Вы ознакомились с тем, как Айзенк описывает одну из характеристик личности. Далее мы рассмотрим другую характеристику, не менее важную.

Нейротизм

Как и экстраверсия, нейротизм является важным аспектом изучения связи между типом личности и преступлением. Это состояние, называемое иногда эмоциональностью, отражает врожденную биологическую предрасположенность к тем или иным физиологическим реакциям на стрессовую ситуацию. В основном нейротизм связан с силой эмоциональных реакций. Считается, что он проявляется у людей так же часто, как экстраверсия, с 16 % отклонением выше или ниже от среднего стандарта.

Человек с высоким уровнем нейротизма сильно и длительно реагирует на стресс. Фактически даже при слабом стрессе человек может впасть в уныние, стать раздражительным, обидчивым и тревожным; он может жаловаться на различные физические недомогания — головную боль, боль в спине или проблемы пищеварения. Такие люди обычно переживают стресс слишком сильно, и им трудно вернуться к нормальному, спокойному состоянию. Очень эмоциональные люди тоже склонны к невротическим состояниям, например к фобиям и навязчивым идеям. Их антиподы, стоящие на противоположном конце континуума, эмоционально стабильны и ведут себя спокойно и уравновешенно. В стрессовой ситуации и при сильных волнениях они хорошо владеют собой и адекватно реагируют на критические ситуации. Исследователи, проверяющие теорию Айзенка, относят высокоэмоциональных индивидов к невротикам, а их антиподов к стабильным личностям.

Нейрофизиологические основы нейротизма-стабильности. Тогда как оценка экстраверсии-интроверсии связана с центральной нервной системой, континуум нейротизма-стабильности связан с вегетативной нервной системой, которую можно разделить на симпатическую и парасимпатическую нервные системы. Симпатическая система активизирует организм в критических ситуациях: повышается сердечный ритм, учащается дыхание, расширяются зрачки, усиливается потоотделение. Парасимпатическая система является противовесом для симпатической; она возвращает организм к нормальному уровню возбуждения. По Айзенку, различия в эмоциональности обусловлены разной чувствительностью этих подразделений нервной системы, находящихся под контролем так называемого висцерального мозга или лимбической системы.

Дополнительно к сложной организации нейронной цепи лимбическая система включает неврологические структуры, такие как гиппокамп, миндалевидное тело, перегородка и гипоталамус. Большая часть контроля над автономной нервной системой приходится на гипоталамус, который является основным механизмом эмоциональности.

Считается, что у невротиков необычайно чувствительная лимбическая система, поэтому эмоциональное возбуждение у них возникает быстро и надолго. (Употребляемый в тексте термин «невротик» не следует смешивать с невротической квалификацией психических расстройств.) Теоретически это можно представить так: симпатическая система невротика быстро активизируется, тогда как его парасимпатическая система не успевает уравновесить это состояние. Стабильные, флегматичные люди могут обладать симпатической нервной системой со слабой активностью и, наоборот, сверхактивной парасимпатической.

Хотя активизация вегетативной нервной системы, по-видимому, вызывает общее возбужденное состояние у всех, есть основание считать, что каждый человек реагирует на стресс по-своему. Некоторые напрягают мышцы шеи, лба или спины; другие более тяжело дышат, у кого-то учащается сердцебиение. Специфичность реакции может быть причиной различных форм невротического поведения человека при реагировании на стресс. Некоторые жалуются на головные боли, другие — на проблемы пищеварения или на боли в спине. (Разумеется, мы не предполагаем, что все, у кого болит спина, являются невротиками.)

Симпатический и парасимпатический подразделы автономной нервной системы

Айзенк предположил, что высокоэмоциональный человек скорее проявит себя в преступной деятельности, чем тот, у кого слабые эмоции. Он основывал свое предположение на данных проводимого исследования о том, что эмоциональность может служить стимулом, толкающим человека на привычные формы поведения. При повышенной эмоциональности (сильный стимул) человек наиболее подвержен своим привычкам, хорошим или плохим. Таким образом, если у человека есть антисоциальные привычки, то он скорее прибегнет к ним при сильном стимуле, чем при слабом. Следовательно, нейротизм поддерживает любое бессознательное или привычное поведение, которым овладел индивид. Более того, поскольку у молодых людей привычки не настолько укоренились, как у старых, можно предполагать, что степень нейротизма может оказаться существенно важной для взрослых преступников, менее значимой для подростков и вовсе не важной для малолетних преступников (Eysenck, 1983).

Рассмотренные выше два аспекта личности при классификации личности индивида обычно учитываются вместе. Итак, согласно теории личности Айзенка, человек может быть невротическим интровертом, стабильным экстравертом, невротическим амбивертом и т. д. Если принять точку зрения Айзенка по этому вопросу, то следует согласиться с тем, что из всех возможных типов личности невротические экстраверты наиболее склонны к преступному поведению.

Психотизм

Не установлено никакого нейрофизиологического механизма, который объяснил бы такое свойство личности, как психотизм. Это понятие было сформулировано Айзенком позднее, чем остальные ключевые понятия его концепции. Айзенк (1996) предположил, что высокое содержание мужского гормона тестостерона в сочетании с низким уровнем фермента окиси моноамина и нейротрансмиттера серотонина может играть значительную роль в формировании психотизма.

Психотизм представляется похожим на обычную психопатию. С точки зрения поведения, отличительными признаками «психотиков» являются жестокость, социальное равнодушие, низкая эмоциональность, пренебрежение к страху, беспокойное поведение, неприязнь к другим и тяга к необычному. Такие люди враждебно настроены к окружающим, им нравится дурачить и высмеивать других. Важно различать «психотиков» в понимании Айзенка и психически больных, которые потеряли связь с реальностью в клиническом смысле. Хотя в последнее время этот признак у клиницистов не в почете, в литературе часто именно он представляется решающим критерием для определения этой разницы.

Определение психотизма по Айзенку не заслужило такого же интереса у исследователей, как экстраверсия и нейротизм. Однако Айзенк предполагает, что психотизм, так же как и экстраверсия и нейротизм, может оказаться отличительным свойством преступников. Он предполагает, что психотизм будет особенно заметен в основном у закоренелых преступников, осужденных за насильственные преступления (1983). Более того, в отличие от нейротизма, психотизм играет важную роль на всех этапах развития — от детства до юности и взрослой жизни.

До сих пор мы только определили характеристики личности по Айзенку и выделили физиологические механизмы, которые отвечают за нейротизм и экстраверсию. Все это, однако, не объясняет, почему невротикам, экстравертам и психотикам легче стать преступниками. Причина заключается в некоторых принципах, к которым мы теперь и обратимся.

Преступление и обусловливание

Основной темой настоящей работы является мысль о том, что преступному поведению можно научиться. Традиционно психологи описывают три основных типа научения: классическое, или павловское, обусловливание, оперантное, или инструментальное, обусловливание и социальное научение. Важно более внимательно рассмотреть эти процессы, если мы хотим понять, почему некоторые люди связываются с преступлениями.

Читатель, знакомый с основами психологии, вспомнит известные опыты И. П. Павлова с собаками, которых научили выделять слюну при звуке звонка. Павлов открыл, что соединение нейтрального стимула (в данном случае это звонок) со значимым стимулом (например, пища) приводило к тому, что в конце концов собака училась связывать звонок с пищей. Как мы узнаем, что собака научилась этому? Мы узнаем это по тому, что она начинает выделять слюну просто при звонке, тогда как такая реакция бывает у животных на пищу. Научение реагировать на нейтральный стимул (звонок), который ассоциируется с другим стимулом, уже вызывающим реакцию, называется классическим, или павловским, обусловливанием. При классическом обусловливании животные (или люди) не контролируют ситуацию даже тогда, когда что-то происходит непосредственно с ними самими. Животное «вынуждено» отвечать. Звонок зазвенит, а вскоре появится пища, независимо от того, что делает животное. В предвкушении этого животное начинает выделять слюну без всякого усилия со стороны. Подобное научение происходит не из-за какой-либо награды или выгоды, а просто из-за ассоциации между звонком и пищей.