Украшенный? Как воздух сотворён

Податливый, широко разлитой,

Что, наполняя из конца в конец

Пространство, обтекает весь простор

Земли цветущей? Почему Господь

В Своём святом покое восхотел

Так поздно к созиданью приступить

Средь Хаоса первичного? Когда

Творенье начал? Скоро ль завершил?

Ответствуй мне, затем что вопрошаю

Не для того, чтоб тайны разгадать

Извечного владычества Творца,

Но чтоб творенью возгласить хвалу

Тем большую, чем больше я о нем

Узнаю из рассказа твоего!

Остался долгий путь светилу дня

Великому, хотя и на закат

Оно склоняется, но сдержит бег,

Твой голос, мощный голос услыхав,

Дабы узнать о собственном начале,

О том, как вся Природа родилась

Из тьмы безвидной. Если же Звезда

Вечерняя с Луною заодно

Пожалуют, в беседе пожелав

Участие принять, — Ночь приведёт

Молчание, а Сон, рассказу внемля,

Пребудет бодрственным, иначе мы

Его сюда не впустим до поры,

Когда, твою прослушав песнь, тебя

Проводим на рассвете, пред зарёй!"

Высокого он гостя так молил,

И боголикий Ангел дал ответ:

"— Исполню я смиренную твою

Вторую просьбу. Но какой язык,

Какие Серафимские слова

Способны Всемогущего труды

Достойно выразить и описать?

Людское сердце может ли вместить

Понятие о них? Но все, что ты

Усвоить в состоянье, что Творца

Умножит славу, твоему служа

Благополучью, скрытым не должно

От слуха твоего остаться. Мне

Дано веленье свыше: в меру сил

Твоих в границах неких утолить

Пытливость; но границ не преступай

И от последующих воздержись

Вопросов; не мечтай своим умом

О сокровенных таинствах узнать,

Которые невидимый наш Царь

Всеведущий навечно схоронил

Во мраке непроглядном, никого

На Небе и Земле не допустив

К познанью этих таинств. Все же Бог

Дозволил предостаточно вещей

Тебе исследовать и разуметь.

Но знанье — словно пища, и нельзя

Вкушать его чрезмерно, ибо ум

Избытка не приемлет; вредный груз,

Отягощая душу, обратит

В безумье мудрость, как зловонным ветром

Излишняя становится еда.

Узнай! Когда был свергнут Люцифер

(Так называй того, кто в Небесах

Средь Ангелов блистательней сиял,

Чем оная звезда средь прочих звёзд),

Когда объятый пламенами, он

Со всеми легионами летел

Сквозь бездну, прямо в Ад, — Великий Сын

Вернулся во главе Своих святых

С победой. Всемогущий Бог-Отец

Предвечный, озирая с высоты

Престола эти сонмы, произнёс,

К возлюбленному Сыну обратясь:

"— Завистник обманулся, возмечтав,

Что примут все участье в мятеже,

Им поднятом; что при подмоге войск

Несметных он твердыней завладеть

Возможет неприступной, Божества

Верховного жилищем. Он прельстил

Изменой многих; им на Небе нет

Отныне места. Но как вижу — верных

Осталось много больше; Эмпирей

В достатке населён, и есть кому

Небесными краями управлять

Обширными, стекаться в этот храм

Священный для служений и торжеств,

Обряды достодолжные блюдя.

Но чтобы Враг не утешался злом

Содеянным, безумно возгордясь,

Что Небо разорил он и ущерб

Мне якобы нанёс, Я рассудил

Урон восполнить, если можно счесть

Уроном уронившее себя

По воле собственной. Я мир другой

Мгновенно сотворю; от Человека

Неисчислимый род произведу,

Назначу там до срока обитать,

Пока, возвысясь, множеством заслуг

И послушаньем долгим искушён,

Не внидет в Эмпирей, дабы навек

Там обретаться. В Землю Небеса

Преобразятся, в Небеса — Земля,

Единым царством нерушимым став

Блаженства и согласья без конца.

Вы, Ангельское Воинство! Пока

Живите вольно, — вам заданья нет;

А ты, Мой Сын возлюбленный и Слове

Моё, Ты мирозданье сотворишь!

Речешь, и да свершится! Я Тебе

Даю Моё могущество и Дух

Всеосеняющий. Иди, вели,

Чтоб стала бездна небом и землёй,

В начертанных Тобою рубежах.

Безбрежна бездна, и в пространстве нет

Ни меры, ни границ, ни пустоты.

Я — Сущий; бесконечность Мной полна;

Всесильна власть Моя, но Сам в Себя

Я волен возвращаться; благодать

Не всюду простираю, в творю

Иль не творю — свободно, как хочу.

Случайность и равно — необходимость

Ко Мне не приближаются; судьба

В Моей лишь воле вся заключена!"

Всемощный рек, и Слово, Божество

Сыновнее, веление Отца

Осуществило, времени быстрей,

Быстрей движенья. Слово Божье вмиг

Делами обращается. Нельзя

Сие поведать языком людским,

Не растянув рассказа, чтоб возмог

Его усвоить смертный Человек;

С великой радостью и торжеством

На Небесах услышана была

Господня воля. "— Слава, — пели мы,-

Всевышнему! Вовек благословен

Грядущий род людской! Да обретёт

Его обитель мир! Хвала Тому,

Чей правый гнев изменников изгнал

От Лика Своего и от жилищ

Святых и верных! Слава и хвала

Тому, Кто зло преобразил в добро

Премудростью Своей, Кто лучший род

Решил создать на смену Духам зла,

Дабы Господня благость разлилась

Во всех мирах и на века веков!"

Так пели Иерархии. Меж тем

Явился Сын, готовый совершить

Великий подвиг; препоясан был

Он всемогуществом; Его венчал

Величия божественного блеск.

Премудрость, беспредельная любовь,-

Весь Бог-Отец был в Сыне воплощён.

Близ колесницы реяли рои

Несметных Серафимов, Херувимов,

Властей и Сил, Престолов и Господств,

Крылатых Духов сонмы, без числа,

Бессчётный строй крылатых колесниц

Из Божьей оружейной, где они

Исконно мириадами стоят,

При полной сбруе, меж двух медных гор,

Всегда готовы к бегу в дни торжеств.

Они самостоятельно теперь

Вперёд катились; ими изнутри

Животворящий двигал Дух, стремясь

Последовать за Господом своим.

Вот Небо распахнуло широко

С певучим звуком вечные Врата,

На золотых вращая вереях,

Чтоб Славы Царь, во всемогущем. Слове

Своём и Духе, — властно приступил

К созданью вновь являемых миров.

Весь клир остановился на краю

Небесной тверди. Бездна их очам

Открылась безграничная; была

Она мрачна, пустынна, и дика,

И необъятна, словно океан

Бушующий. Хребты огромных волн

Пучина, изрыгнув из тёмных недр,

Вздымала к Эмпирейским берегам

И полюс перемешивала с центром.

Всезиждущее Слово изрекло:

"— Уймитесь, волны бурные! Смирись

И ты, пучина! Кончен ваш раздор!"

Сияя славой Отчей, Божий Сын

На Херувимских крыльях полетел

В глубь Хаоса, к несозданным мирам;

И Хаос внял Ему. Небесный клир

Сверкающий понёсся вслед за Ним,

Дабы миротворение узреть

И чудеса могущества Творца.

Вот, прекратив пылающих колёс

Вращенье, взял Он циркуль золотой,-

Изделие Господних мастерских,-

Чтоб рубежи Вселенной очертить

И прочих созидаемых вещей;

И, в центре острие установив,

Другим концом обвёл в кромешной тьме

Безбрежной бездны — круг, и повелел:

"— До сей черты отныне, мир, прострись!

Твоя окружность и граница — здесь!"

Так землю Бог и небо сотворил

Безвидными, пустыми; тьма была

Над бездною, но Божий Дух простёр

Жизнеподательно свои крыла

Над влагой тихой, и в пучину влил

Живительную силу и тепло,

И в хляби жидкой осадил на дно

Частицы чёрных, тартарных веществ,

Холодных и враждебных бытию.

Потом, распределив и сочетав

Подобное с подобным, воздух вдул

В просветы, в промежутки, и Земля,