На завтрак к господскому столу пригласили не только эльфа, но и Корна.

– Чем вы так недовольны, Майк? – спросила Касия, когда Глеб представил ей эльфа. – Что-то не так с вашими комнатами?

– Благодарю вас, с ними всё в порядке, – ответил эльф. – Я думаю, что напрасно дал себя уговорить сюда приехать. На постоялом дворе много красивых девушек, а здесь приходится спать одному.

– А как же мальчики, Майк? – поддел его Глеб.

– Так нет и мальчиков, – сердито ответил он. – И потом мне они здесь не нужны. Это наши женщины раздвигают ноги с таким видом, будто делают вам одолжение, а здешние девицы так отдаются, что не получается выспаться. Даже домой не хочется ехать, а надо.

– А как вы посмотрите на то, что я и Глеб поедем с вами? – спросил его Корн. – Глебу после вчерашнего нужно на время исчезнуть, а я составлю ему компанию.

– Буду только рад, – ответил Майк. – Одному в дороге скучно, а к вам я привык. Да, зря вы вчера ушли. Дочь хозяина даже плакала. Трудно, что ли, было утешить? Я это сделал быстро.

– Так она затащила вас в спальню? – удивился Глеб.

– Нет, мы нашли другое место, – ответил эльф, смущённо посмотрев на хозяйку. – В меньшем зале много ниш...

– Найдём мы вам девушку, – успокоила его Касия, – если хотите, то даже не одну. У нас много любительниц этого дела. Господа, вы уже наелись? Тогда можете отдыхать, а вас, Корн, я попрошу уделить мне немного времени. Давайте пройдём в зимний сад, заодно его посмотрите. Это моя гордость.

Они встали из-за стола и вышли из трапезной. Сад находился на этом же этаже, а дворец у графини был небольшой, поэтому не пришлось много ходить.

– Действительно, есть на что посмотреть, – согласился маг, осматриваясь в большой комнате, заставленной кадками с кустами и деревьями, – но вы меня пригласили не для того, чтобы любоваться зеленью, её сейчас хватает в парке.

– Вы правы, барон, – кивнула Касия. – Садитесь на скамейку, так удобней разговаривать. У меня к вам два вопроса, касающихся Глеба.

– Всё-таки узнали, – с неодобрением сказал маг. – Для чего вам Глеб? Вы не воспринимаете его как брата и правильно делаете. Тоже попали под его обаяние?

– Попала, – согласилась графиня, – и никому не отдала бы, будь я на десять лет моложе. Я не дура и понимаю, что ему здесь нечего делать, но не смогу выбросить его из памяти и из сердца. Он мне не брат, но и не посторонний человек. Не знаю, как вам объяснить...

– Не нужно ничего объяснять. Когда в судьбы людей вмешивается магия, их отношения трудно судить, исходя из привычных для всех норм. Любовь этого юноши растоптали, причём незаслуженно, поэтому он был обижен и очень одинок. Вы тоже одиноки, поэтому неудивительно, что вас к нему потянуло. Но не рассчитывайте на длительную связь. Война, о которой я ему говорил, – это не выдумка. Эльфы давно её готовят и, как всегда, хотят сделать дело чужими руками. Догадываетесь, кого они будут использовать? Почти вся граница на севере у маозов с нами, нас и пошлют. Вы уже подумали, с кем свести Глеба?

– В Юрлове живёт бывший советник короля, – сказала Касия. – Я с ним достаточно близко знакома, чтобы пригласить к себе. Вчера он был на балу и видел Глеба.

– Барон ещё жив? – удивился Корн.

– Жив и для своего возраста здоров, – ответила графиня. – Ему надоели служба, королевский двор и интриги и захотелось тихой провинциальной жизни. Как вы думаете, он подойдёт?

– Лучшую кандидатуру трудно найти, – сказал Корн, – вот только захочет ли он откровенничать с каким-то непонятным маозом?

– А если вы подтолкнёте магией? – предложила Касия. – Я думаю, вам не очень трудно стереть старику память о его откровенности.

– Ладно, – неохотно согласился Корн.

– А почему вы помогаете Глебу? – прищурилась она. – Если нам воевать с маозами, значит, вы хотите помочь врагам. Только не надо говорить о благодарности за спасение, всё равно не поверю. Не тот вы человек, барон, чтобы что-нибудь делать без расчёта. Вы могли испытать к Глебу благодарность и симпатию и даже как-то отблагодарить, но не таскаться за ним по всему королевству, рискуя угодить на костёр. Вы сильно изменились, но я всё-таки узнала, хотя видела только два раза. Правда, узнала только после того, как Глеб сказал о маге, но ведь есть много дворян, которые знают бывшего королевского мага лучше, чем я! Вы хотите отомстить?

– Я похож на идиота? – сердито сказал Корн. – Да, я расчётливый человек и строю в отношении Глеба свои планы, что не исключает симпатии и благодарности. Но дело не в обиде и мести. Кому мстить, графиня? Нашему королю, который, как и короли соседей, послушно выполнил приказ из-за моря? Попробовал бы он этого не сделать! Дело в другом. Мало кто понимает, что эльфы считают нас союзниками только из-за нашей полезности. А полезны мы им в качестве цепных псов, которых можно натравить на их врагов. Пока стоят восточные княжества, так и будет. Конечно, нам по-прежнему будут указывать, что можно делать, а чего нельзя, но не будут управлять напрямую. Это независимость, хоть и не полная. А если их сомнут, со временем разберутся с орками и подгребут под себя весь мир. И что тогда? Кому мы с вами будем нужны? Эльфам? Ещё англам могут сделать какие-то поблажки, а нас с вами быстро переименуют в каких-нибудь орков, которым место только на плантациях или на рудниках. Поэтому, помогая маозам, я помогаю всем нам! Власти не должно быть чересчур много, для неё нужен какой-то ограничитель. Вот пусть для эльфов таким ограничителем станут вооружённые огненным боем маозы. Пусть они дерутся друг с другом, мы от этого только выиграем.

– Надеюсь, что вы знаете, что делаете, – вздохнула Касия. – То, о чём вы говорили, случится через годы, а сейчас меня беспокоит, что вас за морем, скорее всего, убьют. Я не проявила бы беспечность на месте эльфов и хорошо охраняла свои секреты, а они умнее меня. Я не собираюсь чинить вам препоны, наоборот, буду помогать, но на сердце тяжело…

– В последнее время у меня нет дел, – пожаловался Глеб вернувшейся графине. – Если не лежу в кровати с какой-нибудь женщиной, значит, маюсь от безделья или чего-нибудь жду. Но раньше хоть была цель – соединиться с любимой.

– Я поговорила с твоим Корном, – сказала Касия, садясь на кровать рядом с юношей. – Это бывший королевский маг. Имей в виду, если его поймают и станет известно, что вы сообщники, тебя не выпустят живым. Слишком много секретов в голове твоего спутника, и никто не станет допытываться, делился он ими с тобой или нет. Если он сказал о войне, это почти наверняка правда, но я уже направила слугу к нужному тебе человеку. Это бывший королевский советник, которого я пригласила на ужин.

– И он станет делиться со мной секретами? – с сомнением спросил Глеб. – Или опять используем мага?

– Я предложила ему развязать советнику язык, а потом стереть память о разговоре. Он не станет вмешиваться в сам разговор. До вечера много времени, а любовью не занимаются на полный желудок. Не хочешь прогуляться в парке?

В парке гуляли почти до обеда. Касия рассказывала о своей жизни и расспрашивала Глеба о жизни маозов.

– Я не смогу удовлетворить твоего любопытства, – сказал он в ответ на её расспросы. – Я ведь крестьянствовал и почти ничего не знаю о жизни князей и ближних к ним людей. Отец, когда ходил в ополчение, тёрся с ними спинами и мог бы что-нибудь рассказать, да и то... Во время войны совсем другая жизнь. Когда люди ходят под смертью, разница в происхождении часто стирается и в них начинают ценить не знатность, а мужество, верность и воинскую сноровку. Расскажи лучше ты о сестре.

– До смерти мужа я с ней почти не общалась, а потом встретилась только один раз. Жизнь не удалась, и хвастать ею не тянет, а плакаться не позволяет гордость. Это тебе почему-то выкладываю всё без утайки. Я ведь и Анджею рассказывала всё, даже о сыне конюха.

– Рано тебе себя хоронить... – неуверенно возразил Глеб.