По мнению опрошенных диссертантом экспертов (сотрудников правоохранительных органов), до 10 % убийств можно было бы предотвращать, если бы своевременно применялась ст. 207 УК. В этой связи в ряде работ диссертанта даны конкретные рекомендации сотрудникам соответствующих служб органов внутренних дел. Рекомендации даны и по использованию в профилактических целях норм, предусмотренных ст. 112, 113, 218 УК РСФСР.
Диссертант полагает, что практикой применения рассматриваемых уголовно-правовых средств необходимо управлять. Соответствующие организационные, методические и специальные мероприятия могли бы найти свое отражение как в комплексных планах борьбы с правонарушениями (на межведомственном уровне), так и в планах работы горрайорганов внутренних дел и ИТУ, а также в планах основных мероприятий МВД, ГУВД, УВД.
Руководителям органов внутренних дел нужно обеспечить формирование у сотрудников (главным образом уголовного розыска, следственных подразделений, участковых инспекторов милиции, дежурных частей, оперативных и режимных аппаратов ИТУ) правильного представления о значении и возможностях своевременного применения рассматриваемых уголовно-правовых средств в профилактических целях.
Эти вопросы целесообразно затрагивать на оперативных совещаниях, занятиях по служебной подготовке личного состава и т. д.
VIII. Проблема дальнейшей дифференциации уголовной ответственности за насильственные преступления получила широкое освещение в работах диссертанта [56, 24–30; 42, 99–103; 49, 114–116]. В них обосновывается целесообразность внесения некоторых дополнений и изменений в действующее законодательство. Суть наиболее важных из них сводится к следующему.
В УК союзных республик в ряде случаев выделены квалифицированные составы преступлений по признаку их совершения группой лиц. В то же время совершение преступления группой лиц как квалифицирующее обстоятельство в ст. 102 и ч. 2 ст. 108 УК РСФСР не предусмотрено. Изучение убийств и телесных повреждений показывает, что совершение группой лиц существенно повышает степень общественной опасности этих преступлений, облегчает их доведение до конца и, как правило, приводит к более тяжким последствиям. Диссертант поддерживает позицию С. В. Бородина, предлагающего предусмотреть в уголовном законе оценку совершения умышленного убийства и нанесения тяжкого телесного повреждения в группе как отягчающего обстоятельства.
Важную роль в дифференциации уголовной ответственности играет максимальный учет личностных признаков. Важно учесть выявленную исследованием тенденцию увеличения среди лиц, совершающих тяжкие насильственные преступления, доли так называемых привычных преступников со специфической агрессивно-насильственной направленностью, а также роста специального рецидива по делам этой категории. Повторное совершение не только тождественных (п. «и» ст. 102 и ч. 2 ст. 117 УК РСФСР), но и иных тяжких насильственных преступлений существенно повышает степень общественной опасности содеянного. Исходя из этого, предлагается предусмотреть в качестве отягчающего умышленное убийство и тяжкое телесное повреждение обстоятельства совершение их лицом, ранее совершившим такое же или иное тяжкое преступление, сопряженное с насилием над личностью. Тем самым специальный рецидив тяжких насильственных преступлений получил бы должную юридическую оценку.
Дифференциация возможна и в плане смягчения ответственности за отдельные виды насильственных преступлений. К числу таких деяний в первую очередь относится убийство матерью своего новорожденного ребенка (детоубийство). При оценке общественной опасности детоубийства необходимо прежде всего и главным образом учитывать определенное патологическое состояние женщины во время или сразу после родов. Как показывают специальные исследования, ввиду отклонения от нормального психического состояния женщина в этот период не может полностью отдавать себе отчет в своих действиях или руководить ими (В. М. Банщиков, Т. А. Невзорова, М. Г. Сердюков и др.).
Патологическое состояние роженицы в момент совершения преступления и дает основание рассматривать в данном случае детоубийство как убийство, совершенное при смягчающих обстоятельствах. Диссертант предлагает предусмотреть во всех УК союзных республик (в пяти союзных республиках, включая РСФСР, это пока не предусмотрено) в качестве специального привилегированного состава убийство матерью своего ребенка во время родов или непосредственно после них.
С точки зрения диссертанта, нуждаются в определенных изменениях и диспозиции ст. 104 и 110 УК РСФСР, предусматривающих ответственность за умышленное убийство, умышленное тяжкое или менее тяжкое телесное повреждение, совершенные в состоянии аффекта.
Во-первых, из составов этих преступлений следовало бы исключить признак внезапности возникновения сильного душевного волнения. По делам рассматриваемой категории нередко приходится сталкиваться со случаями физиологического аффекта, формирующегося постепенно под воздействием длительной психотравмирующей ситуации, вызванной систематическим неправомерным либо аморальным поведением потерпевшего.
Во-вторых, нуждается в детализации определение содержания провокационных действий потерпевшего, влекущих за собой возникновение сильного душевного волнения у виновного. Помимо насилия и тяжкого оскорбления со стороны потерпевшего, а также иных его противозаконных действий состояние аффекта может быть вызвано и аморальными действиями последнего.
В-третьих, целесообразно решить вопрос, касающийся ограничения законодателем (в УК РСФСР и некоторых других союзных республик) круга лиц, неправомерные действия против которых вызывают у виновного состояние сильного душевного волнения и приводят его к совершению преступления, лишь им самим и его близкими. Состояние физиологического аффекта могут обусловить противоправные и аморальные действия в отношении любых посторонних, а не только близких виновному лиц. Поэтому аффектированное убийство либо тяжкое или менее тяжкое телесное повреждение в подобных случаях правильнее рассматривать как преступление при смягчающих обстоятельствах.
В работах диссертанта обосновывается также необходимость включения в Общую часть уголовного законодательства такого исключающего общественную опасность и противоправность деяния обстоятельства, как вынужденное причинение вреда преступнику при задержании, а в Особенную часть – таких привилегированных составов, как убийство, тяжкое или менее тяжкое телесное повреждение, совершенные при превышении мер, необходимых для задержания преступника.
В определенной дифференциации нуждается и ответственность за телесные повреждения. Необходимо устранить разнобой, который существует в законодательстве союзных республик относительно определения ответственности за данные преступления, а также установить отягчающие умышленное тяжкое телесное повреждение признаки (ч. 2 ст. 108 УК РСФСР) аналогично тому, как это сделано в законе для квалифицированного вида умышленного убийства. В ч. 2 ст. 108 УК следовало бы указать, что смерть потерпевшего в результате умышленных тяжких телесных повреждений наступает по неосторожности.
Целесообразна также дальнейшая дифференциация ответственности за половые преступления. Например, введение во всех УК союзных республик специальной нормы, регламентирующей ответственность за насильственное удовлетворение половой страсти в извращенной форме.
IX. Проблемы квалификации тяжких насильственных преступлений получили подробное освещение в работах диссертанта. В них содержатся научно обоснованные рекомендации по разрешению спорных правоприменительных ситуаций [60, 131–138; 2, 36–43; 4].
Проведенные исследования позволили выявить типичные ошибки правоприменительной практики в квалификации тяжких насильственных преступлений. Особую сложность для правоприменителя в делах о преступлениях против жизни и здоровья представляют: выявление направленности умысла в момент нанесения тех или иных телесных повреждений; правовая оценка причинения физического вреда личности при неопределенном (неконкретизированном) умысле; учет при квалификации насильственных преступлений их мотивов и целей; оценка эмоционального состояния лица в момент совершения криминального деяния, а также возможности нахождения его в состоянии необходимой обороны; решение вопросов конкуренции общей и специальной уголовно-правовых норм; отграничение убийств из корыстных и хулиганских побуждений от убийств из мести, в ссоре или драке, умышленных убийств от умышленных тяжких телесных повреждений, повлекших по неосторожности смерть потерпевшего, а последних – от неосторожного убийства, умышленных телесных повреждений – от хулиганства и др.
