Неужели…

Неужели, опять?

Сколько можно?

Садист схватил меня за волосы, запрокинул голову кверху. Зашипел как гадюка:

— А ты строптивая, да? Любишь, когда пожестче? С этим у меня проблем нет! Сначала отсосешь как положено, а потом я тебя в задницу трахну! На зоне именно в таком порядке все происходит, ты знала? Только без таких сладких девок!

Он обслюнявил мою скулу.

Сжал зубами щеку и больно-больно укусил.

Слезы потекли непроизвольно. Я знала, что его это только обрадует, поэтому держалась изо всех сил. Но на боль организм среагировал все-таки.

В голове билась одна только мысль: не показывай.

Не показывай как тебе больно и страшно.

Хватит бояться всего на свете! Удавят. И Лихач на помощь не придет. Он уехал.

И последнюю надежду забрал с собой.

— Я скорее хер тебе отгрызу, чем сосать буду!

— Значит, вначале я тебе зубы выбью, сучка! Будешь только причмокивать!

Он швырнул меня вперед, к входной двери домика.

Выставив руки вперед, я упала. Крупный осколок разбитой тарелки впился в мякоть ладони. Располосовал кожу. Ярко-алыми каплями брызнула кровь.

Но я обрадовалась.

Сжала немеющими пальцами острый кусок бывшей посудины.

— Встала, шлюха!

Он рывком поднял меня с пола.

И я замахнулась.

Глава 23. Лихач

Обнюхался уже пиздец.

На заднем сиденье лежал огромный букет простых белых ромашек. Специально заставил продавца объединить три штуки в один, чтобы получилось пышно и красиво.

Лапуля оценит.

Она ведь сама такая… Как ромашка.

Беленькая, нежная и простая до милоты.

Цветочек мой.

Танк осветил фарами ее дом. А сердце екнуло. Темнота. Ни в одном из окон не горел свет.

Где она может быть в такое время?

Надежда на то, что просто устала после работы и спит, была слишком хрупкой. Как льдинка. Прозрачная и острая до зубной боли.

Я медленно вытянул из подлокотника пистолет.

На всякий случай.

Не нравится мне все это. Слишком тихо. И Лапуля моя из негулящих. Она должна была дома сидеть. Книжку читать.

Меня ждать.

Аккуратно толкнув пальцами входную дверь, я задержал дыхание. Сука, почему она открыта?

Сердце барабанило по ребрам.

Лада сидела на полу.

Неловко. Подвернув ножки под себя. Опустила голову, уронила залитые чем-то темным руки перед собой.

А перед ней…

— Лапа! — я ударил по выключателю на стене кулаком. — Лапа!

Она была словно во сне.

Подняла на меня растерянный взгляд. Как будто только-только осознала, что перед ней лежит труп. И что она вся в крови по локоть.

— Руслан, — пухлые губы задрожали. — Руслан, я не знала… Он хотел меня… Я не виновата… Я не хотела…

Моя ты девочка…

Я подхватил ее. Прижал к себе покрепче. Худенькое тельце трясло как будто в лихорадке.

Да что ж такое, блядь…

Как ты еще держишься-то, моя девочка?

Лица трупа на полу я не видел. Но по одежде это точно был не обычный поселковый забулдыга, который мог бы вломиться в дом к девчонке.

Это кто-то из города.

И я даже уже могу предположить, кто его послал. Успел послать. Потому что больше он уже ничего не сделает.

Я не просто так помчался на зов Вялого.

— Маленькая, давай-ка тебя отмоем, — я подхватил ее на руки.

В бане было темно, но я не стал включать лампочку. Ткнул фонарик на телефоне и все. Этого хватит.

Лада молчала.

Вздрагивала от прохладной воды всем телом, но не сопротивлялась. Забрызганное кровью платье пришлось с нее снять. Свернуть в моток.

Внутренности перевернулись.

Маленькая. Хрупкая. Худенькая. Испуганная.

Она стояла передо мной и крупно дрожала. И не поднимала глаз. Не смотрела на меня. Не просила помощи.

— Лапуль, — я завернул ее в полотенце. Запрокинул голову повыше, чтобы поймать взгляд.

— Руслан, я не хотела…

— Забудь о нем, — мне было очень важно, чтобы она меня услышала. — Ты все сделала правильно. Ты ни в чем не виновата. Я тебя не защитил. Это из-за меня все, маленькая…

Хрустальные слезки стояли в глазах, но никак не проливались.

Застыла.

Замерла.

Хуево.

Но пока пусть так. С этим придется разобраться чуть позже. Сейчас каждая минута на счету.

Надо прибраться.

— Идем.

Я отнес ее в машину. Усадил на сиденье. Прибавил отопление, чтобы не замерзла. И загнал машину во двор, прямо к крыльцу.

У меня пиздец сейчас задач..

Этого ублюдка послали не просто так. Только вот как нашли? Я поставил галочку в голове, чтобы задать этот вопрос Вялому. Явно же мой телефон вычислили. Меня найти проще, чем Лапулю.

Уже остывший труп я узнал.

И без сожалений завернул в хозяйское одеяло. Следов в машине оставлять нельзя ни в коем случае. Ни капли крови. Ни единого волоса.

Щедро пролил баню водой.

Замыл пол в доме. Хорошо хоть линолеум, а не доски. В каждую щель могла проникнуть кровь. И ее могут найти.

Тряпка тоже пошла в багажник. Как и платье Лады.

— Поехали, Лапуль, — я прыгнул за руль.

Она не отреагировала.

Свернулась калачиком. Ноги подтянула на сиденье, завернулась в полотенце вся целиком.

Пиздец.

Мне хотелось сдохнуть. Как она мне должна довериться, если я ее подвожу постоянно? Я бы на ее месте сам себя нахер послал.

Ну, в общем-то, она это и делает.

А значит, мне надо из кожи вылезти, чтобы доказать ей обратное. Потому что какой я нахер тогда мужик?

Местность я эту знал.

Я вырос в Ильинке. А поселки были соседними. Еще пацаном все тут объездил. И болото с небольшой, но бездонной топью я помнил.

Много чего там исчезло…

— Руслан, — Лада со страхом смотрела в черноту ночного леса. — Где мы?

— Не бойся, Лапуль, — я взял ее ладони.

Прижался к прохладной коже губами, прикрыл на секунду веки.

Как же мне хуево от твоего страха, ты бы только знала. Суставы выкручивает просто до бешеного рева внутри.

— Я все решу. Посиди. Я сейчас.

Мягкая влажная земля проваливалась под ногами. Кроссовки намокли сразу же. Во мне в самом весу прилично, так еще и ноша не маленькая.

Я понял, что дошел, когда провалился сразу по колено.

Все. Дальше нельзя.

Радиус топи был где-то около десяти метров, я это помнил. И нужно было попасть именно в центр. Так труп исчезнет быстрее.

Луна заливала болото светом.

Легкие тонкие травинки колыхались под ночным ветром. Кроме нее тут ничего не могло удержаться. Тонуло все.

Я отступил.

Поймал ногами опору покрепче. И швырнул свою ношу, как смог подальше. Даже всплеска не было. Жирное жадное чмоканье.

Темный большой сверток стал быстро погружаться.

И я тоже.

Ноги уже ощутимо тянуло вниз. Показавшаяся вначале твердой кочка потонула.

Блядь.

Без резких движений, я завалился чуть назад. Дотянулся до кустов и подтянул себя выше. Тонкие гибкие ветви сгибались под пальцами, мочили кожу соком листьев. Я перехватился, подался еще дальше.

Я тут точно не останусь.

Меня там Лапуля ждет.

На то, чтобы выбраться ушло почти столько же времени, сколько на то, чтобы дойти от машины до топи. Дергаться было нельзя ни в коем случае.

В гудящей двигателем машине горел свет.

И я видел встревоженное личико своей девочки. Она вытягивала шею, всматривалась через лобовуху.

Ждала…

Душу облило теплом. Аж где-то в ступнях стало горячо от непривычного ощущения нужности.

Ждала.

Я сцепил зубы. Хватит. Все. С Голландцем я закончил. Пора и с ней заканчивать эти догонялки. Ничего хорошего из этого не выходит. Веселящий кровь флирт перешел в дикую и безудержно опасную игру с несколькими игроками.

— Руслан!

Она бросилась ко мне, стоило мне только открыть дверь.

Обхватила руками шею, ткнулась носом в шею. Задышала как испуганный зайчик, быстро-быстро, сквозь зубы.

Да ёб твою мать…

Я сжал стройное тело в руках. Вдохнул полной грудью знакомый запах. Лапа моя. Навсегда моя. После того, что мы с тобой прохавали, у нас других шансов просто нет.