.

Вёрджил вздыхает, разочарованно качая головой.

— Кем бы это ни было — держись за это воспоминание. Не забывай о них. Придётся идти вглубь, понимаешь? Пообещай мне, что не забудешь.

Джо запинается — захлестнутый внезапным потоком эмоций и напряжения.

— Но я—

— Пообещай мне! — кричит Вёрджил.

— Я… обещаю.

Свет в коридоре гаснет — оба погружаются в темноту.

— Господи помилуй, — бормочет Вёрджил, — и в грохоте невидимых шагов его нет.

ЧЕТЫРЕ

Джо стоит в кромешно чёрном коридоре и пытается не паниковать. Вдалеке нарастает глухой стук механизмов — будто приближается. Странное сообщение на компьютере выжжено в сознании.

Нашёл вас.

Он хочет только одного — выбраться.

Выйти, пойти домой и никогда, никогда не возвращаться в это проклятое здание.

Вёрджил давно ушёл. В темноте Джо тянется за телефонным фонариком — и обнаруживает, что карман пуст. Вёрджил выбросил его в окно.

Блин.

А это ещё и кошелёк — платить за автобус. Даже когда он всё-таки выйдет отсюда, что делать? Пешком идти домой — пятнадцать миль через центральный Лондон? Это займёт весь день. Телефон был и единственным средством связи, и удостоверением, и вообще всем. Без телефона у него ничего нет.

Ничего, кроме пистолета убийцы за поясом брюк, карты доступа и листка бумаги с непостижимой математикой.

Он бежит.

Руками по стене он продвигается по коридору. Как далеко было до лестницы? Должны же быть световые указатели аварийного выхода — но их нет.

Ничего.

Двери закрыты. Жалюзи опущены.

Полная темнота.

Свету не за что ухватиться.

Нащупывая путь, он проходит одну дверь, потом другую, потом ещё. Воспользоваться ли картой — попробовать открыть? Мозг скачет: безумные образы того, что может быть за дверями, борются со страхом темноты. Мужчины с измазанными красным ртами. Работники, которые не могут говорить.

Просто так двери открывать нельзя.

Но дверь на лестницу была другой. Да, без окошка.

Найди дверь без окошка и открой её.

С левой стороны коридора, — говорит он себе. — Где-то здесь.

Снизу коридора раздаётся стук — что-то большое и металлическое падает.

Горло у Джо сжимается. Он ускоряется — рука за рукой по стене. Ощупывает каждую дверь — есть ли окошко. Отчаянно ищет выход.

Ещё один удар — куда громче, куда ближе, в нескольких футах. Как исполинский молот.

Выпустите меня, выпустите меня, выпустите меня отсюда.

Руки судорожно шарят. Вот оно! — Окошка нет!

Он толкает.

Дверь распахивается, и он вваливается в залитый светом лестничный пролёт.

Джо моргает, прикрывая глаза от резкого удара люминесцентных ламп. Встаёт и осматривается — как будто всё в порядке. Сердце ещё кричит, но стука из коридора больше нет. Он с подозрением оглядывается на дверь, через которую только что прошёл, и отступает от неё, — но лестничный пролёт просто… пролёт. Такой же, как с первого дня.

Что это вообще было?

Он воображает вещи?

Хлёсткий контраст между тем, что было, и тем, что есть, на мгновение вгоняет его в ступор. Из-под него снова всплывает срочность — выбраться из этого здания как можно скорее. Думай, Джо. Думай.  Он спустится в вестибюль, куда-нибудь спрячет пистолет — его сначала надо протереть, — а выйдя на улицу, попросит у кого-нибудь телефон и вызовет полицию.

Уже само наличие чёткого плана успокаивает его дрожащие руки и бешено стучащее сердце. Он берёт ступени через одну и выходит на первый этаж.

К его облегчению, молчаливое пастельное пространство, которое он застал вчера, в точности такое же, каким было при первом приходе: спокойное, корпоративное, абсолютно пустое. Джо глубоко вдыхает и движется мимо главной стойки прямо к—

Двери нет.

Джо стоит, смотрит — и не может примириться с тем, что видит.

Большие двойные двери на улицу не там, где были сегодня утром. Просто плавное продолжение бежевой стены от одного конца вестибюля до другого. Он вертится, дезориентированный, пытаясь понять, не туда ли он смотрит. Всё остальное на месте: дверь в IT-офис, лифтовой холл, стулья, столы, растения, стойка.