– Где-то в 6:10, – автоматически посмотрел на экран телефона с электронными часами Сончин, – я вернулся из бильярдного зала. В пятницу и выходные он работает до утра. Я оставался там до самого закрытия.
– Любите бильярд? – уточнил Одинцов.
– Больше чем тренажеры, – пожал плечами и слегка улыбнулся парень.
– А в какое время Вы пошли в бильярдный зал? – поинтересовался следователь.
– Около десяти вечера, – задумался и кивнул сам себе Сончин.
– И восемь часов провели там, не выходя? – удивился Одинцов.
– Это не так сложно, – снова тряхнул плечами и развёл руками итальянец.
– Кто-то ещё был с вами всё это время? – следователь приготовился записывать. – Кто-то, кто сможет подтвердить, что Вы всю ночь провели там?
– Заядлые игроки, – сразу ответил Сончин, закинув руку за голову так, что Одинцов испугался, на сломает ли он себе шею. Но студент преспокойно продолжил: – Большинство из того корпуса, где находится сам зал.
– То есть кто-то тоже провел в бильярдной 8 часов? – переспросил следователь, заглядывая свидетелю под руку.
– Многие, конечно менялись, – согласился студент и, не разгибаясь из своей странной позы, ещё закинул ногу на ногу. – Кто-то приходил, кто-то уходил. Может быть на пару минут и никого рядом не было. Например, пока я ходил в уборную...
– Понятно, – вздохнул Одинцов. – А в бильярдную Вы пошли из комнаты?
– Да, – подтвердил Сончин, развязав «узел» из рук и ног.
– Когда вы уходили, ваш сосед был на месте? – спросил следователь.
– Да, он только появился, – сказал итальянец. – Я предупредил его, что ухожу скорее всего на целую ночь...
– И как он отреагировал? – проявил заинтересованность Одинцов.
– Особо никак, – подумав, ответил Сончин и потёр пальцами стол. – Он спать собирался. У него в последнее время было много неприятностей. И с учебой проблемы. И девушка бросила. И звонки были какие-то по ночам. Он говорил, что устал, что ему всё надоело. Но возвращаться к себе в город он не хотел. Так что ему было не до меня. А тут он ещё бутылку воды с собой принёс.
– Вот оно что, – сделал пометки Одинцов. – А теперь давайте вернемся снова к тому моменту, когда Вы вернулись в комнату.
– Я удивился, что свет горит. Подумал: «Странно, что Пьетро не спит», – итальянец теперь говорил медленно и сосредоточенно смотрел на ногти, чтобы ничего не пропустить. – Я спросил его, почему он бодрствует. Он не ответил. Я еще по комнате походил. В ванную зашел. Всё это время с ним говорил. А он – молчит. Я тогда подошел к нему: что-то ведь не так... А рядом упаковки от лекарств. Тут у меня появилась догадка: «Неужели решил свести счёты с жизнью?..»
– И что Вы сделали? – подтолкнул студента к продолжению Одинцов.
– Побежал стучаться к соседям, – указал на стену Сончин. – Они пошли в комнату вместе со мной. Позвали коменданта...
– Вы сказали, что Тихонов принес с собой воду, – остановил его мужчина. – Почему вы запомнили эту деталь?
– Мы обычно наливали воду в чашки из-под крана, – пояснил итальянец.
– А ещё Вы сказали, что решили, что Тихонов хотел покончить с собой. Были какие-то признаки, чтобы считать, что он был к этому склонен?
– Ну, он на днях стал какие-то итоги подводить, чтобы с чем-то разобраться, – вспомнил Сончин. – А, когда я шел в бильярдную, он сказал, что устал: хочет заснуть и не проснуться. Или что-то в этом роде.
– И Вы делаете выводы, потому что были близко знакомы? – полюбопытствовал Одинцов. – У вас были дружеские или скорее неприязненные отношения?
– Мы были просто соседями, – помотал головой итальянец. – Безо всяких претензий друг к другу. Мы ведь только первый курс. Я ещё на каникулы уезжал. Не так уж много времени вместе провели. – Он поразмыслил и заключил, почёсывая голову: – Нет, мы не много общались. По необходимости.
– Понятно, – захлопнул папку следователь. – Вы пока свободны. Позже мы Вас вызовем для дачи письменных показаний. А сейчас пойдем поговорим с криминалистами.
– Что скажете? – спросила Одинцова Маргарита Сергеевна, как только они остались одни.
– Согласованное, детальное показание, надо подтвердить его у других, – обобщил следователь и добавил: – Меня только одно настораживает: он последний, кто видел Тихонова живым. А Вы, что скажете? – обратился вдруг мужчина к Маргарите. – Жесты, мимика, реакции о чём-то говорят?
– Да ничего особенного, – смешалась переводчица.
– То есть всё эти выкрутасы это обычное дело? – переспросил Одинцов.
– Да, их так воспитывают, – отмахнулась Маргарита Сергеевна. – Меня больше насторожило, что сначала он сказал, что с ним в бильярдной постоянно кто-то был, а потом вроде бы и не совсем так...
– Это как раз нормально, – заверил Одинцов. – Мы когда свидетеля переспрашиваем, он думает, что раньше дал «неправильный» ответ. В такой ситуации многие меняют показания. Позже мы это обязательно проверим, когда он изложит рассказ в письменном виде.
Криминалисты уже закончили работы на этаже, поэтому Одинцов и Маргарита Сергеевна застали их внизу. Сотрудники выносили тело погибшего, и теперь вокруг собралась толпа из индусов, африканцев и выходцев с Ближнего Востока.
– Вообще тут много иностранцев, – заметил Олег Вячеславович. – Наш факультет математики и компьютерных наук высоко котируется...
Глава 2 Следствие зашло в тупик
На следующий день Одинцов попросил Маргариту Сергеевну приехать в Следственный комитет.
– Это Вася Стрельцов, Вы же его помните? – Олег Вячеславович на всякий случай представил переводчице своего помощника, находившегося в кабинете.
– Конечно, – пожала руку молодому сотруднику Маргарита Сергеевна.
А Одинцов тем временем достал из стола и открыл коробку шоколадных конфет:
– Угощайтесь, – пригласил он.
– Мы что-то празднуем? – уточнила Маргарита Сергеевна.
– Послушайте и сами решите, – предложил Одинцов, усаживаясь на своё место. – Экспертиза установила, что Тихонов умер от инсульта. Но не сразу. Если бы его нашли ночью, то могли бы спасти. Но, похоже, он рассчитал, что соседа не будет до утра. Причина – ударная доза несовместимых препаратов, растворенная в воде, которую он с собой принес.
– Где он такие препараты взял? – вклинился Вася.
– Да препараты там как раз самые обычные, аспирин он с чем-то смешал, – Одинцов покрутил колёсико мышки, в поисках названий в медицинском отчете, но не вычленив их, быстро бросил это дело.
– Вы хотите сказать, дело закрыто? – спросила Маргарита Сергеевна.
– Я бы закрыл, – вздохнул Одинцов. – Но рядом нет предсмертной записки. Нет свидетелей. Причин очевидных для самоубийства нет, – следователь скрестил пальцы: – Мы должны их проработать. В том числе и вариант с доведением до самоубийства...
– Ого, – эмоционально отреагировал Вася, отставляя в сторону чашку с чаем, которым он запивал конфеты.
– И Вас, Маргарита Сергеевна, я позвал, чтобы вы занялись Сончином, – объяснил, наконец, Одинцов, зачем потребовался переводчик.
– А что Вас в нём настораживает? – попросила конкретизировать Маргарита.
– Меня смутило видео, которое этот парень смотрел, – признался Одинцов. – Помните, когда мы вошли в комнату?
– А, – догадалась женщина, – про «эйфорию»? Вы сами в детстве так не делали? – посмотрела она на следователя. – По нашим правилам нужно было только не душить, а на грудную клетку надавить, чтобы в глазах потемнело... – вспомнила, немного покраснев, Маргарита Сергеевна.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
