Якобы я не предпринял никаких мер к тому, чтобы прибыль государственного предприятия «Антонов» была перечислена в бюджет. Этот порядок существовал до меня при премьерах Еханурове и Тимошенко, продолжал он благополучно существовать и после меня, при Яценюке и Гройсмане. Однако обвинение было выдвинуто именно против меня, а не против Еханурова, Тимошенко, Яценюка, Гройсмана.
Более того, между мной как премьером и руководителем предприятия «Антонов» есть целый ряд промежуточных управленческих звеньев. Это и вице-премьер, и министр, и председатель Фонда госимущества, и множество других должностных лиц. Никому из них, естественно, никаких обвинений не выдвинуто. Разумеется, никто из должностных лиц самого предприятия также ни к какой ответственности не привлекался.
Более того, в 2015 г. был принят закон, по которому норма декрета, позволявшая двузначное толкование, была отменена, и все, что делало предприятие «Антонов», стало (как и было) абсолютно законным.
Но уже более трех лет это уголовное дело против меня расследуется, суды выносят заочные решения о моем аресте, аресте имущества.
Театр абсурда. Но это для меня еще и серьезная моральная травма. Ведь люди не вникают в суть обвинения.
Что в этом случае можно расследовать более трех лет? Просто издеваются над человеком.
Кривая какая-то Фемида.
Об украинских карательных органах
Не оставляет меня в покое мысль, как на протяжении двадцати пяти лет, а особенно в последние три года, Комитет государственной безопасности, трансформированный в Службу безопасности Украины, превратился из относительно высокоидейного и уж, конечно, морального органа борьбы с внешним влиянием других государств на внутреннюю и внешнюю политику в пресловутый орган политического сыска и расправы с инакомыслием, аналог гитлеровского гестапо, на вооружении которого доносы, пытки, исчезновения людей, убийства, незаконные аресты и многое другое, что дает основание после смены этого режима объявить эту организацию преступной (нарушение Конституции и законов Украины), а ее руководителей покарать со всей строгостью закона.
Символично, что в годы немецкой оккупации в здании, где сейчас располагается центральный штаб СБУ, находилось фашистское гестапо. За эти 25 лет мне пришлось работать со всеми руководителями СБУ. Среди них были такие профессионалы, как В.И. Радченко. Написал фамилию этого человека и остановился. А что можно сказать о Турчинове, Наливайченко, Хорошковском и т. п.? Ведь именно при них СБУ и превратилось сначала в мародеров, которые платно давили бизнес и крышевали контрабанду, отмывание денег, конвертацию, а когда эта система полностью прогнила и стала коррумпированной, то под мощным инструктажем американцев этот важный государственный орган стал мощным фактором подавления оппозиции.
Простые украинцы стали бояться разговаривать друг с другом на острые политические темы. Враг номер один — это Россия и люди, дружественно настроенные к России. Это ли не показатель того, что с помощью СБУ осуществлена фактическая оккупация Украины?
Точно так же в далекие тридцатые годы прошлого века вполне добропорядочные органы Веймарской республики после гитлеровского переворота превратились в СД и гестапо. Не видеть такой аналогии, значит страдать исторической потерей памяти. К чему это приводит, нас учит не только история, но и современность.
Утешает в этой ситуации только одно: когда весь украинский народ осознает и поймет всю пагубность складывающейся прежде всего для себя ситуации, то никакое СБУ не способно будет задержать падение этого режима.
Вот для этого всем нам надо и работать, объединив свои усилия.
О запрете киевского режима украинцам пользоваться социальными сетями
В чем не откажешь киевскому режиму, так это в последовательности действий по превращению Украины в тоталитарное нацистское государство, а для этого необходимо искоренить инакомыслие.
Вначале стали убивать и преследовать журналистов — народ молчал. Затем стали запрещать книги, фильмы, телеканалы, радиопередачи — народ молчал.
Потом запретили въезд людям и составили списки людей, которым закрыт въезд в Украину, — народ и это стерпел. Стали физически истреблять, сажать в тюрьмы реальную оппозицию — опять молчание.
Ну раз так, то можно продолжать дальше — запретили общение украинцам в социальных сетях, в Интернете. И вновь молчание.
Порошенко нагло врет всему миру, что в Украине свобода и демократия, но, может быть, все то, что я пишу — неправда?
Но если все это правда — то какая же это свобода?
Украинцам оставили одну свободу: смотреть и слушать абсолютно лживые киевские СМИ, где невозможно узнать достоверную информацию о стране, о мире. Сплошная ложь.
Может быть, жизнь становится от всего этого лучше, благополучней?
Нет, такая обстановка только способствует воровству, коррупции, разложению страны и общества, и самое главное — в ней нет основы для перспективы.
Страна без будущего…
Не суд, а фарс и расправа
26 июня начался судебный процесс над президентом Украины Виктором Януковичем. В истории Украины это первая попытка осудить свергнутого законного президента страны теми, кто его сверг.
В роли обвинителя выступает человек, которого президент Янукович своим специальным решением помиловал и освободил от отбывания наказания в тюрьме, заместителем обвинителя является человек, который работал в администрации президента Януковича. Вменяется в вину Януковичу ни много ни мало, а «государственная измена». Было бы еще понятно, если бы ему предъявили это обвинение за то, что он не разогнал в свое время всю эту преступную шоблу во главе с Турчиновым, Парубием, Кличко, Яценюком, а так ему ставят в вину письмо от 2 марта 2014 года.
Если Турчинов, называющий себя и.о. президента, 2 марта 2014 г. действительно был таковым, то не получается ли, что 2 марта 2014 г. Янукович был просто гражданином Украины и мог подписывать все, что угодно?
Но если 2 марта 2014 г. Янукович был президентом, то тогда кем был 2 марта 2014 г. Турчинов — самозванцем и государственным преступником, совершившим государственный переворот? Это абсолютно ясно, и хунта этим обвинением «сама себя высекла».
И еще одно обстоятельство, на которое необходимо обратить внимание. 21–22 февраля 2014 г. президенту страны реально угрожала опасность его убийства. Думаю, что в том все, кто реально был в Киеве в те дни, нисколько не сомневаются. Такую цель Турчинов и Парубий поставили перед группой бандитов, которые в течение двух суток пытались реализовать эту задачу.
Прежде чем обвинять Януковича в государственной измене, суд должен исследовать эти обстоятельства. Они имеют прямое отношение к делу.
Но пока мы видим, что суд не заинтересован в установлении истины. Это не суд, а судилище, являющееся фарсом и расправой и не стоящее «ломаного гроша» в базарный день.
О системе правосудия в Украине
О системе правосудия или о ее отсутствии в Украине знаю не понаслышке, а по собственному опыту. Десятки абсолютно незаконных судебных решений, вынесенных по нелепым и надуманным обвинениям в мой адрес, где эти судебные решения печатались с «флешки» прокуратуры — с перенесением ошибок и орфографии, безусловно, в будущем будут предметом уголовных разбирательств. Это необходимо не столько для меня, сколько для Украины, чтобы построить действительно правосудие в нашей стране, без которого не может развиваться ни демократия, ни экономика.
Когда о действиях премьер-министра с целью исполнения закона так называемый суд говорит как незаконных, то каким словом назвать то, что происходит в стране? Есть только одно понятие: произвол, то есть беззаконие.
Именно система произвола и заложена в принятой Радой «судебной реформе». Что стоит хотя бы одна норма: «Оповещение о вызове в суд путем публикации вызова на сайте суда».
