– Заходите, – пригласила ее Александра.
Кейт вошла, и хозяйка забрала у нее пальто. Прежде чем отдать его, Кейт достала из кармана влажные страницы и извинилась за то, что пальто промокло насквозь. Из офиса она выбежала в спешке – без зонта и папки для документов.
Кейт не хотела, чтобы кто-то знал, что она вынесла бумаги из офиса. Она не имела права приносить домой никакие документы, связанные с этим делом, и уж точно не должна была находиться здесь.
– Могу я предложить вам что-нибудь выпить? – осведомилась Александра. – Вода, травяной чай?
– Чай – это было бы здорово, – ответила продрогшая Кейт, после чего последовала за Александрой, которая босиком прошлепала на кухню и поставила чайник.
– Похоже, на улице и впрямь льет как из ведра. Хотите полотенце? – спросила Александра.
– Нет, всё в порядке, – отозвалась Кейт, стараясь не обращать внимания на каплю дождевой воды, шлепнувшуюся с головы на воротничок ее блузки.
– Сейчас все-таки принесу, – решила Александра, выходя из кухни и направляясь в ванную комнату.
Кейт осмотрела кухню и то, что смогла разглядеть в гостиной. Это было просто замечательное место с чудесным видом на город. У Александры был великолепный вкус – она тщательно подобрала цветовую гамму по всей квартире, в тон дивану и креслам. Повсюду царил безупречный порядок, если не считать пары черных спортивных штанов из лайкры, накинутых на спинку одного из кухонных стульев. На сиденье лежал такой же черный верх, накрытый черной бейсболкой. Сбоку от входной двери стояли пакеты с какими-то коробками. Некоторые из них были вскрыты, из одной торчал раскрошенный упаковочный пенопласт.
На журнальном столике лежала шахматная доска. Судя по расположению фигур, Александра разыгрывала какую-то партию.
– Простите, надеюсь, я не помешала вашей игре? Я и не знала, что у вас гости, – сказала Кейт.
Александра вернулась на кухню с мягким белым полотенцем, которое протянула Кейт.
– Нет, нисколько. Я здесь одна. И сейчас не играла. Это очень старая партия, – сказала она, мотнув головой в сторону шахматной доски. – Вы вроде сказали, что это срочно?
– Да. Я думаю, будет лучше, если мы присядем.
Александра налила в две кружки кипятка и протянула одну из них Кейт, которая вытирала волосы полотенцем. Аромат ромашки согрел ее еще до того, как она сделала первый глоток. Александра села за кухонный стол, а Кейт устроилась напротив нее.
– Что случилось? У прокурора опять какое-то предложение? Я до сих пор не знаю, стоит ли проходить тест на детекторе лжи. Мистер Леви сказал, что это было мое решение.
– Вот потому-то я и здесь, – ответила Кейт. – Ничего, если я буду называть вас Александрой?
Та согласно кивнула.
– Я проработала в «Леви, Бернард и Грофф» не так уж и долго. И даже за такое короткое время мне приходилось на многое закрывать глаза, но я уже больше не могу этого делать. Мистер Леви оставит решение касательно детектора лжи на ваше усмотрение. Плевать он хотел на полиграф. Чего он на самом деле хочет, так это чтобы вы согласились на досудебную сделку.
– Что-что?
– Он хочет, чтобы вы сказали окружному прокурору, что Фрэнка Авеллино убили вы и ваша сестра, но что ваша роль была совсем незначительной и что на самом деле это была идея Софии. Таким образом, у вас все еще будет возможность жить нормальной жизнью после того, как вы выйдете из тюрьмы.
– Но он же знает, что я не убивала своего отца! Я сама ему это сказала – вы ведь при этом присутствовали!
– Я знаю. Он максимально затянет досудебный процесс – завалит обвинение бумажной волокитой в рамках своей переговорной стратегии, а затем предложит вам наилучшую сделку, какую только сможет. Единственная проблема в том, что вам придется признать свою причастность к убийству.
– Нет, я никак не могу на это пойти.
– А что, если он сумеет добиться того, чтобы вас отпустили на все четыре стороны? Без всякой отсидки. Это было его последнее предложение окружному прокурору.
Кейт достала листок с распечатанной перепиской, протянула его Александре и стала внимательно наблюдать за ее глазами, бегающими по строчкам. Леви был хорошим адвокатом и вел бы дело в суде, если б пришлось, но при возможности решить дело досудебной сделкой сломал бы клиентке руку, только чтобы заставить ее согласиться.
– Здесь говорится, что я готова признать себя виновной в непредумышленном убийстве, но я такого не говорила. И папа был убит намеренно. Его убила София, – сказала Александра. – Кто дал ему право делать такие предложения?
– Вы сами, – ответила Кейт.
– Что?! Когда?
– Когда вы подписали клиентский договор, то уполномочили Леви вести переговоры от своего имени. Это там написано мелким шрифтом.
– Я про это не знала, я даже не читала его. Дело было в полиции – у меня только что убили отца, и не было времени, чтобы…
– Я знаю, – сказала Кейт и, протянув руку, легонько коснулась руки Александры.
– Он не имел права этого делать; я ведь сказала ему, что невиновна, ради всего святого! – воскликнула Александра, повысив голос. Грудь у нее тяжело вздымалась, она была на грани панической атаки. – А вдруг это выплывет наружу? Тогда мне конец. Моя репутация, мой бизнес – господи, я даже не могу…
– Вот поэтому-то я и здесь, – повторила Кейт. – Я вам верю. Я знаю, что вы не убивали своего отца. Я не хочу, чтобы моя фирма вела такие переговоры. И думаю, что есть железный способ добиться вашего оправдания.
– Вы думаете, что можете гарантировать мне оправдательный приговор?
– Я бы поставила на это все свои сбережения, – пылко объявила Кейт. Вот разве что Александра не знала, что все сбережения Кейт составляли четыреста двенадцать долларов, которые она хранила в банке из-под печенья в своей квартире на всякий пожарный случай.
Кейт передала ей записи, подготовленные Чедом, Брэдом и Андерсоном, содержащие подробные обоснования для ходатайства о разделении судебного разбирательства в качестве первого шага.
– Когда мы с вами той ночью познакомились в отделе полиции, вы были очень напуганы. Я не стану делать вид, будто понимаю, каково это – так вот потерять отца. А тем более от рук своей родной сестры. Я даже не могу представить, что вы тогда чувствовали. Я не просто хочу добиться вашего оправдания – я хочу убедиться, что ваша сестра заплатит за то, что она сделала с вашим отцом.
Страницы в руке у Александры задрожали.
– И как это у вас выйдет? – спросила она.
– Прокурор хочет, чтобы вас и вашу сестру судили вместе перед лицом одного и того же жюри присяжных. Я прочитала о вашей семье все, что только сумела найти. Я знаю, что вы невиновны. Я знаю, что ваша сестра очень больной человек, склонный к насилию и саморазрушению. Я думаю, что присяжные, посмотрев на вас обеих, тоже это поймут. В общем, Леви хочет заключить досудебную сделку, а я хочу выиграть.
Кейт изложила свой план – как она докажет, что Александра не могла совершить этого убийства, поддержав при этом обвинение против ее сестры.
– По-моему, это может выгореть, – наконец произнесла Александра.
– Скажите это остальным сотрудникам фирмы… Вы же только что видели предложенные ими стратегии. Я думаю, что моя стратегия гораздо лучше. У них в производстве очень много судебных дел – это просто одно из них. А для меня это личное дело.
Александра подалась вперед, внимательно прислушиваясь к каждому слову Кейт. О своей практически полной уверенности в победе Кейт говорила совершенно искренне, хотя ложь касательно разделения слушаний далась ей не без труда. Естественно, пришлось умолчать о том, что Леви со Скоттом украли ее только что изложенную Александре стратегию и теперь сами собирались применить ее на суде. Но эта парочка может сколько угодно красть ее идеи – Кейт желала Александре только самого лучшего и верила, что сможет победить.
– Моя мама не так давно умерла – рак. Когда я росла, у нас было не слишком-то много денег. У нее и у моего отца был выбор – они могли отправить меня в юридическую школу или же купить лекарства, которые продлили бы ее жизнь. Они предпочли заплатить за мое обучение. Я не знала об этом до тех самых пор, пока мама не умерла, а я не получила лицензию адвоката. Послушайте, я знаю, каково это – потерять родителя и нести в себе эту боль, да еще и когда его отняла у вас ваша… Господи, я не знаю, как кто-то может с этим справиться! Я хочу помочь вам. Я бы все отдала, только чтобы вернуть свою маму. И сделаю все возможное, чтобы упрятать за решетку вашу сестру.
