– Садись, – попросила она. – Я не буду к тебе приставать, только поговорим.
– Поговорить можно, – согласился он и сел рядом.
– Ты спрашивал, почему я не живу нормальной жизнью, – сказала Венди. – Скучно мне так жить! У нас есть дом в небольшом городке. Мама умерла, когда мне было три года, и меня воспитал отец. У него было много книг о море и кораблях. Пока была маленькая, я любила смотреть в них картинки, потом стала читать. Отца тянуло в море, и, как только я подросла, он выучился на капитана и купил этот корабль. В него вложены не все деньги семьи, в банке их ещё много. Я уже самостоятельная и могла бы жить сама, но меня от всего воротит! Все всех знают и постоянно перемывают кости соседям и хвастают друг перед другом своими лошадьми, экипажами, газонами, наконец!
– А что такое «газон»? – спросил он. – Я не знаю такого слова.
– Это чепуха! – махнула она рукой. – Стригут траву перед домом, а потом обсуждают, у кого она гуще и зеленей. И это жизнь? У меня был парень... Между нами ничего не было, только целовались. А потом я узнала, что он для этого дела бегает к друзьям. Подруга пыталась объяснить, что это нормально. Мол, детей он мне сделает, а удовольствие мы доставим друг другу сами. Я с ней пробовала, но не почувствовала ничего, кроме стыда. То ли была слишком молодая, то ли делали что-то не так, но мне не понравилось. Здесь дело, которому отец отдал жизнь, а там я не могла найти себе занятия. Никто не мог понять, зачем мне работать, если навалом денег. А мне здесь интересней общаться с матросами, чем с ними! Вот только хочется стать женщиной, почувствовать, что тебя любят... Я ведь не сразу увязалась за отцом, сначала поехала в тот город, куда мы плывём. Сняла в нём дом и попыталась стать там своей. Быстро со всеми перезнакомилась, а когда узнали, что у меня много денег и семейное дело, начали проявлять интерес парни. А я быстро поняла, что дело не в том месте, где я живу, а в самих эльфах. Что-то с нами стало не так. Все верят в бога или говорят, что верят, и ходят в храмы, но никто не соблюдает того, что написано в священных книгах. Наверное, есть и такие, как мой отец или я, но как их найти? Я даже думала на какое-то время остаться жить в одном из западных королевств, но отец запретил. Сказал, что в них достаточно своей швали, а я неопытная девчонка, которую не обманет только полный дурак. Уж лучше, говорит, плавай со мной, а года через три продадим корабль и попытаешься свить гнездо. Не знаю, почему я тебе всё это говорю, наверное, нужно кому-нибудь поплакаться. Не матросам же такое говорить. Они меня живо утешили бы, но боятся отца. Извини за мои угрозы – это была глупость. Мне было стыдно и немного страшно, поэтому так себя и вела. А размер... Подруга где-то вычитала, что чем он больше, тем лучше, а я в этом ничего не смыслю. Я о себе рассказала, а теперь расскажи ты. Кто ты, откуда и для чего к нам плывёшь?
Глава 10
– Может, ты станешь смеяться, но я тоже сбежал из дома из-за скуки, – сказал девушке Глеб. – Я ведь из крестьянской семьи. Наслушался и начитался об интересной жизни в западных королевствах, и всё вокруг показалось унылым и никчемным.
– У вас крестьяне умеют читать? – удивилась она. – Ты не врёшь? И разговор у тебя не крестьянский. У нас были матросы из какой-то деревни, так они поначалу не могли связать двух слов. Если я и преувеличиваю, то ненамного.
– Смотря какие крестьяне, – ответил юноша. – Один из наших долго служил наёмником, а потом вернулся. Он и обучил меня грамоте. А потом я уже и сам многому научился. Дворянство у меня купленное.
– У нас его нет совсем, – махнула рукой Венди. – Для эльфов ваши титулы мало что значат даже в королевствах, а у нас не обращают на них внимания. Главное – есть ли у тебя деньги.
– Есть десять тысяч, – сказал он.
– Я говорила не о тебе, – засмеялась девушка. – А ты имей в виду, что у нас твои десять тысяч – это не деньги.
– Берег! – удивился Глеб. – Откуда он взялся?
– Здесь заканчивается Восточное море и начинается Северное, – объяснила Венди. – Ветер усилился и по-прежнему для нас попутный. Если так будет и дальше, сэкономим уголь и не нужно возиться с парусами. Я сейчас сбегаю помочь отцу и вернусь. Ты ведь не уйдёшь? С тобой легко и интересно говорить, а я на этом корабле намолчалась на десять лет вперёд. Отец постоянно читает нотации, наш механик думает только о своих машинах, а с матросами сближаться нельзя. Да, ты так и не назвал своё имя. Я спрашивала отца, но он не записывает имён пассажиров, а твоё забыл.
– Звать Глебом, – ответил юноша. – Беги, я пока никуда не уйду.
Венди умчалась, а он проводил её взглядом и подумал, что ему с ней тоже легко и приятно общаться, даже просто сидеть рядом и смотреть на море. Эх, не была бы она эльфийкой! Девушка отсутствовала очень недолго.
– Помогла? – спросил Глеб. – Что-то ты быстро.
– Сейчас для меня нет работы, – ответила она. – Показалась отцу и сказала, где буду, чтобы не искали. Я больше нужна в плохую погоду или когда приболеет отец. Тогда я его заменяю. Я ведь знаю всю работу капитана и могла бы сама водить корабли. Смотри, парус!
– Он не один, – всмотрелся юноша. – Там три корабля.
– Они быстро приближаются, – Венди не на шутку встревожилась. – Пойду предупрежу отца.
Ей не пришлось бежать к отцу: он подошёл сам.
– Венди, бросай своего кавалера и беги к Вилсону. Пусть запускает машины!
– Нужна наша помощь? – спросил Глеб.
– Не знаю, – с тревогой в голосе ответил капитан. – Похоже, что это корабли норвегов. Они здесь все разбойники, но на нас нападать не решались. Я не беспокоился бы, но год назад пропал один из наших кораблей. Штормов во время перехода не было, а корабль исчез. Если нас возьмут на абордаж и затопят «Царицу моря», пропавших кораблей станет два. Конечно, нас будут искать и пиратами займутся, но отыскать следы разбоя нелегко, и нам это уже не поможет.
– Оружие есть? – спросил Глеб.
– У экипажа только абордажные сабли, а у нас есть пистоли.
– Обратитесь к пассажирам, – посоветовал юноша. – Среди них два десятка вооружённых мужчин. Если на нас нападут, ни к кому не будет снисхождения. Я предупрежу своих спутников и возьму оружие.
– Расходятся! – сказал наблюдавший за кораблями капитан. – Норвеги идут на вёслах, а мы под парусами можем двигаться только им навстречу. Они не позволят нам совершать манёвры, и мы не успеем запустить машины. Идите, юноша, и от моего имени обратитесь к мужчинам. У меня уже нет сомнений в том, что впереди бой.
Глебу не пришлось бегать по каютам. Большинство пассажиров гуляли на палубе, и он быстро рассказал им об опасности. Оба его спутника сидели в каюте и сразу же начали готовиться к драке. Эльф достал два меча и с помощью Глеба надел броню, а Корн взял свой изогнутый меч и длинный кинжал. Закончив помогать эльфу, юноша вытащил котомку, в которой лежали три колчана с боевыми стрелами. Повесив их на плечо, он прикрепил к поясу меч, натянул лук и первым выбежал из каюты. Пассажирам нужно было ещё увести женщин, поэтому они собирались дольше. Уже вооружённые саблями матросы столпились возле капитана. Меньше половины из них уверенно держали оружие и были готовы к схватке, остальные не умели сражаться и были охвачены страхом.
– Уберите с палубы тех, кто впервые взял в руки оружие, – посоветовал Корн капитану. – Норвегам они не противники, а вот нас могут смять, когда бросятся бежать.
– Ваша правда, – согласился капитан и занялся матросами.
– Я буду сражаться рядом с тобой! – сказала подошедшая к Глебу Венди. – Я немного умею фехтовать, и у меня есть два пистоля!
– Ваше «немного» нам не поможет, – сказал ей Корн. – Это норвеги! Один их воин убьёт два десятка таких, как вы, и не заметит. А вот пистоли – это хорошо. Только не спешите из них стрелять. Видите, что они совершенно не прячутся?
– Смеются, – сказал Майк. – Знают, что на таких кораблях нет ни огненного боя, ни лучников, и даже не прячутся за щиты. Ваши пистоли им на один зуб, а вот Глеб станет сюрпризом. Мы не успеем запустить машины?
