– Как вырезано? – не поверила Лена. – Это же миллионы людей!

– Если не считать Албанию, которая почти не пострадала, то всего тридцать семь миллионов человек, – подтвердил Мерт. – Две трети из них сбежали, судьба остальных печальна. Беженцев, по нашим оценкам, было около двадцати пяти миллионов, из которых треть – это арабы и турки, а остальные – чернокожие жители Африки. Многие из них тоже погибли. Самые ожесточенные сражения были на границе Словении с Австрией и Италией. Французы даже использовали три ядерных заряда. Дождались, когда подул западный ветер, и ударили. Радиацию унесло к венграм, а потом туда же потянулись мигранты. Армия венгров пока их сдерживает, а население бежит к соседям.

– А Украина? – спросил Олег. – Что там творится?

– Бардак, – ответил Мерт, – почти как в Чёрной Африке. Все воюют со всеми, а у кого нет сил или желания воевать, те бегут в Донецк или через вашу границу. Кое-кого пустили в Польшу, но таких очень немного.

– А армия? – спросила Лена. – Неужели они не могли навести порядок?

– Армия развалилась вскоре после ликвидации центральной власти. Военным перестали выдавать деньги и снабжать их всем необходимым. Кроме того, в считанные дни почти вся страна осталась без электроэнергии. Дело не в электростанциях, а в сетях. В борьбе за власть применяли всё, что могло хоть как-то навредить противникам и контролируемым ими территориям. Подрыв ЛЭП был обычным делом. Атомные станции сохранили, но их пришлось срочно останавливать. А вскоре не стало и газа. Россия его поставляет в непризнанные республики по отдельным трубопроводам, а в газотранспортную систему Украины ничего не поступает. И дело даже не в отдельных диверсиях на газопроводах. Если взорвали один, можно использовать другие. Но для нормальной передачи газа должны работать десятки тысяч людей, и нужна электроэнергия. Теперь Польша получает газ из Германии, а на Украине работают только тепловые станции на угле, но это ненадолго. Неделя или две – и уголь закончится. Это полный крах государства. В городах отсутствие электроэнергии привело к параличу коммунальных служб, а если ещё нет тепла и подвоза продуктов, то неизбежно бегство населения. Этот процесс уже пошёл. Добавьте к нему холода, грабежи и разборки между многочисленными вооружёнными бандами.

– И все побегут сюда? – с ужасом спросила девушка. – Куда же мы их денем? Ведь через месяц зима!

– Все не побегут, – успокоил Мерт. – Я думаю, что таких будет от пятнадцати до двадцати миллионов. Многие военные вместе с техникой ушли в Донецк, а потом туда же хлынули беженцы. У властей республики нет свободного жилья и мало ресурсов, поэтому они, скорее всего, возьмутся за наведения порядка и начнут с соседних областей, только сначала выждут, когда всё окончательно рухнет. Всю страну не займут, но большую часть смогут. Поляки тоже захватят несколько областей, а остальным пока не до Украины. Я удовлетворил ваше любопытство?

– Да, спасибо, – ответил Олег, – можно возвращаться.

– Почему у них такой убитый вид? – поинтересовался возникший в комнате Алер.

– Из-за глупости и неправильного отношения к жизни, – ответил Мерт и обратился к ребятам: – Не понимаете? Вы за какие-то десять минут стали мастерами боя. Другим для этого понадобились бы десять лет упорных тренировок! А вы, вместо того чтобы визжать от радости, едва не плачете. Так расстроились из-за бедствий, постигших братский украинский народ, или расстраивает необходимость оказывать ему помощь?

– И то и другое, – ответила Лена. – Мне жалко украинцев, и я готова помочь, но только так, чтобы их здесь не было. Если правда то, что пишут об их отношении к нам...

– Правда, – подтвердил Мерт, – хоть и не вся. Отношение к вам самое разное. Кое-кто, как и раньше, считает вас братьями, но таких мало. Большинство настроено недоброжелательно, но немало и тех, кто ненавидит и гибель Украины тоже запишет на ваш счёт. А ведь сюда побегут все. Но это не повод, чтобы впадать в меланхолию. На самом деле вам повезло. Что смотрите с таким недоверием? Это государство всё равно развалилось бы, и большинство его жителей побежало бы сюда, потому что больше нигде не помогут. Но если бы это случилось не сейчас, а в благополучные времена, было бы хуже и тяжелее. Хуже потому, что большую часть Украины захватили бы не вы, а ваши противники, а тяжелее... Сейчас вы боретесь с катастрофой за своё выживание и готовы к трудностям, и нашествие блудных родственников будет восприниматься одной из них. А в благополучное время их появление означало бы конец вашей безбедной жизни. Резервы у вас есть, а русским не привыкать терпеть невзгоды. Во всём этом самое паршивое – это сами беглецы. Они напуганы, озлоблены и давно не испытывают к вам никаких родственных чувств. Пройдёт время, и страх уйдёт, а всё остальное останется. Такое отношение можно изменить, но не у всех, и на это потребуются много времени и сил, а вам не хочется тратить на них ни того ни другого. Ваши западные недоброжелатели приложили много усилий для того, чтобы вас рассорить, и им это удалось. Когда-то, не так уж и давно, вы были одним народом, а теперь не хотите жить рядом.

– Всё так, – согласился Олег. – И почему мы должны веселиться?

– Я же говорил об их отношении к жизни, – сказал Мерт Алеру и повернулся к ребятам: – Скажите, вы можете как-то повлиять на ситуацию? А если не можете, зачем заламывать руки? Жить нужно легко, а к неприятностям относиться с юмором. Есть случаи, когда это правило не применишь, но они очень редки. Ты должен радоваться тому, что на вас наехали в школе, а для тебя это повод для огорчения.

– И в чём здесь радость? – спросила Лена.

– Для других действительно нет ничего приятного, – ответил Алер, – но не для вас из-за вашей защиты. У вас очень скучная и бедная событиями жизнь. Тяжёлая учёба, которая с понедельника станет ещё тяжелей, и практически никаких развлечений. Ваши прогулки и вечерние посиделки с родственниками у телевизора, и всё! Этот Рустам не сможет вам навредить, но внесёт в жизнь немного разнообразия.

– Если смысл жизни в её разнообразии, то вы правы, – съязвил юноша. – Я постараюсь исправиться.

– Послушай, Олег! – сказал Алер. – Вы живёте в очень непростое и трудное время. И до катастрофы в вашем мире было много опасностей, которые могли ввергнуть вас в хаос или положить конец цивилизации. Сейчас это проявляется сильнее. Так нужно ли страдать из-за бедствий совершенно чужих и враждебно настроенных к тебе людей? По-моему, это глупо. Я понял бы твои терзания, если бы ты был президентом. Нужно принять единственно верное решение, и цена ошибки будет велика! Ты же не решаешь ничего и ни на что не в силах повлиять. И ты намного лучше других прикрыт от любых неприятностей. Мерт дал хороший совет, которому стоит последовать. Помогай, когда считаешь нужным помочь, но не жги своё сердце в огне несчастья людей, которые не разделят твоего горя. Подумай над тем, что тебе сказали.

Юноша очутился в своей комнате, услышал голоса родителей и вышел в гостиную. Мерт сказал, что его отсутствия никто не заметит, так и вышло.

– У меня для тебя новость, – сказал отец. – Мать со Светланой её знают, остался один ты. Меня сегодня предупредили, что нас будут уплотнять. Через два или три дня в твою комнату поселим семью из Магадана. Это майор полиции с дочерью. Придётся тебе, сын, перебраться в гостиную.

– А почему так рано? – удивился Олег. – Облучение будет только через год!

– Наверное, потому, что не так просто расселить двадцать миллионов человек и обеспечить их работой, – сказал отец. – Если причина в этом, то нам не повезло. Но мне в утешение сказали, что это очень приличная семья.

– А они откуда знают? – спросил он. – Утешители хреновы! Неужели в списках напротив фамилий есть пометки? Этого умника поселить к хорошим людям, а эту сволочь – только к алкашам! Ладно, всё равно ничего не сделаешь. Я завтра перенесу вещи. Мама, передавали что-нибудь интересное?

– Это слово не подходит к тому, что передали, – ответила она. – Сейчас почти все новости важные и страшные, но они не вызывают интереса. Сто лет бы такого не слышать!