Установки, которые способствуют дискриминации женщин, могут, тем не менее, быть широко распространены. Существуют довольно тревожные факты, свидетельствующие о том, что насильники могут отражать явные и неявные убеждения, поддерживаемые многими другими людьми. Например, в одном из исследований выявлено, что 35 % студентов колледжа мужского пола, проживающих в нескольких университетских городках, чувствовали, что, весьма вероятно, совершили бы изнасилование, если бы были уверены, что смогут потом избежать неприятностей (Malamuth, 1981). В другом исследовании 60 % группы, состоящей из 352 мужчин-старшекурсников, сообщили, что при наличии благоприятной возможности они, весьма вероятно, совершат изнасилование или принудят женщину к вступлению в сексуальные отношения против ее желания (Briere, Malamuth and Ceniti, 1981).
Маламут (Malamuth, 1989) предупреждает, однако, что считать «потенциальным насильником» каждого, кто сознается, что смог бы принудить женщину к сексуальному общению, было бы ошибочно. В его исследовании была предпринята многообещающая попытка применить шкалу Предрасположенности к Сексуальной Агрессии (ASA), предназначенную для измерения (оценки) установок, которые играют фактическую роль в сексуальной агрессии. Будут ли мужчины действовать в соответствии с этими установками, зависит от бесчисленного числа факторов самого разного характера, включая степень желания совершить акт, наличие внутренних и внешних сдерживающих механизмов и возможность совершить акт.
Насилие и порнография
В отношениях между насилием и порнографией остается много неясного и спорного. Две Комиссии при президенте США, созданные для изучения влияния порнографии на преступность и человеческое поведение, пришли к противоположным заключениям. Первая и более компетентная была учреждена в 1967 году и получила инструкции не выпускать рекомендаций до тех пор, пока в этом вопросе не будет достигнута полная ясность. Из-за сложностей, с которыми столкнулась эта Комиссия, она не смогла прийти к заключению, влияет ли сколько-нибудь значимо откровенный сексуальный материал на склонность к сексуальным преступлениям, на что тогдашний президент Ричард М. Никсон заметил, что Комиссия оказалась «нравственным банкротом». Многие воспользовались этим выводом для поддержки утверждения, что порнография не является вредной. Вторая Национальная Комиссия по Непристойности и Порнографии, доклад которой был выпущен в 1984 году, рекомендовала значительно ограничить распространение порнографического материала. Эта Комиссия широко критиковалась за недостаток научной объективности в ее выводах.
Результаты исследований свидетельствуют, что в некоторых условиях порнография способствует агрессивному сексуальному поведению по отношению к женщинам. Доннерштейн (Donnerstein, 1983) и Маламут (Malamuth, Haber and Feshbach, 1980; Malamuth, Heim and Feshbach, 1980; Malamuth and Check, 1981) указывают, например, что расхожее утверждение о безвредности порнографии нуждается в основательной проверке. В своей продолжающейся серии экспериментов Доннерштейн установил, что на связь между эротикой и человеческой агрессией влияют три фактора:
1) уровень возбуждения, вызываемого просматриваемым эротическим фильмом,
2) уровень агрессивности содержания фильмов и
3) реакции жертв; изображаемых в этих фильмах или на фотографиях. Доннерштейн и ряд других авторов (например: Meyer, 1972; Zillman, 1971) проводили эксперименты, в которых они различными способами провоцировали агрессию у мужчин-испытуемых, после чего пришли к заключению, что эротические сцены, показанные этим возбужденным испытуемым, значительно повышают их агрессивное поведение по отношению к другим людям. Благодаря своей способности вызывать возбуждение эротические стимулы в некоторых ситуациях, очевидно, могут способствовать проявлению агрессии. Этот факт согласовывается с теорией Берковица о связи между возбуждением и агрессией. Любой стимул, который увеличивает уровень возбуждения уже находящегося в возбужденном состоянии испытуемого — независимо от того, носит ли этот стимул эротический характер или нет, — усилит агрессивное поведение в тех ситуациях, в которых агрессия является доминирующим поведением. Повышенное возбуждение может также «выключить» внутренний контроль испытуемого или механизмы саморегулирования, в результате чего он будет меньше беспокоиться о последствиях своего поведения. Кроме того, исследования с предъявлением порнографических стимулов показали, что если гнев испытуемого провоцируется женщиной, то после демонстрации эротического фильма испытуемый становится еще более агрессивным по отношению к другим женщинам. Эти результаты подтверждают распространенное клиническое наблюдение, что до совершения изнасилования многие насильники были рассержены, расстроены, унижены или оскорблены, часто женщиной (например: Groth, 1979).
Стимулы, несущие в себе сильный заряд насилия как эротической природы, так и неэротической, — могут в некоторых ситуациях провоцировать агрессию по отношению к женщинам даже у тех мужчин, которые не подвергались унижению или оскорблению. Весьма значимым фактором оказался уровень насилия в фильмах. Изображения нападений на женщин не обязательно сексуальных — могут усилить последующие агрессивные проявления у мужчин по отношению к женщинам, даже когда мужчины ничем не рассержены. Таким образом, чрезвычайно агрессивные и жестокие действия, изображаемые в средствах массовой информации, могут провоцировать акты насилия у некоторых мужчин. Поскольку многие насильники воспринимают эти действия как прямое агрессивное нападение на женщин, просмотр фильмов, в которых показано физическое насилие над женщиной, может вызывать и поддерживать их собственную склонность к насилию.
Реакции жертв, изображаемые в фильмах, также оказались существенно важным фактором. Фильмы или фотографии с изображением женщины-жертвы, наслаждающейся изнасилованием (распространенный сюжет в порнографии), способствуют укоренению мифа об изнасиловании и поддерживают насилие против женщин (Malamuth and Check, 1981). Если, с другой стороны, жертва воспринимает насилие как болезненный и отвратительный акт (негативная агрессивная эротика), то у зрителей-мужчин вырабатывается неприятие агрессивных действий. Однако это наблюдение требует некоторого пояснения. Если мужчина-зритель уже находится в состоянии агрессии (возбуждения), то просмотр страданий жертвы может сделать его еще более агрессивным, так как любое усиление возбуждения у уже возбужденного испытуемого будет усиливать последующее агрессивное поведение. Если фильм способен вызывать хотя бы минимальное возбуждение, то конкретное содержание фильма уже не имеет никакого значения. С другой стороны, те мужчины, которые до просмотра сцен страдания женщин-жертв не были расстроены или возбуждены, были менее склонны к проявлению агрессии против женщин.
Для некоторых индивидов, однако, страдание жертвы становится желательным условным раздражителем, если неоднократно связывается с сексуальным вознаграждением; это происходит из-за ранее сформированной условной связи. Как конкретно эти люди реагируют на различные эротические изображения, остается неясным, однако представляется логичным предложить, что для них описания боли являются весьма возбуждающими и поддерживают у них убеждение, что боль и сексуальное вознаграждение сопутствуют друг другу. Они даже могут заключить, что связь «боль — удовольствие» является неотъемлемой характеристикой сексуального удовлетворения любого человека и что женщины действительно получают удовольствие от «грубого обращения» с ними.
Связь между порнографией, содержащей сцены насилия, и сексуальной агрессией изучена не до конца и вызывает тревогу. Хотя сексуально возбуждающая порнография, в которой нет жестокости, должна быть доступной в свободном обществе и, возможно, обладает какой-то социальной ценностью, «усиленная» изображением насилия порнография не имеет никакой оправдывающей ее существование ценности. Ее вредное воздействие, однако, трудно исчислить, но ясно, что оно касается лишь определенной подгруппы людей. Если бы вся насильственная порнография была сегодня уничтожена, количество сексуальных преступлений, вероятно, уменьшилось бы. Этот же аргумент можно было бы привести в поддержку тотальной конфискации пистолетов и винтовок или спорадической проверки всего населения на употребление наркотиков. Степень, в которой общество нужно спрашивать о свободе предпринимательства в обмен на безопасность, остается вопросом, споры вокруг которого разгораются вновь и вновь.
