– Вчера полностью зарядил, – ответил муж. – Изделие получилось неказистое, но так даже лучше. Сразу видно, что делали на коленке. С вашей электроникой будет работать хуже, но и такой работы хватит, чтобы поставить всех на уши.

– Он похож на бомбу, – сказала она, – охрана наверняка отберёт. Потом, конечно, исследуют, но приём будет холодным. Возьмёшь с собой что-нибудь из своих вещиц?

– Если бы не охрана, взял бы с собой визор и отправил нашего олигарха побродить по виртуальности. Но с ним меня не пропустят, а действовать на охрану нельзя. Камеры, да и охранников может быть больше двух, а хозяин потом поинтересуется, почему меня пропустили с этим барахлом. Тогда нужно подчинять всех подряд, пока кто-нибудь не поймёт, что происходит, и не выстрелят в затылок, наплевав на последствия.

– А для меня зажал виртуальную реальность.

– Дорогая, ты же знаешь наше отношение к женщинам, – возразил Олег. – Ты будешь как бельмо на глазу. Пострадать неприятно даже в виртуальности. К тому же возможности у визора небольшие, и он воспроизводит только кусочек нашего мира. Лучше посмотри какой-нибудь фильм с эффектом присутствия, в нашей фильмотеке их сотни.

– Я и так смотрю, но хотелось попробовать и это. Ладно, визор ты не возьмёшь, а чем подтвердишь слова? Одного накопителя будет мало. Может, ты сам его придумал, а пришельцами хочешь прикрыться?

– Дам ему один «Слухач». Жалко, но останется семь, кроме тех, которые у нас с тобой. А если семья займётся вербовкой солдат, мне притянут вагон такой техники. Этих доказательств должно хватить для самых недоверчивых.

Визит к олигарху был тщательно продуман и прошёл в полном соответствии с замыслом. В первый раз его проверили, когда подъехал к высоким арочным воротам в ограде с балюстрадой, но тогда охранник только попросил назвать имя и сказал, где оставить машину. Вторая проверка была на входе в большой двухэтажный особняк.

– Что у вас в сумке? – спросил один из двух охранников. – Откройте.

– Этот предмет привезён для господина Ткаченко, – ответил Олег. – Это не бомба, а техническое устройство. Можете пока оставить у себя, но постарайтесь не повредить. Берите с сумкой, в ней больше ничего нет.

– Есть с собой оружие? – спросил другой. – Покажите паспорт.

– Оружия нет, можете проверить. Вот паспорт.

Его проверили каким-то прибором, который ни на что не отреагировал. После этого проводили в большую комнату с камином, стены которой были отделаны деревянными панелями. В кресле возле столика сидел сам хозяин. Рядом стояло второе кресло, но Ткаченко только слегка кивнул гостю и не предложил сесть.

– Я сильно не задержу, – сказал Олег. – Постарайтесь выслушать всё, что я вам скажу, прежде чем гнать меня вон. Визит к вам дорого мне обошёлся, не хотелось бы тратиться ещё раз на кого-нибудь другого. Выгнать недолго, вернуть у вас не получится.

– Говорите, – сказал Геннадий Николаевич. – Если недолго, я вас выслушаю. Вы действительно дорого заплатили за этот разговор.

– Я принёс сюда устройство, которое накапливает в тысячу раз больше электроэнергии, чем аккумулятор такого же объёма. Сделал кустарно за два дня и полностью зарядил. Можете отдать в любую из своих лабораторий, пусть проверяют мои слова. Только позаботьтесь, чтобы не было утечки. Узнают, конечно, но лучше, если это случится позже.

– Это ваше изобретение? – поинтересовался Ткаченко.

– Это изобрели не на Земле, – ответил Олег, – как и другие новинки, которые я хочу предложить. Но пока вы не верите, ни о чём другом говорить не будем.

– А вы, значит, пришелец? – насмешливо спросил хозяин. – Ваша жена писала, что переводит их книги. Теперь понятно, кто ей их подбрасывает.

– Раскопал Богдановский? – тоже усмехнулся Олег. – Считайте меня не пришельцем, а их представителем. С миром Земли решили провести эксперимент. Хотят подтолкнуть нас в развитии и помочь сберечь климат и экологию. Я хочу с вашей помощью создать корпорацию, которая будет производить их изделия и продавать всем, кто готов платить. Через вас же проведу переговоры с правительством. Если не получится договориться, производство развернут в какой-нибудь другой стране, возможно, с другим посредником. Чтобы вы быстрее поверили, сделаю подарок и вам.

– Ещё один алмаз? – спросил Ткаченко. – У вас так много алмазов, что вы их раздариваете?

– Алмазы есть, но вам подарю более ценную вещь. Эта пластинка позволит читать мысли у всех, кто находится не дальше полусотни метров. Я уже настроил её на вас, поэтому у других не будет работать. Нужно мысленно приказать, и услышите, что думает выбранный вами человек. Без приказа сообщит о слежке и угрозе вашей безопасности. На мне можете не пробовать: не сработает. Когда убедитесь, что я не морочу вам голову, позвоните по этому телефону. И не спешите задействовать своих друзей в правительстве, для этого есть причины. Сначала вам нужно договориться со мной.

– Прощайте, – сказал Ткаченко. – Если всё так, как вы сказали, я позвоню.

Дороги были относительно свободные, поэтому домой Олег вернулся быстро и поставил машину в гараж.

– Как съездил? – спросила сидевшая в гостиной первого этажа Вера. – Долго он будет думать?

– Мой подарок опробует быстро, а аккумулятор можно проверить за несколько часов. Я не знаю, есть ли у него свои заводы в Москве, но в любом случае сделает быстро. Не уверен, что он последует моему совету и не обратится к друзьям. Если после проверки начнут разбираться в конструкции, угробят мой образец.

– Ты же говорил, что они вечные, – удивилась жена. – Что можно сломать в твоей банке?

– Банка – это только заряд, его ещё нужно превратить в постоянный или переменный ток с заданными параметрами. Я взял из своего мира несколько модулей, вот один и раскурочат. Ладно, их производство нетрудно наладить. Чем занималась, пока я охмурял олигарха?

– Переводила книгу, а потом смотрела в Интернете, что нового передают о берлинском отравлении.

– Есть что-нибудь интересное? – спросил муж. – Или только мусолят версии?

– Нашли исламский след, – ответила Вера, – и определили ту гадость, которую террористы спустили в водопровод. У них уже тридцать тысяч пострадавших, не считая тех, кого убили на водопроводной станции Тегель. Умерли несколько человек, но многие в тяжёлом состоянии. Повсюду митинги и демонстрации против беженцев, а правительство призывает к спокойствию.

– Это ерунда, – сказал Олег, – вот если в ход пустят то, что похитили из бактериологической лаборатории в Портоне, будет хреново.Наверное, сами боятся, но если всех набежавших в Европу начнут выдворять обратно, терять будет нечего. А там много всякой дряни, которую англичане готовили для нас. Кстати, если появится кто-нибудь из семьи, надо будет сказать, чтобы передали универсальное средство от любой заразы, я не догадался его взять. Милая, ты весь день сидишь за переводом книг, смотришь фильмы и новости, а человеку нужно живое общение. Сходила бы к соседям. Анжеле ты понравилась, да и Валентину.

– Ты у меня живой? Вот я с тобой и общаюсь. Часто звоню родителям и брату, это тоже общение, а наши соседи мне неинтересны. Анжелу не интересует ничего, кроме тряпок и Парижа. Да и вообще, здесь все ворюги. У порядочных людей нет таких денег, чтобы платить за коттеджи.

– Мы точно ворюги, а Валентин заработал свои деньги. Разве виноват сын в том, что отец занял высокий пост и пристроил его туда, где можно на законных основаниях грести деньги лопатой, да ещё помог купить дом? Вот ты отказалась бы от всего этого? И на вечеринку ты попала с его помощью. Неужели нельзя их отблагодарить, оказав немного внимания? А они потом этим похвастаются. Ты уже и без пришельцев довольно известная личность. Кстати, после изменения тематики блога в него набежало ещё больше народа.

– А меня, похоже, раздумали убивать, – сказала Вера, – так что зря ты прикрыл защитой весь особняк. Ладно, схожу я к соседям. Надо будет показать Анжеле упражнения, может, за компанию займётся. Валентин привёз её из Франции тощей, а она скоро наест бока и будет типичной русской толстухой.