Двести метров тьмы, которые надо преодолеть максимально быстро. Кажется, мы всё-таки попали. Хотя нет, я ощущаю движение, нас толкает быстро, мы как воздушный пузырёк стремимся к поверхности.

Ира работает даже теперь — я чувствую её энергию на своей спине. Она попутно пытается закрыть портал, но это задачка не из простых.

Темнота светлеет. Синеет. Вижу свет — далёкий, размытый, солнечный. Ещё немного и взрыв — вода расходится в стороны, сфера взлетает над волнами, переворачивается. Меня швыряет вверх вместе со всем грузом.

Падаем. Тяжело — все разом, двадцать человек, я-скорпион, Иришка и мастер Греб с крабом. Приземляемсчя на мелководье, у самого берега — вода бьёт в лицо, разбрасывая пену.

Амулет гаснет. Сфера исчезает. Огненная мембрана — тоже.

Лежу на спине в воде и всё ещё ощущаю тело скорпиона, а не человека. Спящие разбросаны вокруг меня. Ира — рядом, кашляет, выплёвывает морскую воду, но подняться явно не в силах, она истощена. Глеб — чуть дальше, без сознания, но видно, как грудь шевелится.

Живой.

Живы все.

Клац цепляется за мой панцирь, отплёвывается от воды — для краба выглядит довольно забавно, только улыбнуться я не могу, как и вернуть себе человеческий облик.

Но это не страшно, главное, мы дома.

Снова пробую превратиться обратно. Трансформация не идёт — начинается, но сразу же стопорится. Хитин на груди плывёт, но потом застывает. Клешни остаются клешнями. Хвост — на месте.

Снова пробую. Жар в груди, но ничего не получается.

Выжал себя досуха, видимо. Огонь в воздухе, форма скорпиона, удержание сферы — всё за раз. Энергии ноль.

Я застрял в этом теле. Отлично.

И в этот момент я слышу голоса:

— Окружить! Держать дистанцию!

— Монстр!

— Стреляйте!

Поворачиваю голову, и вижу на берегу группу людей. Охотники. Форма знакомая…

Твою-то мать, это «Косатка». И впереди — высокая фигура. Тильгенов.

Ну конечно. Кто ещё мог оказаться именно здесь, именно сейчас, с командой, готовой к бою.

— Это тот же монстр! — кричит он. — Вышел с жертвами на берег!

Пробую открыть пасть, чтобы сказать — «я человек, стойте» — но из скорпионьей пасти выходит только щелчок и рык.

Тильгенов вскидывает автомат, явно магический. Дуло загорается красным.

— Вперёд! — кричит он.

Выстрел. Пуля свистит мимо. Второй выстрел. Снова мимо.

А это мне уже не нравится! Двигаюсь, перекатываюсь, закрывая клешнями спящих. Нельзя дать им попасть под огонь.

Тильгенов ответит за это нападение! Уверен, он знает, кто перед ним на самом деле…

Поместье Скорпионовых. Гостевые дома.

Василий Молотов лежит за каменным забором и смотрит на разворачивающийся бой.

Гвардейцы Скорпионова держат оборону. Десяток человек, рассредоточены по периметру, ведут огонь дисциплинированно, без паники. Им противостоят человек пятнадцать-двадцать наёмников. Все в тёмной одежде без отличительных знаков, оружие разномастное.

Сипинские методы. Молот уже успел познакомиться с бароном и его желанием отомстить Скорпионову и Котову.

Молот долго сопротивлялся своим порывам, но точка невозврата пройдена. Не всё в этом мире можно купить.

Когда Пересмешников снова пришёл к нему с предложением, Василий сразу отказался. Сказал — не полезу, с меня хватит. И ушёл. Но подальше от Скорпионова и возни, что кипит вокруг него, уехать не получилось.

Новости приходили — Сипин проиграл, Тильгенов проиграл, губернатор в панике. Везде, куда бы Молот ни приезжал, он слышал одно: молодой граф ломает всех. Методично, хитро, без жалости.

И Молот подумал: может, пора сменить сторону?

За ним уже приходили, хотели знать подробности работы на Скорпионова на турнире. Пересмешников никак не мог уняться и простить отказ. Василия осаждали со всех сторон.

Поэтому он и оказался здесь. У гостевых домов наглого графа, в засаде, но не в той, что устроили наёмники Сипина, а отдельно. Чтобы посмотреть, оценить и понять — а потом уже сделать свой шаг.

Бой идёт уже минут десять. Гвардейцы держатся, но наёмников больше. Они наседают, пытаются обойти с флангов.

Вот один из них пробирается за угол — собирается ударить гвардейца в спину.

Молот подползает ближе. Вынимает нож. Один взмах — и наёмник оседает, не издав ни звука.

Молот оттаскивает тело в кусты. Выпрямляется. Проверяет, не увидел ли его кто-то.

Нет, он остался незамеченным. Ещё один наёмник — на крыше сарая, с арбалетом. Готовится стрелять в капитана гвардии.

Молот взбирается по хлипкой деревянной лестнице — быстро, по-кошачьи. Подходит сзади. Ещё одно тело.

Так он работает минут двадцать. Тихо, методично, один за другим. Гвардейцы постепенно прижимают оставшихся наёмников к стене гостевого дома. Сипинские бойцы не понимают, что происходит — их становится всё меньше, а противника — будто больше.

Когда последние пятеро бросают оружие, Молот выходит из тени. Медленно, с поднятыми руками.

— Стоять! — гвардеец с пистолетом тут же берёт его на прицел. — На колени!

— Я с вами, — спокойно говорит Молот. — Я помогал. Семь человек за забором — это моя работа.

Подходит капитан гвардии. Крупный, широкоплечий, с жёстким взглядом и такой же жёсткой бородкой. Олег зовут, кажется.

— Василий Молотов? — Олег прищуривается. — Что ты здесь забыл? Ты же человек Пересмешникова.

— Бывший. Теперь — на вашей стороне.

— И с чего мне тебе верить?

Молот кивает в сторону забора.

— Проверьте трупы. Никто из ваших их не убивал. Это я.

Один из гвардейцев отходит проверить. Возвращается через минуту.

— Он говорит правду, капитан, — сообщает он тихо. — Там действительно семь тел. Ножевые раны, это не мы их положили.

Олег ещё с минуту смотрит на Молота. Потом кивает.

— Оружие на землю. Руки за голову.

Молот и не думает подчиняться.

— У меня информация, — говорит он. — Очень важная информация для графа. Готов поделиться за определённые гарантии.

— Гарантии обсудишь с господином лично, — говорит капитан. — Если он согласится. А пока — связать его и к стене.

Молот не сопротивляется. Садится на землю сам, подставляет руки.

Гвардеец наклоняется к нему, негромко и с явным интересом спрашивает:

— А что такого у тебя есть, что хочешь обсуждать с самим графом?

Василий улыбается.

— Такое, что ему пригодится.

Парень молча кивает и отходит.

А в это время пленных уже допрашивают. Один из них — молодой, напуганный — сразу сдаёт всё: и кто заказчик, и кто посредник, и как связь шла. Сипин. Да Молот и не сомневался, но ему всё равно есть что предложить Скорпионову. И на этот раз без подвохов и двойных игр.

— Прекратить огонь!

Тильгенов машет рукой. Его люди опускают оружие. Половина его команды реагирует моментально. Остальные пристреливаются издалека.

Пытаюсь ещё раз превратиться. Сосредотачиваюсь — жар, ощущение движения…

Ничего.

Тело не слушается. Энергия выжата до капли, до самого донышка.

Клац щёлкает клешнёй — беспокоится за меня, видимо.

— Ты похож на морского, — говорит Тильгенов, приближаясь, а на его губах играет ухмылка. — Только сухопутный. Что тут у нас? Люди под контролем…

Он подходит всё ближе. Автомат — наготове.

Жду, когда этот урод подойдёт поближе, чтобы я смог достать его хвостом. Ну а пока прикрываю Иришку, Глеба и людей на берегу. Если Тильгенов решит стрелять, он зацепит невинных. Хотя я всё больше начинаю думать, что он прекрасно отдаёт отчёт своим действиям.

— А хвост красивый, — продолжает Тильгенов. — Пойдёт на трофей. Кто же знал, что здесь два монстра.

Он подходит на пять метров. Четыре. Три.

И тогда я убеждаюсь, что он пришёл сюда не случайно. Тильгенов точно знает, что под хитином прячется граф Скорпионов. Он даже видел, наверное, как я вылетел из воды, как вышел из огня. Но для него это возможность списать всё на «монстра, убитого при спасении людей».