— Да, легко. Сколько дронов оборудовать пушками? — спросил Айк.

— Пока два штуки для нас с Погодиным. Слетаем во Вьетнам, поможем товарищам защититься от бомбежек — ответил я. — Когда будут готовы?

— Завтра к вечеру будут у вас — ответил Айк.

На следующий день в школе я связался с Погодиным, скинул ему результаты переговоров с Айком.

— Ты предлагаешь нам лететь во Вьетнам и сбивать американские самолеты? — удивился Валера.

— Ну да, надо же помочь вьетнамским товарищам, а не только на политинформации возмущаться действиями американских агрессоров — ответил я. — Тебя что-то смущает?

— Да нет, но мы будем сбивать только технику, пилотов расстреливать не будем — категорически отказался Погодин.

— Да кто тебя заставляет это делать? Выводим из строя двигатель, пилот катапультируется — процедура будет отработана искином. Пленные пилоты — желанные гости во Вьетнаме — сказал я.

— Ну тогда покажем класс этим янки! — злорадно улыбнулся Погодин. — Когда летим?

— Сегодня вечером, ты у друзей ночевать будешь — так скажи родителям — рекомендовал я.

— Слушай, а нас ведь сбить могут! Вьетнамские зенитки! Они же лупят очередями «в ту степь» — озаботился Погодин.

— Разведка покажет нам опасные районы, мы туда соваться не будем — Айк не даст — успокоил его я.

— Ну тогда летим! — сказал Погодин.

Но жизнь внесла свои коррективы — поясная разница в три часа заставила нас срочно после школы отправляться во Вьетнам, иначе там стемнеет и полеты будут прекращены. У нас было три часа дня, во Вьетнаме полдень. Айк передал информацию, что готовится вторая волна налета на Лаос, где ведут наступление войска Южного Вьетнама против войск Северного Вьетнама, защищающих тропу Хо-Ши-Мина, так называемая операция Ламшон 719.

Айк нам прислал новое предложение — имитировать зенитные пушки ЗСУ-23–2, которые поражают цели на дистанции два с половиной километра. Вот и нам предлагалось с поражать цели снизу — в брюхо, чтобы не вызывали вопросы удары сверху. Айк предложил конкретную цель — группу из восьми штурмовиков Скайхок — «Ястреб», которая двигалась от побережья к Лаосу на штурмовку войск Северного Вьетнама. Он показал их маршрут движения на карте, точку назначения и даже план полета, полученный по результатам радиоперехвата. Предложил нам и точку встречи с этой группой для наиболее эффективной атаки, в которой точно нет зениток.

Мы вылетели на точку встречи, я волновался неимоверно, Погодин наверняка тоже мандражировал. Нам не требовалось что-то делать самим — только отдать команду искину — прилететь в нужную точку, подойти на безопасное расстояние к самолету, сделать три выстрела в его брюхо, в двигатель.

Через час мы оказались в небе Лаоса, на большой высоте вышли к точке встречи, Айк показал нам летящую внизу группу Скайхоков, ее виды вблизи. И тут моя чуйка завопила насчет стрельбы снизу — Айк не мог видеть всех крупнокалиберных пулеметов на земле, а еще у штурмовиков на внешней подвеске висели авиабомбы, попасть в которую мы могли случайно, последствия взрыва боезапаса были бы для нас фатальными.

— Айк, мы будем нападать сверху — ты можешь сделать видимость самолетов МиГ-21 для наших дронов? — спросил я.

— Сделаю любой вид, хоть Фантом-4 — ответил Айк. — Все готово — все видят вместо дронов самолеты МиГ-21.

— Погодин, атакуем. Заходим сзади, косим очередями Скайхоки — твои четыре справа, мои четыре слева! — сказал я. Искины вывели наши дроны в хвост группы Скайхоков, и я скомандовал атаковать.

Наши МиГи пролетели над Скайхоками на сверхзвуковой скорости, искины точно влепили по три снаряда каждому самолету противника в двигатели, этого было достаточно — с большой высоты, куда мы сразу забрались, мы увидели, как самолеты противника падают, расцветают цветки парашютов. Восемь самолетов — восемь парашютов. Потом в джунглях раздалось восемь взрывов от падения самолетов, поднялись облака дыма в месте их падения.

Закончив бой, я дал команду возвращаться домой.

— Домой, в челнок — скомандовал я и дроны полетели через космос в Сусуман. Через час дроны приземлились в пещере, мы вышли с них и зашли в челнок, в кают-компанию. У обоих дрожали руки и ноги.

— Давай выпьем водки — предложил я, поскольку меня всего трясло от возбуждения.

— Давай! — с радостью согласился Погодин. Автомат выдал нам по пятьдесят граммов водки, сочную закуску из квашенной капусты, политой растительным маслом, салаты Оливье, Сельдь под шубой, Мимоза, нарезанную ветчину и хлеб. Мы чокнулись и выпили, интенсивно закусили. Блаженное тепло растеклось по телу.

— Давай еще по одной — предложил Погодин, я кивнул головой, и он забрал у автомата вторую пару дринков.

Опять выпили и закусили, наконец расслабились.

— Костя, честно говоря война не по мне. Мне бы в КБ сидеть, чертежи рисовать. Я не солдат — сегодня в этом я убедился — сказал Валера.

— Да и я тоже не солдат, однако, а просто генерал — пошутил я. — Команды могу отдавать об атаке противника, а вот самому атаковать что-то не по мне.

— А я штабист! Операции могу планировать — подхватил мою шутку Погодин.

— Ну вот и договорились, больше сами летать воевать не будем — усмехнулся я.

— Нет, не будем — согласился Погодин.

— Давай девчонок вызовем сюда и оттрахаем их как следует! Не даром солдатам после боя поход в бордель разрешается — предложил я.

— Точно. Чего время терять — отправляй дрон в Сусуман — сказал Валера.

Я отдал команду, дрон улетел за девушками, они уже его ждали.

— Костя, попробуем сегодня махнуться девчонками? — предложил Погодин.

— Давай махнемся, мне они обе нравятся, но Зоя больше — засмеялся я.

— А мне Лариса больше — засмеялся Погодин. — Вот что значит чужая женщина!

— Но мы это будем делать как бы тайно. Я уведу Зою на разговор, а ты Ларису — кают хватает — предложил я.

— А потом как ни в чем небывало, продолжим вечеринку в кают-компании! Уже каждый со своей девушкой! — улыбнулся Погодин.

— И опять будем отлучаться, как бы случайно — поддержал его я.

— Заметано! — засмеялся Погодин.

Девушки прилетели через полчаса, переоделись, привели себя в порядок, зашли в кают-компанию, сели каждая к своему кавалеру поближе. Мы выпили вина, закусили, включили музыку. Начали танцевать, и опа! Лариса была в платье, а под ним не было нижнего белья. Я тискал ее ягодицы, целовал в шею, завел ее и сам завелся. После танца девушки сели к нам на колени. Мы выпили вина, пошли танцевать следующий танец, уже поменялись девушками. У меня стучало сердце — на Зое тоже было платье на голое тело. Она прижималась ко мне всем телом, ее лобок терся о мою ногу. Я сжал ее ягодицы, она смотрела на меня горящими глазами, полными желания. Я поцеловал ее, она мне ответила.

— Зоя, не хочешь уединиться со мной, пока идет танец? — спросил я, упираясь ей в живот своим восставшим копьем.

— Хочу, очень хочу — выдохнула Зоя, я через нейросеть «махнул рукой» Погодину, и мы вышли в коридор, прошли в мою каюту. Зоя обвила меня руками, я задрал ей подол и толкнул на кровать. Она упала, раздвинув ноги. Я лег на нее и овладел женщиной. Зоя орала и царапалась, очень активно подмахивала. Закончив первый раз, я смотрел, как ее пробирает крупная дрожь оргазма. Не откладывая, развернул ее и вошел сзади — вид ее бурного оргазма сильно возбудил меня, и я с усердием насаживал ее на свое копье. Вновь мощный совместный оргазм и мы отвалились друг от друга.

— Пошли танцевать? Или еще раз? А то наше отсутствие заметят — сказал я.

— Ой, как сладко было с тобой Костик! — сказала Зоя, вставая с постели и оправляя платье. — Потом как ни будь еще встретимся, очень хочу! Ты такой сладенький!