Крас уже мысленно собирался прощаться с жизнью, как вдруг случилось нечто невероятное, почти невозможное. Словно по мановению слепой судьбы, удача в очередной раз улыбнулась герою. Габенс, про которого на время позабыл одичалый, смог преодолеть паралич и выбраться из зоны его влияния. Поскольку монстр сконцентрировал своё поле вокруг более сильного и опасного противника, у лучшего друга героя появился тот самый единственный, отчаянный шанс на победу в этой схватке, по крайней мере, он так думал. Подобрав с земли крупнокалиберную снайперскую винтовку, оставшуюся от Миро, он прицелился и, затаив дыхание, выстрелил прямо в затылок одичалого.

Крас даже разогнал своё восприятие и отчётливо видел, как пуля, медленно вращаясь, летела прямиком в цель. Он решил подстраховать друга и тоже внести свою лепту в победу над противником. Герой мысленно отдал котомке приказ на перегрузку остатков энергии в кристалле «+», намереваясь вызвать мощный взрыв и добить одичалого наверняка, даже ценой собственных травм.

Вот только его грандиозному плану не суждено было сбыться. В самый последний момент летящая пуля встретила на своём пути невидимый барьер энергощита одичалого, сменила траекторию и по касательной, с противным шипением, лишь слегка оцарапала кожу монстра, не нанеся существенного вреда. Несмотря на то, что Крас успел буквально засунуть в складки одежды умалишённого перегруженный, готовый взорваться кристалл, это уже не имело ровным счётом никакого значения. Хищник даже не обратил на это внимания, его взгляд был полон холодного презрения.

Зато у парня появился другой, отчаянный шанс. Дерзкая выходка Габенса взбесила красного хищника до предела, так что он яростно отбросил Краса на несколько десятков метров, как надоедливую муху, и стремительно, с грацией разъярённого зверя, побежал к назойливому вояке. Бывший сержант даже успел сделать ещё один, последний отчаянный выстрел, но это ему уже не помогло бы — одичалый с размаха, с чудовищной силой ударил парня рукой сверху вниз, словно молотом, так что его голова лопнула, как спелый арбуз, а тело с хрустом вошло в землю по самые колени. Герой с ужасом понимал, что Габенса уже не спасти, но тот своей жертвой дал ему посмертную возможность — драгоценные секунды, чтобы выбраться из смертельной ловушки.

Взрыв кристалла произошёл именно в тот момент, когда одичалый добивал Габенса. Мощной волны энергии от разорвавшегося кристалла хватило на то, чтобы оглушить противника, сбить с ног и отбросить его на добрых пару сотен метров вглубь джунглей, вырвав с корнем несколько деревьев на своём пути. У Краса даже мелькнула слабая надежда, что это, наконец, прикончило противника, но по раздавшемуся следом оглушительному, яростному рыку, полному чистой злобы, парень с горечью понял, что это не так — монстр выжил.

Осмотревшись вокруг, Крас увидел, что сейчас находится рядом с телами Киты и Миро, так что, не долго думая, он схватил их концентраторы сознаний, и, не став дожидаться возвращения красного хищника, во что было мочи, побежал в сторону учебного центра, словно за ним гнались сами фурии.

Он бежал ещё быстрее, чем когда удирал от этого монстра в первый раз — тогда он лишь слышал его ужасающий рёв, а сегодня познакомился с ним воочию и окончательно осознал, насколько чудовищно силён одичалый предпоследнего ранга. Не зря Огетс неоднократно предупреждал парня о том, что лучше не связываться с красными хищниками, обходя их за версту. Каким бы сильным ни был Крас, этот противник оказался ему явно не по зубам, превосходя на порядок.

Спустя десяток минут адской спринт-пробежки герой пересёк периметр аномальной зоны и, пробежав для верности ещё сотню метров, развернулся, достал из котомки меч со штык-ножом и напитал их энергией до предела. Крас наивно надеялся, что если красный хищник всё же покинет свои владения, где он — само воплощение энергии аномальной зоны, то станет значительно слабее, и парень сумеет его победить в честном, ну или почти честном, бою. Вот только противник, видимо, был не дурак и не торопился выходить на бой за пределы своей территории, предпочитая выжидать в тени исполинских деревьев.

— Мёрфи, успокойся и медленно расскажи, в чём дело? Я не наблюдаю рядом активных врагов. Из учебного центра массово приходят приказы на общий сбор и информация о тревоге. Что ты опять натворил? — вдруг зазвучал приятный, умиротворяющий женский голос в голове Краса.

«Муль, я-я-я-я-я… — начал заикаться герой, с трудом сдерживая рыдания, — Я потерял Габенса. Сука, тварь, он был настолько силён, что я ничего не смог поделать. А Габ… Габ спас мою жизнь, бросился в самоубийственную атаку. Почему это снова со мной случается? На Холпеке — Умка, на Нове — Габенс. Почему гибнут все, кто мне дорог?»

Крас убрал в котомку своё оружие, бессильно упал на колени и горько, беззвучно разрыдался, сжимая в руках концентраторы. В его голове моментально, с мучительной чёткостью, всплыла картина того, как красный хищник убивал Габенса, и, делая это, смотрел прямо на него, словно насмехаясь над его беспомощностью. Просканировав память и биохимию парня, М. У. Л. И. всё мгновенно поняла и мягко попыталась его успокоить.

— Мёрфи, ты всё ещё можешь исправить, как тогда на Холпеке. Помни? Габенс не погиб окончательно, его сознание сейчас лежит на той поляне, в запечатанном концентраторе. Так что ещё не всё потеряно, ты можешь вернуть его.

«И… и ты права, я должен всё исправить. Обязательно. Во что бы то ни стало.»

Добравшись до учебного центра, Крас наблюдал занимательную, хоть и хаотичную картину: Огетс поднял на уши, казалось, весь личный состав лагеря, и сейчас они, словно муравьи, носились по территории, лихорадочно собирая оружие и обмундирование. Наготове уже стояла, переминаясь с ноги на ногу, пара десятков вояк, вооружённых до зубов — начиная от крупнокалиберных винтовок и заканчивая ручными гранатомётами, что придавало им вид мобильного арсенала.

Герой отправил капитану срочное сообщение на его чип, но, видимо, в общей суматохе и нервотрёпке, командир не обращал внимания на входящие послания, так что Красу пришлось приняться искать его самолично, пробираясь сквозь суетящихся солдат.

— Мёрфи, ты вернулся! Почему не оповестил меня сразу через М. У. Л. И.? Чёрт, тут есть от тебя сообщение, прости, совсем забегался. Мы уже готовы выступать, я собрал две сотни бойцов, так что сегодня эти твари поплатятся за то, что спустились с вершины так рано. Кстати, а почему ты здесь один? Неужели справился с ними сам?

Но, взглянув в заплаканные, полные отчаяния глаза Краса, капитан мгновенно понял — случилось нечто гораздо более ужасное, чем стычка с ориканами. Герой молча, с дрожью в руках, достал из котомки два концентратора сознаний и передал их командиру.

— Огетс… — фамильярно, без звания, начал герой, и в его голосе звучала неподдельная боль. — Отменяй тревогу. Мы не справимся. В этих концентраторах — сознания Киты-Ору-Ни и Миро-Фах-Ту. Нужно передать их куда следует. Это были не ориканы… этот придурок Миро пальнул по красному хищнику.

— Не может быть! — удивлённо, почти машинально ответил капитан, и его лицо побелело. — Что он делал так далеко от вершины? Да ещё и средь бела дня? Это не к добру… Пожалуй, пора вызывать подкрепление — магнолёты и артиллерийские установки. Если этот монстр ворвётся в учебный центр, нам всем мало не покажется.

— Я сказал, отменяй тревогу! — вдруг закричал Крас, и его голос сорвался на высокой ноте. — Капитан, прости, у меня сдают нервы… Габенс остался лежать на поле боя, я не сумел вытащить его сознание. Но тревогу отмени — хищник не сунется в наш лагерь, я уверен.

Огетс пару мгновений молча смотрел на него, оценивая, а потом задал единственный резонный вопрос:

— С чего такая уверенность?

— С того, что я с ним сошёлся в рукопашную, если это, конечно, можно так назвать. И скорее всего, погиб бы на месте, но Габенс… Габенс отвлёк одичалого ценой своей жизни. Но напоследок я устроил тому знатный сюрприз и подорвал ублюдка. Думаю, он выжил, но по тому злобному, прощальному рыку, я понял — ему это очень, очень не понравилось.