Мужчины торопливо сели. Двое перед этим украдкой пощупали свои кресла.

– У вас заговор, – сказал Алер. – В него вовлечены работники ряда министерств и один из замов господина Бортновского. Он и подготовил взрыв в вашем зале. Не сам, конечно, а с помощью подкупленных сотрудников вашей службы. Но это только исполнители, заказчики вам прекрасно известны. Вот полный список тех, кто участвовал в заговоре. Конечно, в нём указаны только значимые фигуры.

На колени каждому из мужчин упал лист бумаги.

– Мерзавец! – высказался посмотревший свою бумагу Бортновский. – Не скажете, что он для нас приготовил?

– Что-то вроде объёмного взрыва, – ответил Алер. – Я знал о заговоре и смог подготовиться. Перед взрывом убрал оттуда вас и поместил ваши копии. Это тела, выращенные из образцов ваших тканей, в которых нет сознания. Сейчас заговорщики собирают их сгоревшие останки.

– А для чего нужно это... представление? – спросил Путилов. – Не проще ли было ознакомить нас с этими списками?

– Прочитайте первые восемь фамилий, – сказал ему Алер. – А теперь ответьте, что бы вы с ними сделали, если бы получили от меня эту распечатку? Молчите? Теперь вам придётся действовать жёстко! Появился шанс на законных основаниях пустить по миру тех, кто считает себя хозяином этой страны и никогда не смирится со многими вашими нововведениями. Уже завтра должен собраться распущенный парламент, который быстро отменит две трети ваших указов! Заговорщики уверены в том, что никого из вас нет в живых, и уже сегодня покажут себя во всей красе. Я помогу вам снова взять бразды правления, но только один раз! Если после этого позволите себя убить, ваши места займут они!

Одна из стен исчезла, и оторопевшие члены Совета увидели свои копии. Восемь мужчин, включая отсутствующего среди них Пучина, стояли с закрытыми глазами и, казалось, спали.

– Это точно такие же тела, как и те, которыми я вас заменил, – объяснил арк, – только в них записаны копии ваших личностей. Я не ограничился простым копированием и внёс несколько существенных улучшений. В отличие от вас, они не позволят себя убить!

– А почему вы вообще с нами возитесь? – спросил Шогжалов.

– Разве непонятно? – изобразил удивление Алер. – Ваше убийство привело бы к власти людей, правление которых в перспективе пагубно сказалось бы на развитии этой страны и жизни её населения. К нему относятся и те ребята, с которыми я познакомился.

– Вы хотите сказать, что помогаете только из-за них? – не поверил Медведов.

– А чему вы так удивились? – ехидно спросил Алер. – Почему я должен кому-то помогать? Разве вы помогаете умирающим от голода африканцам? А ведь они вам намного ближе, чем мне земное человечество. Я ничем вам не обязан, и тем не менее вскоре после прибытия помог с озоном. И из-за этой помощи мне теперь придётся находиться в вашем мире лишний месяц!

– Не скажете, что в них особенного? – спросил Бортновский. – Я ознакомился с личными делами. До знакомства с вами эти ребята ничем не отличались от тысяч других.

– Вам знакомо такое слово, как привязанность? – прекратив ёрничать, спросил Алер. – Люди рискуют жизнью, для того чтобы спасти свою собаку. Считайте, что у меня сходные чувства. Кроме того, с ними мне не так скучно.

– Давайте вернёмся к заговору, – предложил Путилов. – Когда вы нас вернёте?

– Часов через пять, когда прозвучат нужные заявления, – ответил арк. – Очутитесь в своих рабочих кабинетах, к которым я подошлю верных и нужных вам людей. Необходимо в первую очередь арестовать заговорщиков из числа сотрудников силовых министерств, а уже потом будете разбираться с остальными. Ладно, с этим вы справитесь сами. Я заберу у заговорщиков ваши обгоревшие копии, и вам не придётся никому ничего объяснять. Не было вас в зале в момент взрыва, и всё! Не нужно, чтобы ваше спасение связывали со мной. Для этого я подправлю воспоминания кое-кому из вашего окружения. Слухи всё равно пойдут, но на них можно наплевать. Мало ли что могут придумать! Я ухожу, а вы обсуждайте свои действия.

Олег позанимался с гантелями, после чего позавтракал и лёг на тахту. Одна половина сознания готовилась к экстернату, а вторая слушала защитника, который знакомил своего подопечного с событиями в мире:

– Опять ухудшилась ситуация в США. Военным удалось на время подавить протесты, но принятые меры уже не срабатывают.

– Расскажи подробней о том, что у них творится, – попросил юноша. – Что за меры?

– Уже через две недели после катастрофы в США началось падение производства. Частично израсходовали товарные запасы, а подвоз необходимых комплектующих и сырья сократился в разы. Ещё раньше начался рост цен, в первую очередь на продукты питания, хотя с учётом недавно собранного урожая в стране были огромные запасы продовольствия. Стали закрываться или переходить на работу с неполным рабочим днём сотни предприятий, что вызвало резкий рост безработицы. У основных торговых партнёров США было более тяжёлое положение и с питанием населения, и с экономикой, а американцы усугубили его запретом на торговлю всеми продовольственными товарами. Восстановление озонового слоя прогнозировалось через пять лет, а на такой срок их запасов зерна хватало впритык. Мы немного запоздали со своими станциями. Добило мировую торговлю известие о том, что правительство США объявило дефолт по внешним обязательствам и в срочном порядке ввело в обращение новые доллары. Деньги старого образца менялись только гражданам США, а их ввоз из-за границы был запрещён. В результате сейчас даже с учётом введённых мер государственного регулирования функционирует только треть всех предприятий, цены на самые необходимые товары увеличились раз в пять, а безработица достигла половины трудоспособного населения. Потребительских кредитов никто не выдаёт, а инфляция превысила сто процентов, несмотря на обнуление государственного долга. Правительство попыталось регулировать цены, но это мало помогло и привело к возникновению чёрного рынка. Если бы безработные не получали продовольственные пайки, в стране начались бы массовые бунты. Учитывая количество оружия у населения, это могло быстро привести к потере управления и развалу государства. Бунты у них всё равно были, но в результате принятых мер масштабы волнений не превысили возможностей властей по их подавлению. Конгресс никто не закрывал, но вся власть сосредоточена в руках президента и военного командования, которые создали что-то вроде вашего Совета Национального Спасения. У вас были намного худшие условия, чем у американцев, но российская экономика меньше зависит от импорта, и правительство смогло не допустить её обвала Кроме того, ваше население привыкло к лишениям и другим стандартам жизни. Вы терпите, а большинство американцев не хочет терпеть. Положение с законностью не везде одинаковое. Кое-где справляется полиция, но во многих городах порядок поддерживается с помощью Национальной гвардии и даже воинских частей. В них вся власть передана назначаемым губернаторами комиссарам.

– И что послужило причиной ухудшения ситуации? – спросил Олег.

– Недовольство вызвали отправка двух авианосных групп в Персидский залив и попытка разоружить часть населения, – ответил защитник. –И белое население больше отреагировало на авианосцы, а негры – на разоружение, потому что их и разоружали. США сейчас жизненно важно не воевать, а наладить торговлю, восстановить экономику и привязать к ней сырьевые рынки, хотя после дефолта это быстро не получится. Придётся привыкать к новой экономической реальности и жить по средствам. Если не развалятся, должны справиться.

– А что с Южной Америкой? – спросил Олег.

– Относительный порядок сохранился только в Венесуэле, Панаме и на Кубе, а в остальных странах или уже нет государственности, или власти контролируют небольшие территории. Воюют и с соседями, и с многочисленными бандами. Отсутствие порядка и боевые действия пагубно сказываются на сельскохозяйственных работах, которые во многих странах ведутся круглый год. В этом году второй урожай кукурузы сильно пострадал от ультрафиолета, а то, что уцелело, должны собирать сейчас. Вряд ли в таких условиях много соберут. Если не вмешается кто-нибудь со стороны, там ещё долго не будет порядка. Пока голодает в основном городское население, да и то не везде, но через несколько месяцев голод станет постоянным явлением для очень многих. Такого, как в Африке, не будет, но мы прогнозируем, что потери составят пятьдесят миллионов.