Между Австрией, Россией и Пруссией неудачно расположилось Польское королевство — весьма плохо организованная страна крупных землевладельцев, которые так ревниво относились к собственному величию, что позволяли избираемому ими королю быть королем только по имени. Судьба Польши закончилась разделом ее между тремя соседями, несмотря на усилия Франции спасти ее и удержать как независимую союзницу. Швейцария в то время представляла группу республиканских кантонов; Венеция была республикой; Италия, как и Германия, была разделена на множество второстепенных герцогств и княжеств. В папских владениях папа правил, как светский государь. Он слишком боялся лишиться поддержки остававшихся верными ему католических государей и потому не вмешивался в их отношения с подданными и не напоминал миру о единении всех христиан. В сущности, в Европе не существовало более объединяющей и единой политической идеи. Европа была предана разъединению и различию.
Все эти суверенные государи и республики постоянно замышляли увеличить свои владения один за счет другого. «Иностранная политика» каждого государя или республики заключалась в нападениях на соседей и заключении наступательных союзов. Мы, европейцы, сейчас доживаем последнюю фазу этого периода существования разнообразных суверенных государств и все еще продолжаем страдать от порожденных ими ненависти, вражды и подозрительности. История этой эпохи все более и более явно превращается в «сплетни», делающиеся все более и более бессмысленными и утомительными для современного ума. Вам объясняют, что такая-то война была вызвана возлюбленной такого-то короля, а причиной второй была зависть одного министра к другому. Россказни о подкупах и соперничестве вселяют отвращение в разумном человеке, когда он берется за изучение этой эпохи. Самым выдающимся, самым значительным фактом ее является то, что, несмотря на все препятствия в виде множества границ, чтение и мышление продолжали делать успехи и распространяться, а изобретения — умножаться. XVIII век увидел появление литературных произведений явно скептического характера или же содержавших критику на придворную жизнь и политические приемы эпохи. В сочинении Вольтера «Кандид» мы находим выражение бесконечного утомления и разочарования в бессмысленном хаосе, который представляла собой Европа.
ГЛАВА 15. НОВЫЕ АЗИАТСКИЕ И ЗАМОРСКИЕ ИМПЕРИИ ЕВРОПЕЙЦЕВ
В то время как Центральная Европа продолжала находиться в состоянии разделения и неустройства, западные европейцы, а в частности голландцы, скандинавы, испанцы, португальцы, французы и англичане, расширяли арену борьбы и переносили ее на моря всего земного шара. Книгопечатание растворило политические идеи Европы до степени обширного и сначала неопределенного брожения, но следующее великое нововведение, океанское парусное судоходство, неудержимо увлекло европейцев и заставило их расширить поле деятельности вплоть до самых отдаленных пределов.
Первые заокеанские поселения голландцев и северных европейцев преследовали цели не колонизации, а торговли и эксплуатации недр земли. Испанцы вышли первыми на поле и потому претендовали на господство над всем Новым Светом — Америкой. Но португальцы вскоре также пожелали иметь свою долю. Папа — и это было одно из последних действий Рима, в качестве владыки мира — разделил новый материк между этими двумя первыми пришельцами, дав Португалии Бразилию и все, что находилось восточнее линии, проходящей на 370 миль западнее островов Зеленого Мыса, и предоставив все остальное Испании (1494). Португальцы в это время усиленно продвигались на юг и на восток. В 1497 г. Васко да Гама отплыл из Лиссабона, обогнул мыс Доброй Надежды и дошел до Занзибара, а оттуда проник в Индию, в Калькутту. В 1515 г. португальские суда уже появились на Яве и на Молуккских островах, и португальцы строили и укрепляли торговые пункты вокруг и около берегов Индийского океана. Мозамбик, Гоа, две небольшие территории в Индии, Макао в Китае и часть Тимора до сих пор находятся во владении Португалии. Народы, исключенные постановлением папы из доли в захвате Америки, обращали мало внимания на права Испании и Португалии. Англичане, датчане, шведы, а затем и голландцы вскоре завладели различными территориями в Северной Америке и Вест-Индии, а его католическое величество, король Франции, так же мало обращал внимания на папское повеление, как любой протестант. Войны, ограничивавшиеся до того Европой, теперь были перенесены в эти новые владения.
В конце концов, главный успех в этой схватке за заморские владения выпал на долю Англии. Датчане и шведы были слишком глубоко втянуты в запутанные дела Германии, чтобы иметь возможность как следует поддерживать заграничные экспедиции. Швеция была истощена продолжительной борьбой в Германии, которую вел великолепный король Густав Адольф, протестантский «Северный Лев». Небольшие поселения, основанные шведами в Америке, были унаследованы голландцами, но голландцы слишком опасались Франции, чтобы иметь возможность противиться Англии. На Дальнем Востоке главными соперниками за новые империи были англичане, французы и испанцы. Англичане имели огромное преимущество в виде морской границы — «серебряного пояса» Ла-Манша, отделяющего их от Европы и физически, и политически.
Франция всегда была слишком занята европейскими делами. В продолжение всего XVIII века она пропускала все случаи расширить свои владения на Западе и на Востоке ради господства над Испанией, Италией и находившейся в состоянии хаоса Германией. Религиозные и политические разногласия, возникшие в Англии в XVII веке, заставили многих англичан переселиться навсегда в Америку. Они пустили там корни, расплодились и размножились, и это дало англичанам большие преимущества в борьбе за Америку. В 1756 и 1760 гг. французам пришлось отдать Канаду англичанам и их американским колонистам, а несколько лет спустя английское торговое общество вполне подчинило себе французские, голландские и португальские владения на полуострове Индостан. Великое монгольское царство Бабура, Акбара и их наследников пришло в большой упадок, и история его захвата лондонским торговым обществом — британской Ост-Индской компанией — является одним из самых удивительных эпизодов во всей истории завоеваний.
Эта Ост-Индская компания была первоначально, при своем возникновении в царствование королевы Елизаветы, ни более, ни менее, как группой морских искателей приключений. Постепенно они вынуждены были набирать войско и вооружать свои суда. И вот оказалось, что это-то торговое общество, единственным занятием которого была нажива, начало торговать не только пряностями, красками, чаем и драгоценными камнями, но и доходами и территориями туземных владык и даже судьбами Индии. Оно явилось в Индию, чтобы покупать и продавать, а между тем совершило страшнейший грабеж. Некому было протестовать против его поступков. Мудрено ли, что его генералы, заправилы, чиновники и даже их писцы и простые рядовые воины вернулись в Англию, нагруженные богатой добычей.
При таких обстоятельствах люди, видя, что в их руках огромная и богатая страна, никак не могли решить, что дозволено и что не дозволено. Для них это была чужая страна, лежащая под чужим им солнцем, ее темнокожее население казалось особенной расой, находившейся вне сферы их сочувствия.
В Англии были смущены, когда все эти генералы и должностные лица вернулись и начали выставлять друг против друга темные обвинения в вымогательствах и жестокостях. Клайву парламент вынес вотум недоверия. Он покончил жизнь самоубийством в 1774 г. В 1788 г. Уоррэн Гастингс, второй великий администратор Индии, был оправдан и освобожден. Создалось странное, небывалое в мировой истории положение. Английский парламент управлял лондонской торговой компанией, господствовавшей в свою очередь над страной, которая была несравненно обширнее и многолюднее всех остальных владений английской короны. Для большинства англичан Индия была отдаленной, фантастической, почти недоступной страной, куда отправлялись бедные, но предприимчивые молодые люди, и откуда они возвращались много лет спустя очень богатыми и желчными стариками. Англичанам очень трудно было себе представить, какова была жизнь бесчисленных миллионов смуглокожих людей, живших под этим восточным солнцем. Их воображение отказывалось воспроизвести эту картину. Индия оставалась романтической, нереальной страной. Поэтому англичане не могли должным образом надзирать за действиями компании и контролировать их.
