Появившаяся минут через пять Зоя вернулась на тахту.

– Так это были вы! – тихо сказала она. – Здорово! Мне сказали, что мы с Виктором тоже так сможем, только нужно немного подождать и много заниматься. Жаль, что нельзя рассказать отцу!

– Садитесь, Валерий Владимирович! – сказал командиру группы «Альфа» генерал-майору Канатову начальник Центра специального назначения ФСБ генерал-полковник Тихов. –Рассказывайте всё и с подробностями!

– Нет у меня подробностей, Александр Евгеньевич, – ответил севший на стул Канатов. – О гибели большой группы боевиков от инфаркта вам уже доложили, а о событиях в Ростове я могу сказать не намного больше того, что о них передали по телевидению. Эта парочка возникла в зале и быстро обработала боевиков нашим «Морфеем». Они послушно побросали оружие и обезвредили взрывное устройство. То же было и с охранением. Эти «герои» двигались очень быстро, но, если судить по записям с камер, не было ничего запредельного. Им помогло ещё то, что боевики при виде костюмов пришли в такое изумление, что не успели отреагировать. Вот я и думаю, не обрядить ли в такую форму и моих парней.

– Шутите, а мне не до шуток! – сердито сказал Тихов.

– А что остаётся? – пожал плечами генерал. – Судя по тому, что к Аллаху с инфарктом отправились сразу семь здоровых мужчин, это тоже работа пришельцев. Возможно, они убрали кого-то ещё, о ком мы пока не знаем. Если пришельцы не захотят раскрыть исполнителей, мы их никогда не узнаем. И о мотивах их поступков можно только гадать. Помогли, и слава богу! Я как представлю, какие могли бы быть последствия, сразу возникает желание сесть и написать вам рапорт на увольнение.

– А что думаете сами? – спросил Тихов. – Неужели нет мыслей?

– Мысли есть, – невесело усмехнулся Канатов, – только с такими мыслями нужно идти не к вам, а к психиатру. – Мне кажется, Александр Евгеньевич, что наши благодетели просто развлекались. Видимо, обе группировки террористов как-то связаны, а их акции были приурочены к празднику. Одну из групп убрали, чтобы они не отвлекали внимание от ростовского театра. Меня сейчас беспокоят не забавы пришельцев, а то, что мы пропустили две многочисленные и хорошо вооружённые группы. У инфарктных боевиков тоже было много взрывчатки, причём не какая-нибудь кустарная, а тротил.

– Что дали результаты допросов?

– Группа прибыла из Казани. Первоначально нацелились на ростовскую АЭС и даже смогли завербовать кого-то из её персонала. Когда готовились к диверсии, жили в посёлке под Волгодонском. А дальше начинаются странности. Главарь группы почему-то изменил цель акции, ликвидировал с большим трудом завербованного сообщника и направил группу в Ростов. Сам он не смог сказать ничего внятного даже под действием «Морфея», не смог вспомнить мотивы своих поступков. Скорее всего, это опять работа пришельцев. Кстати, диверсию на АЭС могут повторить, а в защите есть дыры. У этой группы был шанс испортить нам праздник.

– Охрану станций и других жизненно важных объектов будут усиливать, – сказал Тихов. – С Татарстаном тоже разберёмся. В нынешних условиях будут действовать жёстко и без оглядки на чьё-либо мнение за границей. Верховного муфтия нужно допросить под «Морфеем». Слишком много косвенных данных о его покровительстве экстремистам. Заодно будут разбираться с руководством республиканского управления ФСБ. И возьмутся не только за них. Воевать будем и очень скоро, поэтому нельзя допустить никаких волнений или диверсий.

На следующее утро в первый раз пошли в школу в форме.

– Класс! – восхищенно сказала Зоя, осмотрев ребят. – Вроде бы ничего особенного, но выглядите совсем по-другому. А на многих женщин форма действует убойно!

– Давай свою сумку, женщина, – улыбнулся Виктор, – и пошли быстрее, а то опоздаем.

Сегодня весь класс был в камуфляже и выглядел очень необычно.

– Здравствуйте, – поздоровалась с ними учительница биологии. – Надеюсь, что вам придётся надевать форму только для занятий. Начнём урок...

«Знаешь, что говорят ребята? – мысленно спросила Олега Зоя. – Сегодня утром вас показывали по одному из каналов. Из театра сбежала не вся обслуга, и кто-то успел скачать на флешку записи с камер. И показывали фотографии, которые многие делали телефонами. Так у вас и в ролике, и на фото размытые лица».

«Как же им разрешили показ? – спросил он. – Сейчас на телевидении цензура».

«А что скрывать при таком количестве свидетелей? – удивилась она. – Они обо всём рассказали. А о том, что фотографировали, говорили немногие. Тех, кто в этом признался, потом наверняка задержали, чтобы скачать фотографии и стереть их в телефонах. У вас что говорят о вчерашнем?»

«Не знаю, мы до звонка ни с кем не говорили, это ты такая общительная. Старайся не использовать новые возможности на уроках, для этого есть перемены».

Зоя обиделась и замолчала. Когда закончилась биология, началось обсуждение новостей.

– Сегодня утром по телеку показывали супергероев, – сказал Сергеев. – Кто-то из работников театра сделал копии записей камер в фойе. Прекрасное качество, но изображение лиц специально размыто. Позже показали фотографии, которые сделали в зале, так на них то же самое. Сказали, что это не работа ФСБ, а всё так и было. Видно только, что на лицах чёрные маски как в кино.

– А что ещё говорили? – спросила Рогожина.

– Это люди, – ответил Николай. – Лиц не видно, но пропорции тел человеческие. Учёные не верят тому, что всё может так совпасть. Какие-нибудь различия должны быть. Конечно, пришельцы могли изменить тела или создать какую-нибудь материальную иллюзию, но тогда они не стали бы скрывать лица. Какая разница, увидим мы их или нет? А вот в том, чтобы скрывать лица людей, которые им помогают, смысл есть.

– Счастливые! – с завистью сказала Ира. – Всё отдала бы, чтобы быть на месте той девушки!

– И сама отдалась бы? – ехидно спросил Рустам, который сегодня в первый раз пришёл в школу после смерти отца.

– Может, и отдалась бы, – покраснев, ответила девушка, – только не тебе!

– Классные у них пушки! – сказал Третьяков, который тоже успел посмотреть новости. – Только сказали, что они должны быть очень лёгкими.

– А как это узнали? – поинтересовался Олег.

– Очень просто, – ответил Женька. – При большом весе мышцы должны сильно напрягаться. Костюмы очень тонкие, и у героев видно всю мускулатуру.

– Если они были под защитой пришельцев, в этом освобождении мало героизма, – сказала Лена. – Какой героизм, если нет опасности?

– Говоришь глупости, – вмешался в их разговор Матвеев. – Какая разница, была у них причина бояться или нет, если спасли столько людей? Если бы напортачили, боевики взорвали бы свою бомбу, а в ней сто пятьдесят килограммов взрывчатки! Да там не осталось бы ничего живого!

– Говорили только о театре, или было что-нибудь ещё? – спросил Виктор.

– Курды через Грузию дошли до нашей границы, – ответил Сергеев. – Грузины хотели им помешать, но быстро сдулись. Сообщили, что тоже пришлют в Москву министра обороны. И было короткое сообщение о том, что за венгров вступились румыны. Я на их месте тоже вступился бы, а не ждал, пока перебьют соседей и навалятся на меня. Только сделал бы это сразу, пока венгры ещё не побежали. От их армии, наверное, уже ничего не осталось. Больше я ничего не смотрел, потому что не было времени.

Прозвенел звонок, и все вернулись на свои места. До прихода сержанта этот учебный день мало чем отличался от других, разве что ребята из младших классов с завистью смотрели на форму старшеклассников. На этот раз наставник не пришёл, а приехал в большом автобусе. Их заранее предупредили, чтобы оделись и ждали у школьной калитки, поэтому быстро уехали. Стрельбы были в учебном центре в Батайске. Стреляли из положений стоя и лёжа, сначала из пистолета, а потом и из автомата. Олег с Леной удивили своими результатами и сержанта, и помогавшего ему инструктора.