Призрак посмотрела на учителя, потом в мешок, улыбнулась ему острыми зубами и снова стала дымом, заметалась по сараю в поисках лазейки.
— Все! Будьте осторожны! — предупредил учитель. Постепенно гасли иероглифы. Го Хэну было все равно, даже если она сбежит — он не собирался больше тратить на нее время. Нужно было найти Чжу Баи. Подумать страшно, что с ним мог сейчас делать тот, кто его похитил!
Пока в своей голове он паниковал и почти не интересовался происходящим вокруг, прямо перед его лицом вдруг возникла открытая пасть с острыми зубами. Рефлексы у Го Хэна были все еще отличные, поэтому он отступил на шаг назад, выхватил из-за пояса меч вместе с ножнами и прикрылся им. С совершенно другой стороны, не той, где был призрак, его толкнули в бок и сшибли на пол. Это оказалась Ван Линг, у которой было больше времени подготовиться. Она встретила пасть оголенным лезвием меча. Оно вонзилось в нёбо призрака и вышло под глазом. Призрак взвизгнула, снова заметалась по сараю. Учитель и Да Джиан тоже были уже готовы, Го Хэн поднялся с пола, достал меч из ножен и встал в центре, спина к спине с остальными.
Сложно было уследить за призраком — она металась по стенам, слышалось шипение, когда она обжигалась об иероглифы. Словно комар по полутемной комнате метался — Го Хэн иногда замечал ее передвижения, но полностью отследить их не мог.
— Благородные заклинатели со своим идеальным миром, — жалующимся и в то же время гневным голосом заговорил призрак, — я слышала, что вы говорили. Вы пришли только когда я уже стольких девочек поела! Потому что вам было все равно, что происходит! Потому что вы сидели в своем идеальном мире и смотрели на нас свысока. Вы хуже небожителей! Вы можете вмешиваться, но лишь единицы из вас выбирают этот путь! Вы не только ждали, когда я нажрусь! Вы бы даже пальцем не пошевелили, чтобы мне помочь, когда я была человеком! Все по закону, вас не касалось это! Меня продал в это место родной отец! А раз я была продана, со мной можно было как с вещью! Когда я не подчинилась — меня заперли! Им казалось, что я сдамся! Я умирала медленно и мучительно! В один из дней я во сне едва не съела собственный язык! Он начал кровоточить, и я проснулась. Я пила свою же кровь и была счастлива! Счастлива жрать сама себя! Я умирала долго, но никто из вас, одухотворенных и таких чистых, не пришел мне на помощь! Сколько бы я ни звала! А теперь заявились! Когда зла уже столько, что его не разгрести!
В какой-то момент Го Хэн перестал ее видеть, а голос, казалось, шел отовсюду. Краем глаза он увидел своего учителя — тот смотрел вверх, подняв голову к потолку. Остальные тоже заметили этот взгляд и повернули головы туда. Призрак стояла на потолке, свесив волосы, и улыбалась.
— Но ты вернулась туда же, — заметил учитель. — И ты не тронула никого из тех, кто сделал это с тобой. Ты мстила жертвам.
Го Хэн слышал в этом отголосок слов Чжу Баи и ему стало больно из-за этого.
— Зато теперь они готовы были целовать мне туфли. Зато теперь я добилась успеха, по-прежнему не играя в их игры. Что ж такого, что я не отомстила отцу? Он умер в пьяной драке, и мне некому было уже мстить. Что же я не отомстила той, кто запер меня? Пьяный клиент зарезал ее со злости и ее сбросили в высохший колодец, куда бросили и мой труп. Такие разные, но мы оказались в одном и том же месте, обе безымянные. Только я была призраком и была сильна, могла вертеть ими, как хочу. А она — просто безымянным трупом.
— Учитель, она не поймет, — шепнул Да Джиан. — Не принимайте близко к сердцу.
Их учитель кивнул, резко размахнулся. Призрак тут же сжался, хотел снова бежать, но брошенный учителем меч за волосы приковал ее к потолку.
— Мешок, — приказал учитель, и Ван Линг тут же подобрала мешок, передала ему. — Я исполню свое обещание. Раз ты не убивала моего ученика — то и злиться мне не за что. Мы отнесем тебя в свой орден и там отправим в ад для перерождения. Надеюсь, твоя следующая жизнь будет счастливее.
* * *
Обследуй не обследуй город, а все было бесполезно. Го Хэн чувствовал опустошение…
Нужно было уговорить Чжу Баи остаться. В школе его никто бы не тронул… И они были бы вместе и смогли бы без посторонних разобраться в чувствах друг друга. И комната полностью в их распоряжении. Возможно, уговори Го Хэн его остаться — Чжу Баи сейчас уже стонал бы под ним в их спальне…
А если бы в школе остался он один — то, возможно, Чжу Баи похитили бы еще до этого места…
Го Хэн даже замер на середине дела. А в этот момент он собирал вещи в повозку учителя и остановился с сырым одеялом посреди двора. Учитель как раз выходил из главного дома, куда наведался забрать плату. Мешок с призраком лежал в повозке. За ним приглядывали, но опасности он не представлял.
Го Хэн как был с одеялом, так и развернулся к учителю. Тот заметил, что с учеником что-то происходит, и прибавил шагу, подошел к Го Хэну. Еще когда он был на том расстоянии, с которого еще не принято начинать разговор, Го Хэн прокричал:
— Мы такие идиоты!.. Боже, надо же… Это же все время было у нас под носом! Я знаю, кто еще мог похитить Чжу Баи!
Учитель кивнул, соглашаясь послушать. Из конюшни выбежала Ван Линг, готовившая лошадей к поездке, от колодца бежал Да Джиан. Го Хэн, воодушевленный своей догадкой, продолжал поспешно:
— Тот человек с постоялого двора, что обещал Чжу Баи помочь с проклятьем. А сам попытался его похитить.
— Но вас же отпустили, — вспомнила Ван Линг. — И Чжу Баи не уходил в этот раз никуда. Он был рядом.
— Почему тот заклинатель отпустил вас? Как он выглядел? — учитель тоже вцепился в эту версию.
— Фиолетово-черные одежды с золотыми украшениями.
Остальные переглянулись. Го Хэн и раньше замечал, что он с учениками в школе носит похожую по цветам одежду, только учитель одет иначе. Он понял — это может что-то значить. Человека из заклинателей реально можно было по одежде вычислить.
— На поясе символы. Луна справа, солнце слева, — продолжал Го Хэн. Да Джиан озабоченно перебил:
— Остановись. Неужели сам забыл, кто носит такое?
— Юйлун, — поспешила ответить Ван Линг, пока его не вычислили. — Это секта темных магов. А одежда их настоятелей. Их нельзя найти, а учеников они набирают сами из тех, от кого отказались родные секты.
— Это все моя вина… — произнес учитель. — Я сказал, что отправлю его в другую секту. Но я же не отказывался…
— Это было позже, — перебил Го Хэн, повернулся к Ван Линг. Его не волновало, что он должен был знать, он спросил:
— Что они делают с похищенными?
— Обращают в своих адептов. Возможно, Чжу Баи сотрут память и предложат работать на них.
— Учитель, вы и меня выгнать хотели! Давайте! Сейчас! — выкрикнул Го Хэн. — Я не поеду обратно!
— Го Хэн, мы не можем быть уверены. А тебе надо вернуться и прийти в себя, — учитель смотрел на него с жалостью, и это снова бесило. — Я не выгонял Чжу Баи. Это совсем другое… К тому же им нужны беспринципные и темные личности. И сильные. Чжу Баи не был ни самым сильным, ни темным. Даже если стереть ему память — разве мой мальчик сможет творить зло? Не сможет.
Го Хэн не мог не согласиться. В Чжу Баи эта доброта была чем-то неотъемлемым. Но он не мог и отмести эту теорию. Она была последней ниточкой… А потом он заметил белое как простынь лицо Да Джиана. Его же увидел и учитель.
— Я… — начал Да Джиан. — Нам рассказывали, как они любили эксперименты над заклинателями… Пол беды, если Чжу Баи похитили для того, чтобы он к ним присоединился — мы вернем ему память, мы заберем его обратно. Вылечим от поражения ядра, которое будет от злой ци. И все. Но… что если его правда забрали для экспериментов? Тут он подходит — невыдающийся заклинатель, самый слабый из нас… что они могут с ним сделать?
Го Хэн ощущал, как намокла от пота спина. Он ничего не ел и, может, поэтому его еще не вывернуло от всех этих нервов. Как же мучительно это было… он чувствовал себя хорошо только когда Чжу Баи был рядом. Когда же его не было — его ломало хуже, чем от похмелья.
