- Думаю, это им лучше всего уйти отсюда, - строго сказала девчушка.

Клуши, кланяясь, быстро выбежали из комнаты, когда гувернантка девочки отодвинула кресло с прохода.

- Спасибо, - тихо сказала я ей и встала.

- Не смей говорить с нами, человечка, - возмутилась мамзель, и, гордо вскинув подбородок, укатила девочку дальше по коридору.

Я выглянула из-за двери и поймала взгляд девчушки, которая наклонилась в кресле, чтобы посмотреть назад. Уж не знаю, как думала сама девочка, но все же я благодарно улыбнулась ей. Та привычно для меня нахмурилась и отвернулась. Нет, ну до чего похожи! Эта Орэя была точной, но очень маленькой копией Шиана. Интересно все же дочь или сестра?

Узнала о том, что она была его дочкой уже поздно вечером, когда за мной вернулась Ника. Хорошо, что те мымры больше не пришли. Пока направлялись на кухню, Ника мне о ней немного рассказала.

Мать девочки умерла при родах, что случается с крассками довольно часто, из-за их слишком узких бедер. Не все могли разродиться сами, и не все выживали после их местного кесарево. Вот ее мать умерла. Я невольно приревновала красса. Даже удивилась себе. Мне-то какое дело, что у него когда-то была жена? Тут же спросила Нику о его семейном положении сейчас. Свободен. Обрадовалась и разозлилась на себя. Плевать!

Девочка до трагедии была очень веселой и активной, всегда где-то бегала и куда-то лазила. Любопытная и неугомонная малютка. Полтора года назад, когда ей не было еще и пяти лет, случилось непоправимое, она стала калекой. С тех пор Орэя сильно изменилась, перестала смеяться и улыбаться. Даже отец ничего не мог поделать, а любил он ее безмерно. Так я и узнала, куда он полетел, когда попал в рабство.

Он искал даару.

И нашел. Может поэтому он и привез меня сюда? Но зачем сделал рабыней? Красс же знал, что ему стоит лишь попросить, да и просить не нужно, разве я оставлю малютку так. Да ни за что на свете! Но все равно сделал рабыней. Козел!

Вечером, когда мылась, думала, как бы мне все устроить для себя самым лучшим образом. Свобода за лечение. Я вылечу Орэю, и ту лошадку, уж очень она мне в душу запала, и улечу с Крассии первым же рейсом. Да, вот так и сделаю, только мне бы с ним встретиться вообще. Где его черти носят?

Оказалось не здесь. Красс снова куда-то улетел. Ника сказала, что очень не вовремя, так как с его соседом, с тем, что был против инопланетного прогресса, у них назревает серьезный конфликт, и она думает, что войны не избежать. А их повелитель куда-то укатил, и никто не знал куда. Даже не поговорил со мной. Ничего не объяснил. Я смертельно обиделась на него за это.

Несколько дней ко мне никто не лез, и я смогла убрать гостевую комнату вовремя. Потом меня снова перевели на нижний этаж, рядом с садом, и рядом с той полянкой, где гулял тот прайт, выспросила у Ники, как они называют лошадок. Прайт, почти как львиный прайд, теперь точно запомню.

Мне дали задание, убирать одну гостиную, где в основном тусовались местные мадамы. И из нее и был выход в сад. Я часто любовалась этим сильным зверем. Вблизи он был еще лучше и красивее. Прямо как лошадь, только еще более величественный и прекрасный. Большой, мощный, интересный. Я сначала думала, что он ходит по саду и травку жует, но прайты оказались хищниками. Видела один раз, как он своей зубастой пастью кото-то в саду поймал, тот мелкий зверек только пискнуть и успел. И жутко и красиво.

Когда время подходило к закату, ко мне приперлись сучки. Я ждала их, как не ждать. Как только они вошли, я сразу подбежала к камину и схватила кочергу, что приметила ранее. Нет уж милочки, так просто я вам не дамся. В этот раз буду бить вас со всей дури, не жалея. Мне прошлой пытки водой выше крыши хватило.

- О, да ты погляди Анята, - протянула Трис. – А рабыня-то отбиваться задумала.

- Лучше уходите, - предупредила я их.

- Или что? – рассмеялась желтая. – Бить нас будешь этой палкой?

Она резко подскочила ко мне и схватилась за другой край кочерги. Та стала быстро нагреваться, постепенно меняя свой цвет на красный. Я как-то и не подумала, что она и так может. Конечно я обожглась и выпустила свое единственное оружие. Убежать не успела. Анята ловко подставила мне подножку, и я упала. Две другие мучительницы уже были тут как тут, снова хватая меня за руки.

Я заорала от бешенства и беспомощности. Мрази! Только хотела укусить за руку одну из них, что держала меня, но Анята не позволила, и, больно схватив за волосы, оттянула мою голову назад.

- Значит тебе кочерга нравится? Да? – злобно протянула она.

- Только не по лицу, - спохватилась Трис. – Чтобы никто не видел.

- Умно, - согласилась желтая, и со всего размаху ударила меня кочергой по спине.

Я подумала, что она мне хребет сломала, до того больно было, даже уши заложило. Больше я ничего не смогла им сделать, только свернулась в клубочек, пока они меня железякой мутузили, да и ногами пинали. Когда они ушли я харкалась кровью, уж не знаю, что они мне там отбили. Болело все тело, потому что они попадали везде. Лицо осталось не тронутым, но только потому, что я закрыла его руками, а вот им досталось по полной. Интересно, а как мне синяки на руках прятать, ведь они-то голые. Дуры блин! Переломов вроде нет, но болит все адски. Чертовы суки!

Уж не знаю почему, но я поползла в сад. Мне показалось, что там умирать будет приятнее, чем на том месте, где меня колотили. У выхода из гостиной, я кое-как встала, опираясь на раму двери, и, медленно ковыляя, вышла наружу. Слезы боли, обиды, отчаяния и бессилия жгли глаза и щеки. Таким темпом я точно до прилета инопланетян не доживу. Может, если не буду сопротивляться их мучениям, то будет не так больно? Ну помучают, утешат свою блядскую душонку, и оставят в покое? Хорошо бы. Мне нужно дожить до следующего месяца. Нужно. И я буду свободна.

Прайт возник передо мной совершенно неожиданно. Я сквозь муть в глазах увидела перед собой его широко раздувающиеся ноздри. Вот блин. Додумалась же в сад идти, когда там хищник гуляет. Почему я такая дура? Встала перед ним и заревела во все горло. Прям как маленькая девочка, никого не боясь и не стесняясь, избитыми руками растирая сопли по лицу. Прайт на это отреагировал, замерев на месте, и уже более спокойно обнюхивая меня. А я от горя совершенно позабыла, что он хищник зубастый и подошла к нему ближе, лбом уперевшись в его нос.

Так мы и стояли некоторое время. Я ревела, а он не шевелился. Вытерев зареванные глаза, посмотрела в его черные.

- Спасибо, что не съел меня, - прошептала я и улыбнулась ему.

Почему-то была уверена, что он мне ничего не сделает. Хз почему. По его черным глазам было сложно понять, что он хочет сделать. Но я почувствовала, что вредить он мне не собирается. Прайт снова обнюхал меня, а потом развернулся и пошел. Только сейчас заметила, насколько большим он был. Я и макушкой не достану до его холки. Когда он повернулся ко мне задом, то я засмотрелась на его длинный хвост, а потом и на лапу.

- Постой, - крикнула ему, совершенно неожиданно для нас обоих.

Прайт встал и посмотрел на меня. Он что понимает? Или просто команда знакомая?

- Давай я вылечу тебя? – предложила я, наплевав на свои раны.

Меня сейчас больше всего пугало, что мой свет весь уйдет на мои ушибы, и ему ничего не останется. Поэтому больше не спрашивая поковыляла к его левой поврежденной лапе. Кое-как уселась на землю, кряхтя как старая бабка, под пристальным взглядом черныша. Когда потянула к нему руку, он зарычал и отошел дальше.

- Стой ты, говорю, - проворчала я и приблизилась. – Не уходи, я больно тебе не сделаю.

Когда снова тянула к нему руки, то уже пустила по ним свет. Должно быть прайту и самому стало интересно, потому что он больше не дергался и позволил мне прикоснуться к своей лапе. Он очень пристально наблюдал за мной, все время, что я лечила его. Как у меня и бывает, я отдала ему все до последней искорки. Не знаю почему, но когда сила меня переполняла, я хотела отдать ее всю. Знаю, что это неправильно, но ничего пока с этим поделать не могла. Слишком мало опыта, и слишком большое желание помочь.