Спенсер кивнул и, получив разрешение, со всех ног бросился к выходу, пока не успел еще больше наломать дров.

– Присяжные просто валятся с дерева, как перезрелые яблоки, господин судья, – заметил Прайор.

– И не говорите. Мне надо было назначить сразу полдюжины запасных. Я велю присяжным оставить эту записку без внимания. Кто-нибудь из вас хочет сказать что-нибудь еще? Хочу предупредить, что никаких ходатайств касательно аннуляции данного процесса и отправки дела на пересмотр я здесь рассматривать не намерен.

Мы с Прайором помотали головами. Добиваться аннуляции с пересмотром дела, которая объявляется либо в случае каких-то нарушений судебной процедуры, либо при отсутствии единогласного решения по вердикту со стороны присяжных, просто не было смысла. Если Гарри велит присяжным проигнорировать записку, для этого не будет никаких законных оснований. Да и не в наших это было интересах.

– Вот и славненько, – заключил Гарри. – Мы вызовем второго альтернативного присяжного. Она присутствовала на всех сегодняшних слушаниях, и не вижу, чтобы с этим были какие-то проблемы. А теперь давайте вернемся к работе.

* * *

АДВОКАТСКОЕ БЮРО КАРПА

––

Пом. 421, Конде-Наст-билдинг, Таймс-сквер, 4, Нью-Йорк

Строго конфиденциально

Охраняется привилегией адвокатской тайны в отношении клиента

СПРАВКА НА ПРИСЯЖНОГО ЗАСЕДАТЕЛЯ

Дело: «Государство против Роберта Соломона»

Уголовный суд Манхэттена

Джеймс Джонстон

Возраст: 43

Два года назад переехал в Нью-Йорк из Вашингтона. Родители умерли. Имеет родного брата, который остался в Вашингтоне. Переводчик (арабский, французский, русский и немецкий языки). Сотрудничает с местной службой переводов, работает на дому (посредством видеоконференций). Финансовое положение устойчивое. Выступает в роли волонтера в ряде неправительственных организаций, в основном ради общения. Друзей и приятелей нет. Увлекается французским кино, научно-популярной литературой и дегустацией сыров. В качестве избирателя не регистрировался.

Вероятность голосования за невиновность клиента: 50 % Арнольд Л. Новоселич

Глава 43

Пока присяжные ожидали, когда их опять вызовут в зал, с ними оставались два сотрудника службы безопасности суда. Никто из присутствующих не проронил ни слова. Налив себе кофе, Кейн наблюдал за своими коллегами. Задержка их явно раздражала, и чем дальше, тем больше.

Когда присяжных наконец проводили обратно на трибуну, там их уже ждал новый член жюри – Вэлери Берлингтон, дама лет сорока с небольшим, одетая в дорогие черные джинсы и черный топ. И с ног до головы увешанная украшениями – все из золота и все настоящие. Одна только массивная цепь у нее на запястье тянула, наверное, штук на двадцать. Несмотря на дороговизну всех этих побрякушек, смотрелась она дешевкой. Оказалась Вэлери далеко от Кейна, на противоположном конце ряда кресел.

Судья проинформировал присяжных, что Спенсер из их числа исключен и что пришлось привлечь на его место одного из запасных. Велел присяжным оставить найденную записку без внимания и строго напомнил о запрете обсуждать любые подробности рассматриваемого дела до тех пор, пока они не заслушают все показания свидетелей. При этом он ясно дал понять, какими будут последствия, если кто-то это правило вдруг нарушит.

После ухода Спенсера единственным присяжным, вызывавшим у Кейна определенное беспокойство, оставался Мануэль.

Но с этим приходилось пока обождать.

Сосредоточенность Кейна нарушил голос адвоката. Он явно недооценил этого человека – Эдди Флинна. Больше он такого не допустит.

Глава 44

Детектив Андерсон был явно не слишком-то рад опять меня увидеть. Как и вообще большинство свидетелей, когда-либо попадавших мне в лапы. Я потерял разгон, и у него было время подумать, о чем еще я могу его спросить. Элемент неожиданности я тоже утратил.

– Детектив, как мы уже установили, вы согласны с тем, что данные убийства могли быть совершены каким-то иным способом, нежели тот, что вы изначально описали присяжным. Еще разок взгляните, пожалуйста, на отчет о вскрытии тела мистера Тозера.

Андерсон отыскал среди лежащих перед ним документов названный отчет и отозвался:

– Я по-прежнему считаю, что обе жертвы были убиты прямо в кровати, советник. Я не знаю, почему на мистере Тозере не оказалось следов крови Ариэллы Блум, но это абсолютно ничего не меняет.

Пока что я пропустил это заявление мимо ушей. Нужно было срочно отвоевывать утраченные было позиции.

– Как вы видите на третьей странице отчета, на горле у мистера Тозера был обнаружен кровоподтек линейной формы – треть дюйма в толщину, три дюйма в длину. Нашли?

– Да.

– И как же, по-вашему, он мог заработать этот кровоподтек, если, согласно вашему заключению, обе жертвы в момент убийства мирно спали в кровати?

Детектив призадумался, перевернул страницу отчета и посмотрел на схематическое изображение тела, на котором медэксперт отметила обнаруженные ею повреждения.

– Не знаю. Наверное, он получил его еще до того, как лечь в постель. Может, это и не имеет никакого отношения к убийству, – ответил он.

– Конечно, вероятность того, что это не имеет никакого отношения к убийству, отнюдь не исключается. А может, это самый важный пункт во всем этом отчете. Взгляните вот на эти фотографии, пожалуйста, – сказал я.

Арнольд вывел на экран полицейские снимки остальной части дома. Кухни, коридоров, гостиных… За исключением кухни, полы были повсюду покрыты белоснежным ковром.

– Если мистер Тозер погиб не в постели, то, скорее всего, его убили где-то еще в доме. Как вы видите, нигде нет и следа крови, так?

На сей раз Андерсон не медлил с ответом.

– Вот именно! Единственное место, в котором мы обнаружили кровь мистера Тозера, – это кровать в спальне.

– Детектив, если кто-то сумел каким-то образом проникнуть в дом, подкрасться к мистеру Тозеру со спины, накинуть ему на голову мешок и затянуть его, вы ожидали бы найти у него на горле подобный кровоподтек, так ведь?

Андерсон нажал на тормоза. Он явно не ожидал такого поворота.

– Наверное, но мистер Тозер умер не от удушья. Ему пробили череп бейсбольной битой.

– Да, и вправду похоже на то. Детектив, вы в курсе, где мой подзащитный обычно держал эту биту в доме?

– Вообще-то нет, – ответил он.

– В прихожей, возле входной двери, – просветил его я.

Андерсон пожал плечами и покачал головой, как бы говоря: «Ну и что с того?»

– Тот, кто сумел проникнуть в дом – скажем, под каким-то надуманным предлогом, – мог потом накинуть на голову мистера Тозера мешок, затянуть его, что вызвало этот кровоподтек на горле, а затем схватить стоящую возле двери биту и нанести ему сильный удар по затылку. Такое вполне возможно, согласны?

Пока я задавал этот вопрос, детектив лишь мотал головой. Он был явно не согласен с моими словами и думал, что может легко на них ответить. Прайор не стал вылезать с возражениями и вроде как был рад предоставить Андерсону возможность самому отмести этот мой вопрос.

– Никоим образом. В таком случае где же следы крови? На ковре должна была остаться хотя бы крошечная капля. А мы такое не пропустили бы.

– Но если этот неизвестный накинул на голову мистеру Тозеру мешок, а может, даже затягивающийся шнурком, то удар можно было бы нанести в абсолютно любом месте дома, поскольку кровавые брызги остались бы в мешке, согласны?

Это вполне имело смысл. Объясняло бы и характерный кровоподтек на горле, и отсутствие крови Тозера на ковре, и почему кровь Ариэллы не скатилась в сторону Карла в кровати. К тому моменту, как Тозера подняли по лестнице и положили рядом с ее телом, сердце ее уже перестало биться. А значит, кровотечение прекратилось. Вся вытекшая из нее кровь скопилась во впадине на матрасе, образованной ее весом. И успела частично впитаться в простыню.