Следующие три дня ветер не менял направления, только ещё больше усилился.

– Если станет сильнее, придётся спускать все паруса, кроме одного, – озабоченно сказала Венди. – Похоже, что скоро пойдёт дождь.

Несущиеся в сторону далёкой Европы тучи на глазах темнели, и к вечеру из них хлынул холодный ливень. Грузы давно убрали в трюм, а дождевая вода стекала с палубы через специальные отверстия, поэтому от дождя страдал только орк у штурвала. Рулевого прикрыли парусиной и сократили ему время вахты, а все остальные укрылись в двух каютах и кубрике. К утру дождь прекратился, но ветер ослабел и начал менять направление. Пришлось спускать паруса и разжигать топки. Заработали обе машины, и корабль пошёл к цели с той же скоростью, только теперь тратили драгоценный уголь. К неудачному ветру добавились большие волны. Корабль качался на них, зарываясь носом в воду, и, чтобы избежать сильной боковой качки, приходилось отклоняться к югу. Хорошо, что от качки страдал только Ред, который вывернул в воду содержимое желудка и наотрез отказался принимать пищу. На пятый день плавания ветер стих и уменьшились волны, но зарядил дождь.

– Пока всё идёт неплохо, – говорила Венди мужу. – Если продержится такая погода, угля должно хватить, лишь бы не попасть в шторм. С таким кораблём мы можем из него не выйти.

Им повезло, и шторма, если они были, прошли стороной. За два дня до прибытия опять задул попутный ветер, и все с радостью бросились ставить паруса. Когда показался берег, близко подплывать не стали, а пошли вдоль него на север. Через три часа увидели на берегу какое-то селение. На песке сохли рыбачьи сети и темнели днища перевёрнутых лодок.

– Надо высадиться и поговорить, – сказал Глеб. – Они должны знать, где Славутич. Мы можем подплыть ближе? В такое волнение трудно плыть на лодке.

– Попробуем, – решила Венди, – но для этого нужно убрать паруса, иначе с таким ветром выбросит на берег. Займитесь ими, а я пойду к машине.

Не прошло и часа, как Глеб уже был в селении и разговаривал с его старейшиной. С любопытством поглядывая на приплывших с юношей чёрных орков, старик объяснил, что до Славутича можно за полдня дойти по берегу. До дома ещё нужно было добираться сотни вёрст, но главные трудности были уже позади.

Глава 15

– Значит, тебе больше нечего добавить! – с сожалением сказал высокий и широкоплечий молодой мужчина, одетый в кафтан из красного атласа, богато украшенного золотым шитьём.

Его волосы были схвачены золотым обручем, а юному лицу добавляли лет коротко подстриженные усы и борода.

– Рано, князь! – ответил ему пожилой, но на диво сильный бородач в лёгких доспехах. – Мои лазутчики не вернутся раньше зимы.

– А ты ничего не хочешь сказать? – повернулся князь к третьему мужчине, который сидел не рядом с ними, а за столом.

Ему, как и воину, было лет под пятьдесят, но на этом сходство заканчивалось. У сидевшего было гладко бритое лицо, с которого на князя смотрели умные, слегка прищуренные глаза, и мантия мага из зелёного шёлка.

– Что я могу сказать, князь, если знаю об этом меньше воеводы? – ответил маг. – Подождём тех, кого послал Трифон.

– Дозволь побеспокоить, светлый князь! – обратился открывший дверь дружинник. – К тебе проситель...

Было видно, что он находится в растерянности и не знает что сказать.

– А почему в неурочный час? – нахмурился князь. – Что мнёшься, как красная девица! Что за проситель и откуда?

– Антипов сын Глеб из Берёзовки... Вид у него больно странный, и говорит путано. Я так и не понял, что ему надобно.

– Антипа знаю, – сказал князь, – добрый воин. А о его сыновьях не слыхал.

– Знаю я этого паренька, – усмехнулся Трифон. – Он по весне подходил ко мне справляться насчёт дружины. С луком на диво проворен, но больше ничего не умел, да и собой был хлипок. Я ему и сказал, что обучать будем долго, так он после этого ушёл и больше не показывался.

– Впусти, – приказал князь. – Посмотрим, что там за чудо, из-за которого твой гриден впал в смущение.

В княжеские покои вошёл парень не старше восемнадцати лет, одетый в скромный, но явно дорогой наряд непривычного кроя. На узком поясе покачивался парадный меч с украшенной камнями рукоятью.Других украшений, так любимых дворянами из западных королевств, на нём не было. Вошедший приблизился на положенное расстояние и, отвесив князю изысканный поклон, замер.

– Не очень он похож на крестьянского сына! – сказал князь, обойдя вокруг юноши. – Ты, стало быть, сын Антипа?

– Я, светлый князь, – ответил юноша. – А так выгляжу потому, что за полгода где только не довелось побывать!

– И где же? – с любопытством спросил маг. – Рассказывай, не нужно ждать вопросов.

– Подожди, Иван, – остановил мага Трифон. – Точно тот самый мальчишка! Меч для чего нацепил?

– Я владею этим мечом не хуже тебя, воевода, – ответил юноша, – а учитывая твои годы, так и лучше. Конечно, не этой парадной висюлькой, а настоящим.

– Магия? – спросил маг.

– Магия, – подтвердил Глеб. – Повезло спасти жизнь магу, ну а он и отслужил. Дал знания языков, а потом привёл к смертнику и перелил в меня его умение мастера меча.

– И чем же ты занимался? – спросил князь. – Как попал на запад?

– Не хотелось мне, князь, несколько лет чистить старшим коней в твоей дружине, вот и нанялся охранником в обоз к купцу Вышате, – начал свой рассказ Глеб. – У него тогда сманили лучника, так что я появился кстати. Думал, что провожу обоз к бошам, а потом куда-нибудь устроюсь. Не нужно усмехаться, воевода, сам знаю, что глупо.

– А тебе дали только знание меча? – спросил маг. – Или были и другие?

– Так получилось, что в мою голову попала часть памяти приговорённого к смерти графа, – признался Глеб, не вдаваясь в подробности. – Я купил дворянство, так что эти знания пригодились.

– И на какие шиши ты его купил? – спросил Трифон. – Не по твоей ли вине пропал обоз купца?

– В его беде виноваты другие, – ответил юноша. – Дворяне пшеков устроили мятеж против королевской власти. Мятежников разбили и рассеяли по лесам. Чтобы спастись, они занялись грабежами. Из-за этих грабежей к нашему обозу пристал барон Венецкий с родственницей и двумя воинами. Когда въехали в густой лес, нарвались на засаду. Мятежники перекрыли дорогу и бросились на обоз с двух сторон.

– И такой лучник, как ты, их не побил? – ехидно спросил воевода.

– Их было около пятидесяти, – ответил Глеб. – Я начал стрелять по напавшим с одной стороны и получил по голове от пращника. Отцов шлем спас, но я ничего не видел, поэтому на ощупь ушёл оттуда в лес, свалился в какую-то яму и потерял сознание. Когда очнулся и выбрался на дорогу, там лежали мёртвые обозники и воины барона. Подобрал оброненный лук и отправился искать разбойничий лагерь. Когда нашёл, дождался, пока они накачаются вином, а после всех побил стрелами. В плену у них были барон и его племянница, которым я помог добраться до замка.

– И племянницу не тронули? – спросил Трифон.

– А то не твоё дело, воевода! – отрезал юноша. – Ты спросил, откуда деньги, я и отвечаю. Часть срезал с поясов побитых мятежников, а остальное получил от барона за взятые в лагере лошадей и оружие. Барон ещё добавил от себя, так что я и после покупки грамоты не остался без денег.

– А товар? – спросил князь. – Неужто так и бросили?

– Барон потом отправил людей, – нехотя ответил Глеб. – Но он в своём праве, поэтому Вышате ничего не вернут.

– Ну хорошо, – сказал князь. – Ты у нас теперь благородный, мечом владеешь получше моего воеводы, да ещё при деньгах. А для чего пришёл? Проситься на службу?

– Подарок я тебе хочу сделать, князь, – улыбнулся юноша, – а со службой ещё не решил. Тебе нужен огненный бой эльфов?

– А ты, Трифон, говорил, что чудес не бывает, – нарушил тишину голос мага. – Рассказывай по порядку, юноша, так интересней.

– Да, говори, мы слушаем! – подтвердил князь.