Будь у меня усиление праной, я бы таким ударом просто оторвал алхимику голову.

Игорь отлетел и рухнул за границей печати изломанной куклой. Я мог бы раздавить ему голову каблуком, как пустой орех. Но я остался стоять, где стоял.

Его руки двинулись. Из-под пальцев вырвался свет. Хрип умирающего перешёл в сиплые вздохи.

— Телепорт управляется словом? — и я воспроизвёл тот набор звуков, что он издал, активируя пластину.

— Да, — сипло ответил он. — Можно один раз зайти и выйти. Заряжается самостоятельно, сутки.

Я молча смотрел на него. Он неловко сел у стены, до которой его отбросил мой удар, держась одной рукой за горло, а второй обхватил колени. От него доносилось хриплое неровное дыхание.

Наконец я не выдержал.

— Почему ты влил мне зелье очистки, а не подавитель воли. А? Верный слуга, исполняющий приказы?

Он хмуро смотрел в пол. В комнате снова повисла тишина. Наконец он прохрипел:

— Потому что всё это, — он обвёл рукой лабораторию и труп деда, — дерьмо. Так нельзя. У тебя должен был быть хоть какой-то шанс.

Молчание снова повисло между нами незримым пологом. Я разглядывал его, как удивительное насекомое, с интересом энтомолога. Значит, шпионить за мной, растить, как бычка на убой, было правильно. Привести меня на заклание было правильно. А здесь, смотрите-ка, совесть проснулась? Да и дрянь с ним!

— Убери труп. — я мотнул головой в сторону тела деда.

Игорь пару мгновений смотрел на меня. Затем встал и сотворил знакомую уже печать. Тело деда испарилось, не оставив даже следов на одежде.

— Я не хочу тебя больше видеть, Игорь. Беги. Заползи в башню Орловых и никогда оттуда не высовывайся. Ради твоего же блага. Сейчас мы активируем телепорт. И расстанемся. Я тоже даю тебе шанс. Потому что в следующий раз, если ты мне попадёшься, я тебя убью.

Мы все так же в тишине, в которой звучали только наши шаги, дошли до телепортационного круга в прихожей. Здесь была не медная пластина, а полноценный магический ритуал. Базовый артефакт телепортации. Я произнёс фразу. Появился портал. Я подтолкнул Игоря в спину и прошёл через завесу за ним.

Мы оба оказались в его комнате, откуда всего час назад он утащил меня парализованного и беспомощного.

— Сними печать, — приказал я, нисколько не сомневаясь, что он и это выполнит.

Игорь сделал несколько жестов, и я вновь почувствовал свой гармониум.

— Пошёл прочь! — я прервал его попытку что-то сказать. — Бегом!

Игорь сгорбился и, чуть не споткнувшись на пороге, выскочил из комнаты.

Хлопнула входная дверь.

Я приказал Каю аннулировать все доступы алхимика, а сам пошёл на второй этаж.

Остановившись у дверей комнаты Истоминой, я постучал в филёнку костяшками пальцев.

— Заходи, Орлов! — послышалось из-за двери.

Я открыл и, пройдя, остановился посередине комнаты. Мария оторвалась от бумаг, подняла голову и с любопытством уставилась на меня.

— Так, милая, — я почесал затылок. — Нам надо очень серьёзно поговорить.

Санкт-Петербург. Февраль 2026 год.