Управлять снегоходом оказалось легко. Сложности возникали только на обледеневших неровных участках дороги, с которых ветром сдуло почти весь снег. Там снегоход становился трудно управляем. Но таких мест было мало, а выше пятидесяти километров не разгонялись. Даже на такой скорости дорога заняла считанные минуты.

– Здорово! – восторженно сказала Ольга, которая ехала на заднем сидении, обхватив Нора руками. – Это не полчаса идти пешком.

Ворота были оставлены открытыми, а снег возле них не убрали, поэтому Нор вслед за Олегом завёл снегоход во двор. Там их встретил сам Виктор в компании двух мужчин, которые, очевидно, и были охранниками.

– Познакомьтесь, – сказал он, после того как поздоровались. – Этих молодых людей зовут Ольга и Нор. Они из семьи инспектора, о котором я вам говорил, и могут в любое время беспрепятственно нас навещать. Нор хороший стрелок и по нашему договору поможет нам вместе с инспектором, а Ольга, несмотря на свою хрупкую внешность, умеет неплохо драться. А это, ребята, наша новая охрана. Вам лучше знать этих парней по именам. Вот этого здоровяка зовут Андреем, а тот, который пониже, – это мой тёзка. Оставляйте свою машину и пойдём в дом.

– Господи! Ещё один стол! – вырвалось у Ольги, когда Виктор привёл их в гостиную.

Большой стол был уставлен блюдами с красиво оформленной едой.

– Что не так? – спросил Виктор. – Лена полдня провозилась, и даже моя жена приложила руку. Сейчас всех позову и пообедаем.

– Всё так, только мы недавно из-за стола, – объяснил Нор. – Если на нём было меньше готовки, то ненамного. И закончили есть с час назад.

– Жаль, – огорчился Виктор. – Ну ничего, попробуете всего понемногу. Я думаю, что вы у нас сегодня задержитесь, поэтому торт будем есть позже. А по какому поводу у вас накрывали стол? Олег сказал, что видел машину.

– Приезжал Бортников, – сказала Ольга. – И к отцу приехала Сорокина. Это мастер спорта по каратэ. У них скоро свадьба, так что готовьтесь. Как только они определятся с датой, вас пригласят.

– Рад за Егора. А Бортников приезжал к тебе или к отцу?

– Ко мне, с отцом у него нет никаких дел. А со мной он продолжает делиться знаниями в магии. Ну и я ему помогаю.

– Ладно, пока отставим разговоры, – сказал Виктор. – В отличие от вас, мы не обедали. Сейчас посидим за столом, и вы обработаете жену, а потом отправляйтесь к детям. Да, когда будете уезжать, возьмёте две радиостанции. Вон лежат на столике в коробках. Мобильная связь неустойчивая, так что пусть будут. Дальность у них около десяти километров, а чтобы не возиться с подзарядкой, просто включите на питание от сети, и пусть постоянно работают.

– Яровое и Славгород уже проверили, – сказал в трубку Михеев. – Мои ребята сейчас заняты Новоалтайском и Змеегорском, а парням Семёнова отдали Заринск. Если они будут работать не хуже наших, за месяц должны управиться. У вас есть новости?

– Подняли английские контакты Рогова, будем проверять, – услышал он из телефона ответ Лобанова. – К Третьякову по-прежнему не подобраться, а других зацепок у нас нет. Так что вся надежда на вас. Шеф пока терпит, но ты же его знаешь. Не дай бог, на него кто-нибудь попробует наехать, или ему только покажется, что наезжают... Так что поговори с парнями. Они тоже пострадают, но мы с тобой будем в первых рядах. А если найдут Фадеева, никто не будет в обиде.

– Может, отдохнёшь? – спросил дочь Владимир Сергеевич. – Ты уже два часа занимаешься. Всё-таки каникулы.

– Я не устала, – ответила Татьяна. – У меня раньше ничего не получалось. Ольга говорит, что не хватало терпения, но ты же знаешь, какая я настойчивая!

– Настырная, – пошутил отец.

– Пусть настырная, – согласилась девушка. – Помнишь, сколько я занималась йогой? Целый год! А в позу лотоса так и не села. А смотри теперь!

Она села на попу и уложила ноги в классическую позу лотоса.

– И это не всё, смотри дальше! – Татьяна продемонстрировала отцу сначала продольный, а потом поперечный шпагат. – А теперь пощупай мышцы!

– Да, заметно увеличились в размере и твёрдые – не продавить. Ты сильно изменилась. В походке появилась грация, уже не загребаешь ногами, как раньше. А что с самой борьбой?

– Мы сначала укрепляли тело, – пояснила дочь. – Какая борьба, если почти ни у кого из новичков нет мышц! А приёмы учили только на двух занятиях. Когда выучим больше и укрепимся, будем всё отрабатывать на татами. Как я хотела врезать Борьке Халееву, а теперь придётся простить.

– И в чём причина твоего великодушия? – улыбнулся отец.

– Ольга сказала, что учит борьбе только для самозащиты. Если кто-то начнёт сам нападать, найдёт и закопает. А она такая: если что-то пообещала, обязательно сделает.

– Шутишь?

– Я немного её побаиваюсь и много уважаю. Как я хочу с ней подружиться! Завидую девчонкам, которые учатся с ней в одном классе!

– Что же в ней такого? – заинтересовался Владимир Сергеевич. – Ведь для тебя не было авторитетов. Когда-то авторитетом был я, но это было давно.

– Мне трудно сказать, – задумалась дочь. – Она сильная, умная, красивая и очень уверена в себе. Я таких вообще не встречала. И у неё такой классный парень!

– Так ты из-за неё хотела бы учиться в одном классе или из-за парня? – улыбнулся отец.

– Нет, не из-за Нора, – ответила Таня. – Там у меня нет никаких шансов. Ничего, если продолжу занятия, я себе тоже найду парня! И не из-за того, что ты у меня такой со всех сторон замечательный, а из-за себя самой. Ты обратил внимание только на походку, а у меня исчезли прыщи и стал меньше нос!

– Это ты выдумываешь, – сказал Владимир Сергеевич. – Я могу поверить в прыщи, но нос можно поправить только пластикой. И не сейчас, а когда перестанешь расти.

– Да? – Таня взяла отца за руку и потянула к окну. – Иди сюда, здесь светлее. А теперь внимательно посмотри, выдумываю я или нет!

–Действительно уменьшился, – растерялся Владимир Сергеевич. – Ты не наклеивала ресницы?

– Нет, а что?

– Мне кажется или они у тебя действительно стали гуще и длиннее?

– Сейчас посмотрю! – дочь подбежала к зеркалу и всмотрелась в своё отражение. – Точно! Видишь теперь, какая польза от занятий!

– Видеть-то я вижу, но, убей меня бог, ничего не понимаю. Надо будет сводить тебя к медикам.

– Только попробуй! – вскинулась Таня. – И сама не пойду, и их пошлю лесом! Если это действительно связано с занятиями, а Ольга молчит, значит, не хочет шума. И если благодаря тебе он поднимется, она может бросить секцию. Я ничему не научусь, не стану красивее и подложу ей свинью! Ты мне тогда не отец, так и знай! А с Ольгой я поговорю сама.

– А другие в вашей группе меняются, или это проявилось только у тебя?

– Я к ним не присматривалась, так что не могу сказать. Все девчонки, которые занимались с Ольгой, красавицы одна лучше другой. Ты и сам видел, когда они выступали. И мальчишки славные на лица. А какие у них фигуры! А наши... Надо посмотреть и поговорить. Борька Панов точно изменился. Был сачок и тормоз, да и вообще... дурак. Отец сам привозил его на секцию, иначе он не дошёл бы до Дворца спорта и куда-нибудь смылся. А сейчас вкалывает, как и все остальные, и уже два занятия я не слышала от него ни одной глупости. А на его физиономию посмотрю на занятиях. У него было много прыщей на лбу, поэтому сразу увижу.

– Озадачила ты меня, дочка, – сказал Владимир Сергеевич. – Я, конечно, рад, но одновременно как-то тревожно. Попробую побольше разузнать о Ковалёвых. Успокойся: если не хочешь, к медикам обращаться не будем.

– Вчера видела Голубеву, – сказала мужу Тарасова. – Хвастается успехами дочери. Говорит, что за месяц согнала шесть килограммов, уже садится на шпагат и похорошела. Раньше выталкивали на секцию, а теперь сама бежит. Когда хотели не пустить из-за насморка, устроила родителям истерику и всё равно пошла. А вернулась без признаков простуды.