— Не благодари, — сказала ведьма, отвесив ему шутливый поклон, — пришлось за ней побегать. Поймали её, блин, только на кладбище. Она очень прыткая для девицы, которая ещё недавно валялась в больничке.

Джуди забрала малыша и ушла наверх. Ей не хотелось, чтобы его первыми словами была непечатная ругань, а она предчувствовала, что, поприсутствуй он при «тёплой» встрече старых друзей, этого не избежать.

Переодевшись в домашнюю одежду, девушка подтащила кресло-качалку к окну и устроилась там с ребёнком. Эрвин дремал, и Джуд задумалась, не разбудить ли его, чтобы покормить. Она пощупала свою набухшую грудь и поморщилась от боли. Малыш плохо ел, потому кормить его приходилось из бутылочки, и Джуди задыхалась от унижения, сцеживая молоко. В такие моменты ей казалось, что худшей матери, чем она, нет во всём белом свете.

Ну… впрочем, была её собственная, сдавшая Джуд в приют.

Словно почувствовав её взгляд, Эрвин открыл светло-карие, как и у отца, глаза. Девушка задрала майку и поднесла личико ребёнка к соску, но он лишь потянулся крошечными пальчиками к её волосам, заплетённым в небрежную косу.

— Пожалуйста, — взмолилась Джуди, — давай хоть что-нибудь сделаем нормально…

Она умолкла, заслышав шаги, и спешно поправила одежду, чтобы не ощущать себя такой уязвимой с оголённой грудью, представлявшей из себя, как она считала, отталкивающее зрелище.

В Джуд всколыхнулся гнев. Она злилась на себя за то, что так и не смогла примириться с новой ролью, и, конечно, на Итана, который так жаждал получить покорную милую жёнушку, что готов был даже проглотить её ложь.

«Он пойдёт на что угодно, лишь бы меня удержать, — холодея внутри, подумала она, — он на мне вконец помешался».

— Оставь меня одну, пожалуйста, — попросила Джуди, но вместо этого парень присел перед ней на корточки. Она глубже вжалась в сидение, сторонясь прикосновения его руки к своей коленке.

— Зачем ты ездила на кладбище? — спросил Итан.

Его взгляд, исполненный беспокойства, лишь усилил её раздражение.

— Я хотела найти могилу Габриэллы, — заявила она, — это та девушка, медсестра, которую убил вампир. Мы подружились, пока я была в больнице, и мне хотелось почтить её память…

Отчасти это всё-таки была правда: Джуди винила себя в её гибели, ведь это она в ту роковую ночь попросила Габриэллу отвести её к сыну в отделение интенсивной терапии новорожденных. Джуд, отходившей после операции, не давали ребёнка, и она успела предположить, что он родился мёртвым. Как ни странно, эта жуткая мысль зажгла в ней искру надежды.

Девушка была бы свободна и смогла бы сбежать в свой родной мир. Да, ей понадобилось бы время, чтобы прийти в себя, потеряв малыша, но она очень скучала по своей прежней жизни. Скучала по Сэнди Дэвис, Рику, Трэвису и другой версии Мэл. И Габриэллу Джуд теперь вспоминала без злости. Обида давно прошла, сменившись болью утраты.

«Как тебе только не стыдно?» — ужаснулась она, опустив глаза к сморщенному личику Эрвина.

— На самом деле это не вся правда, — призналась она, — мы были знакомы с ней в моём мире. Габриэлла была моей подругой. Я обрадовалась, встретив её здесь. Мне не хватает некоторых людей оттуда.

— Спасибо, что поделилась, — сказал Итан.

— Ты бы всё равно разнюхал, — ощерилась Джуди, — ты же контролируешь каждый мой шаг.

— Это не так, — заверил её муж, — я беспокоюсь о тебе. Ты знаешь, что за нами охотится Камила, да и Луиза может вернуться в любой момент…

«У него всегда находятся оправдания, — промелькнуло в голове, — для любой херни, что он творит, разумеется, во имя моего блага».

Она окончательно утратила контроль над собой и закричала:

— Поэтому ты сговорился с ведьмами⁈ Что ты посулил Мелиссе, чтобы она за мной шпионила⁈ Она же не делает ничего просто так!

— Я пообещал ей, что, когда Эрвин вырастет, он женится на её дочери, — сказал Итан и пристыженно отвёл взгляд.

От услышанного Джуд разобрал нервный смех, но она подавила приступы хохота. Ей нельзя было напрягать мышцы пресса, чтобы не тревожить шов, да и она пока плохо контролировала свой мочевой пузырь. Она подумала об этом, и нездоровое веселье мигом прошло. Она нехотя вспомнила, в какую развалину превратилась.

— Но у неё нет дочери! — заметила она.

«Или есть?» — тут же усомнилась Джуди. Не стоило исключать, что её драгоценный муж скрыл от неё ещё что-то важное, например, ребёнка — порождение их былого романа с Мелиссой Макбрайд. Вероятно, эта ошибка юности и подтолкнула Итана к принятию решения о медицинской стерилизации. И его можно было понять. Такой радости, как общий отпрыск с белобрысой стервой, и врагу не пожелаешь.

— Ну, когда-нибудь же появится, — сказал парень, — Джудс, не волнуйся, до этого ещё целая куча времени. Зато теперь Мэл не даст нас в обиду. Она сама в этом заинтересована.

— Да… — пробормотала Джуд, — это именно то, что я хотела услышать.

Впрочем, она быстро пожалела, что запустила паразита по имени Мелисса Макбрайд в особняк. Ведьма охотно обосновалась в доме на правах навязчивой гостьи, и Джуди, скрываясь от неё, практически перестала выходить из своей комнаты. Это сильно осложнило ей путь к достижению желаемого.

К заветному дневнику Итана.

Ей в срочном порядке требовались ответы.

Разумеется, вариант спросить его самого, она не рассматривала.

***

Вскоре Джуди наконец представилась возможность завладеть дневником: Мелисса обосновалась в библиотеке, её подопечная гремела кастрюлями на кухне, а Итан куда-то уехал.

Открыв этот ящик Пандоры, девушка испытала почти суеверный страх, словно распахнув тетрадь, она выпустит на свободу всех демонов своего мужа. Пока никаких инфернальных сущностей не наблюдалась — только комки пыли, налипшие на обложку, пока дневник лежал в тайнике.

Тетрадь оказалась довольно увесистой, была исписана от корки до корки и скорее напоминала не личные заметки, а учебный конспект. Фрагменты текста, выделенные жёлтым маркером, помогли Джуди сузить область поисков, что было ей на руку, ведь она не располагала большим количеством времени. Итан мог вернуться в любой момент, ей стоило действовать быстро.

Увы, акценты стояли не там, где ждала девушка. Её муж настойчиво подчёркивал имя какой-то Аманды Роквуд, впервые всплывшее в связи с поисками биологических родителей Джуд. Эта тема её не особенно интересовала, но, поддавшись любопытству, она всё-таки вчиталась в текст:

«Конечно, она не имеет ко всему этому никакого отношения, но, разглядывая список пациентов за нужный период, я увидел женщину по имени Аманда Роквуд, и только из-за этого не ушёл, а продолжил изучать бумагу в своих руках. Из-за имени я невольно вспомнил мать Мелиссы и, задумавшись о ней, задержался в архиве».

Джуди перевернула страницы до следующей отметки:

«Мой взгляд упал на имя обвиняемой, которое отчего-то показалось мне смутно знакомым. Аманда Роквуд, почти как Аманда Макбрайд».

Девушка вспомнила, что в тот день они с Итаном спорили, как назвать малыша. Теперь ей стало ясно, почему Итан вышел из себя и наговорил ей каких-то гадостей: он считал, что отец Эрвина — Рик из мира Джуд.

«Позднее я нашёл в дневнике нужное место: да, весной я уже натыкался в архиве одной больницы на некую Аманду Роквуд, поступившую в тот же день, что и Сэнди Дэвис».

И снова:

«Может ли быть такое, что у неё есть ещё одна дочь, кроме тебя? — прямо спросил я, но всё же для спокойствия взялся немного приврать, — видишь ли, я наткнулся на информацию в архиве нашего Ковена, что какая-то женщина по имени Аманда Роквуд родила в этот год здесь ребёнка и…»

'Моя мать — не единственная Аманда на свете, — едко заметила Мэл, — да и это имя принадлежало одной из первых ведьм в Новом Свете, им могла подписаться любая, чтобы скрыть свою истинную личность.

Джуд застыла, уставившись перед собой глазами, остекленевшими от слёз. Итан клялся ей, что покончил с расследованием, но на самом деле до последнего пытался что-то выяснить и даже привлёк к этому чёртову Мелиссу Макбрайд!