– Мы узнали о нём позже, – ответил проводник. – Там не все умерли, кое-кто выжил, они потом и рассказали. Вы не подцепите эту болезнь? Говорили, что она жутко заразная.

– У нас есть защита, – сказал Брукс. – Послушайте, как мы будем здесь ночевать?

Ночевали на ветвях больших развесистых деревьях, очистив место ночёвки от змей. С непривычки никто, кроме проводника, не заснул. Ночью внизу кто-то так заорал, что учёный с перепугу чуть не вывалился из гамака. Утром перекусили сухарями и вяленым мясом и продолжили путь. К концу второго дня пути так измучились, что заснули как убитые, уже не обращая внимания на ночные вопли. К полудню на третий день пути проводник объявил привал.

– Вы как хотите, но я дальше не пойду! – сказал он Грэгу. – Долина где-то там, но у неё нет границ, поэтому в любой момент можно наткнуться на мёртвую деревню. Если они вам нужны, ищите небольшую реку. Здесь все селения возле воды. Давайте я сварю похлёбку, и нормально пообедаем, а потом расстанемся. Когда будете возвращаться, сделайте несколько выстрелов, а то пройдёте в ста шагах от нас и не заметите.

Дождавшись обещанной похлебки, впервые за три дня поели горячего, после чего Грэг с Говардом ушли, а остальные принялись обустраивать лагерь. Искателям могил пришлось идти до самого вечера, прежде чем они натолкнулись на останки деревни. Когда-то это место было расчищено от леса, но люди исчезли, и теперь то, что осталось от хижин, было плохо видно из-за разросшихся кустов и молодых деревьев. Первым делом они открыли сумки и достали защитную одежду. Она была пропитана латексом и защищала всё тело, кроме лица. Лицо закрывал капюшон со стеклянными очками и респиратором. В таком одеянии эльфы сразу же начали обильно потеть.

– Нужно поторопиться, пока мы не сдохли в этой резине! – сказал Грэг. – На месте хижин одна труха. Нет, здесь есть кости!

– Это нам не подойдёт, – помотал головой Говард. – Нужно искать деревенское кладбище.

На поиски кладбища ушёл час.

– Ещё немного, и станет совсем темно, – сказал Грэг. – Ты как хочешь, а я настроен сделать дело и убраться куда-нибудь подальше. Здесь не снимешь эту одежду, а я в ней скоро сварюсь.

– Тогда подсвети факелом, а я буду копать, – предложил Говард.

Пока агент делал и поджигал факел, он достал маленькую, похожую на совок лопатку и одну за другой разрыл три могилы.

– Здесь в каждой останки нескольких орков, – сказал учёный, укладывая в контейнер образцы из всех могил. – Обычно орки хоронят своих мертвецов по одному, поэтому эти точно умерли от болезни. Этого нам хватит. Давай отойдём подальше и избавимся от защитной одежды.

Он выбросил лопатку, закрыл контейнер и быстро двинулся в том направлении, где должны были ждать проводник и матросы. Было уже темно, поэтому немного отошли от деревни и сняли защитную одежду. Вначале выбросили перчатки, потом штаны и куртку, а последними бросили на землю капюшоны. Руки и лицо после этого помыли специальной жидкостью из фляги. Выбрав подходящее дерево, забрались на него сами и затянули контейнер. Ночью громких воплей не было, поэтому им удалось выспаться. Утром спустились с дерева, опять всё протёрли убивающим болезни раствором и наскоро поели. Грег достал компас и пошёл по нему на восток. Говард следовал за ним с контейнером в руках. Когда, по их расчётам, должны были приблизиться к лагерю, агент по очереди выстрелил из своих пистолей. После этого вдали раздался слабый звук ответного выстрела.

– Нужно взять левее, – утерев пот, сказал Говард. – Скоро уже придём.

Эти слова оказались последними в его жизни. Получив стрелу в горло, он захрипел, выронил контейнер и упал, засучив ногами. Бросив разряженные пистоли, Грэг нагнулся за контейнером, и это спасло ему жизнь. Вторая стрела прошла над головой, а от третьей он увернулся, метнувшись в сторону. Подгоняемый страхом агент нёсся по лесу, каждое мгновение ожидая удара в спину. Но если в него и стреляли, то недолго. В густом лесу лук почти бесполезен, а преследовать его почему-то не стали. Выбежав на поляну к лагерю, Грэг выронил контейнер и упал рядом с ним, не в силах отдышаться.

– Что с вами случилось? – с тревогой спросил наклонившийся над ним проводник. – Где господин Брукс?

– Убит стрелой, – сумел ответить агент. – Нужно быстрей уходить.

– В лесу трудно уйти от чернокожих! – сказал проводник. – Держитесь вместе и приготовьте ружья! Где ваши пистоли?

– Бросил, – признался Грэг. – Они разряжены, а у меня не было ни времени, ни третьей руки. Этот ящик важнее моей жизни.

Они быстро шли по лесу до самого вечера, готовые ко всему, но нападения так и не последовало.

– Наверное, эти чёрные откуда-то издалека, – предположил проводник. – Если бы местные набрались наглости напасть на эльфа, они никогда нас не выпустили бы. За такое обычно сжигаем деревни. Всё, на сегодня хватит. Нужно устраиваться на ночлег, пока хоть что-то видно.

Переночевали нормально, а на следующий день пошли уже обжитые места, и все немного расслабились. Проявленная беспечность стоила жизни одному из матросов. Он убрал с пути ветку не стволом винтовки или тесаком, а рукой, был укушен небольшой жёлтой змеёй и через минуту умер. Пришлось задержаться и зарыть тело.

– Всё равно разроют хищники, – махнул рукой проводник, – но большего мы для него не сделаем. А вы смотрите, за что хватаетесь! Ведь три раза повторял!

Перед привалом ему повезло подстрелить обезьяну, мясо которой зажарили на костре. Наевшись, забрались на деревья. Запах жаркого привлёк каких-то хищников, которые визгливо перекрикивались и дрались внизу, мешая спать. Утром обошлись сухарями и к обеду были уже в Мбубве. Расплатившись с проводником, пошли на свой корабль. Первым на сходни вступил агент. За час до их прибытия на местном рынке купили и доставили на корабль пять корзин с бананами. Одну корзину по приказу капитана оставили на палубе для экипажа, а остальные убрали в трюм. Вахтенные ели сладкие плоды и бросали за борт кожуру. Одна такая кожура случайно упала на сходни, а Грэг её не увидел и наступил. Если бы он бросил контейнер и ухватился рукой за перила, не случилось бы ничего страшного. Контейнер выловили бы, а внутрь вода попасть не могла. Но он вцепился в свой груз и вместе с ним, проломив перила, упал в воду, ударившись при падении головой о борт корабля.

– Готов, – констатировал капитан, когда тело агента выловили из воды и положили на палубу. – Надо же было ему сломать шею! Это хреново, потому что я не знаю, куда плыть. Развели секретность, кретины! Всё равно мы обо всём узнали бы.

– Он говорил, что этот ящик ценнее его жизни, – сказал один из двух вернувшихся с Грэгом матросов, показав рукой на лежавший рядом с агентом контейнер. – Наверное, его нужно доставить в тот порт, откуда мы отплыли.

– Я забираю его, – сказал капитан. – Тело оставьте коменданту. Пусть похоронят как положено. Углём мы загрузились, поэтому сейчас же и уйдём.

В своей каюте он бросил контейнер, сел на койку и обхватил голову руками. Надо же было так влипнуть! Он не был виноват в гибели учёного, но как единственный оставшийся в живых офицер отвечал за всё! Если по Бруксу он ещё мог как-то оправдаться, то нелепая смерть Хейза была целиком на его совести. Вот надо было ему покупать эти бананы! И ведь ничего не скроешь: когда будут трясти матросов, всё узнают. Единственным оправданием мог быть только этот ящик. Капитан взял контейнер, положил его на стол и попытался открыть. У него ничего не получилось, но какой моряк отступает перед трудностями! Выпив стакан рому, он сходил в каюту, которую раньше занимали агент с учёным, и порылся в их вещах. В одной из двух сумок Брукса он нашёл подходящий ключ. Открыв замок, капитан с недоумением уставился на серую пыль, на треть заполнявшую железный ящик.

– Что это за хрень? – задал он себе вопрос, потрогав прах рукой. – И это дороже жизни? Да, вряд ли мне поставят в заслугу этот ящик!

Он запер контейнер, положил его так, чтобы не мешал и, слегка покачиваясь, отправился относить ключ. Когда их будут проверять, лучше, если он окажется на своём месте.