– Вот и как я должен понять, куда мне идти? – раздраженно прошипел Ваня, подходя ближе к символу в надежде разглядеть что-то еще.

– Ты пришел.

За спиной прогремел низкий голос, и Ваня, испугавшись, обернулся, инстинктивно выставляя руки вперед. Перед его лицом как из-под земли возникли мужчина и женщина, которые разглядывали его, как диковинную зверушку. Мужчина был одет в камуфляжный костюм и напоминал лесника из детских сказок. Вот только правый его глаз был скрыт под повязкой, и от этого он больше походил на пирата. Женщина была не на много старше самого Вани и выглядела словно кошка или пантера. Ее волосы были собраны в высокий хвост, а руки скрещены на груди, будто это она потратила весь день на разгадывание загадки и теперь ожидала ответов. В самом деле, Ваня уже и не надеялся на встречу с ними. Он думал, что весь день его просто так водят за нос и в итоге ему придется вернуться в родной город. Но сейчас, когда он стоял лицом к лицу с теми, за кем гнался последние несколько месяцев, он понятия не имел, что сказать.

– Меня зовут Ива… – Он не успел договорить, прежде чем его перебили.

– Достаточно. – Голос мужчины звучал так, словно он отдает приказ своим подчиненным. – Зачем ты пришел?

– Что?

– Люди не бегают за нами просто так. Ты знаешь правила, Щегол. Озвучь свою цену.

Уже несколько лет по городам ходят слухи, что они могут выполнить любое пожелание новичка. Якобы это связывает его с ними долгом. Собственно, ради этого Ваня и искал их последние три месяца. Будто это был единственный вариант, и иначе этот вопрос уже не решить.

– Я хочу, чтобы вы убрали человека.

Девушка презрительно взглянула на Ваню, а после прыснула со смеха. За все время она не проронила ни слова и даже не шелохнулась, за исключением этого момента. Она слегка скривила уголки тонких губ и подалась вперед, как змея, что заметила долгожданную добычу, которая спустя мгновение уже будет переварена.

– Ты готов отказаться от всего ради этого? – Казалось, мужчину тоже насмешили его слова.

– Готов.

– Озвучу правила еще раз. Хочу дать тебе еще шанс на отступление, Щегол. Любое предательство или намек на предательство карается смертью. – Он сделал паузу, словно хотел вкусить страх парня. – Никакой связи с внешним миром, за исключением необходимой. Исполнять любой приказ главы беспрекословно. Вылазки в город только по указаниям. Запомни, Щегол, оглянуться назад уже не получится.

– Я готов. – Ваня поспешно закивал, боясь, что они сами передумают его брать и исчезнут ровно так же, как и появились.

– В ближайшие дни Ласточка приступит к выполнению твоей просьбы, – мужчина кивнул на девушку, стоявшую справа от него. – В Гнезде укажешь необходимые данные. А сейчас закрой глаза.

На свой страх и риск парень сделал, что велели, прислушиваясь к каждому шагу. Размеренными тяжелыми шагами кто-то подошел к нему, и на его глаза опустилась ткань. Дыхание сбилось, и на мгновение появилось желание сорвать с себя эту нелепую повязку и бежать что есть мочи прочь из этого проклятого Птицами города. Чьи-то руки мягко обхватили его за плечи и направили вперед. Неуверенными шагами Ваня двинулся, позволяя им полностью контролировать и без того робкие движения. Несмотря на закрытые глаза, он почувствовал, как они вышли на свет, покинув заброшенное здание.

– Сейчас тебе нужно будет сесть в машину.

Несмотря на устрашающую и даже грубую внешность, голос у этой девушки оказался успокаивающим и разливался внутри, как прохладная вода в знойный день. Как только Ваня почувствовал эту прохладу и в то же время мягкость, последние мысли по поводу отступления растворились. Разве может такой нежный голос принадлежать обманщице? Разве может такой нежный голос принадлежать убийце? Под ногами хрустела осенняя листва, и казалось, сейчас он идет не по дорожке из листьев, а по эшафоту, что разваливается после каждого шага. Сесть в машину с закрытыми глазами оказалось труднее, чем он мог себе представить. Только с третьего раза он смог поставить ногу в нужное место, а после ударился головой о крышу. Не видя лиц, Ваня прекрасно представлял, как Птицам смешно из-за его неуклюжих движений. Ему и самому было бы смешно, если бы не было так страшно.

– Вещи, телефон, любые средства связи, – в очередной раз приказал мужчина.

– Я отключил телефон.

– Твои вещи остаются здесь. Если Гнездо тебя примет, у тебя будет одежда.

– А если не примет? – переступив через страх, словно через яму, наполненную кислотой, спросил Ваня.

– Нет ни одного живого человека, кого бы ни приняло Гнездо. – Мужчина слабо усмехнулся.

Оступившись, Ваня с головой погрузился в зловонную кислоту, а его кожа и мышцы тут же превратились в кашу, как и остатки самообладания. Выдохнув, будто бы в последний раз, он протянул рюкзак с вещами и телефоном незнакомому мужчине. Сейчас Ваня разорвал последнюю ниточку, что могла связать его с прошлой жизнью. Дверь в машину захлопнулась, а через пару минут в нее сели два человека. Двигатель «буханки» заревел, и вскоре она двинулась с места, покачиваясь из стороны в сторону, словно телега. Когда они выехали на ровную дорогу, Ваню перестало мотать по сторонам, как поплавок на удочке, и он на ощупь нашел какую-то дубленку, на которой и разместился.

Он принялся прокручивать в своей голове последний год, пытаясь убедить себя, что поступает верно. Ведь так и есть. И более оптимального выхода он не видел. Им же угрожали несколько раз, а у него никак не получалось заработать нужную сумму в такой короткий срок. У Вани не осталось другого выхода, кроме как «продать» собственную жизнь в обмен на жизнь близкого человека. Он все продумал и соврал ей, что уезжает на вахту, чтобы помочь погасить долг, а там уже и забудется это все.

Машина свернула с ровной дороги, и Ваню снова начало кидать из стороны в сторону по просторному багажнику машины. Вначале из-под него куда-то улетела дубленка, и поэтому от очередного прыжка на кочке он ударился об пол. А когда попытался найти ее, то стукнулся головой о сиденье, которое, оказывается, с самого начала было в машине. От этого Ваня разозлился и хотел стукнуть сидушку, но его откинуло к самым дверям.

Может, никто не остается в живых из-за этой отвратительной дороги?

Наконец-то его страдания прекратились, и машина с победным звуком заглохла – как надеялся Ваня, по желанию водителя, а не самой «буханки». Люди вышли из машины, но не спешили высвобождать парня из клетки, а казалось, вовсе забыли о его существовании. Ваня изо всех сил подавлял свое желание снять с глаз повязку, которая и так съехала почти на самый нос. Ведь, возможно, это одна из предстоящих ему проверок. Опершись на стену, он шумно выдохнул, утешая себя, что все происходит именно так, как и должно быть.

– Вылетай, птичка! – Двери с грохотом распахнулись, и Ваня чуть было не вывалился из машины, но его вовремя поймали. – Ты совсем дурак? Зачем сюда сел?

Девушка стянула с его лица повязку, и Ваня впервые смог разглядеть ее лицо вблизи. У нее были миндалевидные голубые глаза, нос с небольшой горбинкой и острые скулы, о которые он боялся порезаться. Она казалась такой безмятежной, будто это вовсе не она займется убийством, о котором Ваня попросил.

– Я не виноват. Меня так откинуло.

Она глухо усмехнулась и отошла чуть в сторону, освобождая Ване выход из машины. Все это время она не сводила с него взгляда, как бы стараясь найти что-то свое в этих чужих чертах лица. Ее глаза щурились, а после принимали привычную форму, точно ей так не удалось увидеть то, что она хотела бы видеть. Ваню эти перемены в ее лице пугали и заставляли задуматься о том, что он уже поступил где-то неправильно.

– Будь осторожен в словах. Говори только о том, что спросят. И никакой личной информации на общее обозрение. Свои данные можешь сказать только Чижу. – Она говорила тихо, словно и не должна была этого делать.

– Понял, – Ваня послушно кивнул. – Почему он называл меня Щеглом? И имени не спросил.