— Не нравится мне это, — пессимистично объявил Чет. — Кругом не протолкнуться, а здесь свободно.

— Полагаешь, заброшенная дорога? — заинтересовался Михаил.

— Стой. — Ор поднял руку вверх.

— Стоим. — Лаони пригнулась.

Через мгновение Михаил понял, что смутило Защитника. Мистерия стояла на идеально круглой площадке свободной от малейшей растительности. Только плотный на вид песок под ногами.

— Сойди, — потребовал Чет.

Лаони замешкалась. Почва пришла в движение, вздыбилась, из песка вынырнули костяные клинья, …

— Прыгай!

Пасть твари захлопнулась капканом. Мистерия успела развернуть посох, который и принял удар двух из четырех челюстей… Боль полоснула женщину, вспыхнула огнем мантия в попытке защитить хозяйку.

Четрн пробил Тиг-Логом монстра и выпустил меч из рук. Хищник вылез из норы; черной ворсистой колонной навис над димпами. Михаила отбросило прочь — в сеть лиан. Он забарахтался в стремлении вернуться в бой.

— Уйди. — Ор ткнул дулом «Малютки» едва ли не в спину Чета. Защитник мгновенно освободил линию огня.

Выстрел.

Желтовато-белым фонтаном кровь монстра ударила в Ора, хлестнула каплями яда. Защитник упал на колени, конвульсивно скорчился… Раскрутился в обратную сторону счетчик бэргов — семь, пять, четыре…

— Сдохни! — Четрн вернул Тиг-Лог и устремился в новую атаку.

— Сейчас… — Впечатление, точно Лаони оседлала бешенного скакуна. Ее стремительно бросало от дерева к дереву, от небес к земле. Тварь не унималась — тряслась, слагая телом невообразимые фигуры.

— Пой! Для Ора! — Михаил выпал из растительной паутины. И от нового удара вернулся обратно.

Два первых слова целебной песни — на большее Лаони не хватило. Она попыталась сконцентрировалась на магии. Сознание поплыло.

Четрн рубил как заведённый: бросок, удар, бросок, удар… Капли ядовитой крови осели на листве. Прыжок вывел Чета из-под струи яда, но привел к Настройщику. Тела столкнулись.

— Сука! — Стена зелени вновь поглотила Михаила.

Грохот перекрыл все слышимые звуки.

Курьер зачарованно смотрел желтовато-белый водопад, в который превратилась тварь. Спасения нет. Лаони постаралась на славу — замерла в финальном магическом пассе и смирилась с неизбежностью.

Рывок Чета прервала световая вспышка. Мир стал черно-белым.

— Попал. — Михаил обессилено распластался на остатках кустарника. Мгновенная трансформация множества объектов стоила ему львиной доли энергии.

— Жива? — спросил Четрн у лежавшей на нем Лаони.

— Вопрос риторический, да?

Взвихрилась спасительная песнь. Михаил приподнялся: успеет ли сестра вернуть Ора? Ор сладко зевнул.

— Уходим. — Четрн нервно закурил.

— И побыстрее, — согласился Настройщик. — Сигаретка в подарок.

— Хватит ребячиться, — потребовала Лаони. — Если повезет, успеем выбраться из чащи до наступления темноты.

Димпы в молчаливом согласии продолжили путь.

— Не отставай, Мик, — Мистерия оглянулась.

— Стараюсь. — Михаил вновь споткнулся. Качнулся вправо — туда, где поджидали цепкие ветви растений, заработал новые царапины и выругался. Вокруг никого… Риск остаться одному неприемлем при минимуме энергетического запаса. Он постарался успокоиться: тропа, прорубленная Четом, не даст заблудиться.

Настройщик преодолел метров десять… Веревка захлестнула щиколотку, перевернула вверх ногами и вознесла под изумрудные своды. С треском качнулись ветви.

— Серьезно?! — Михаил повис напротив широкой ветки дерева. Он успел заметить человекоподобную фигуру среди листвы, прежде чем удар кулака погрузил его во тьму.

Глава 15

Придя в себя от тряски, Михаил первым делом прислушался. Топот, легкий звон, хриплый говор, посвист и натужный скрип картину не прояснили. Судя по положению солнца, сейчас утро — он пробыл в отключке всю ночь. Сведения малоутешительны, диспозиция скверная.

Он находился в железной клетке на ехавшей в никуда повозке. На нем ни клочка одежды, за исключением легкой набедренной повязки. Столь же бедный наряд на пленнице, делившей с ним тяготы путешествия. Забившись в дальний угол клетки, она тщательно прикрывала руками грудь и время от времени бросала на невольного попутчика опасливые взгляды. Приятные мягкие черты, обветренная кожа, исцарапанные тонкие руки, крепкая округлая фигура, где всего в меру, — исходный социальный слой женщины не определялся.

Михаил переключил внимание на конвоиров. Люди: мужского пола и разномастного типажа, одетые в темно-зеленые потрепанные униформы. На вооружении искривленные мечи, копья и полые трубки длинной метра два. Полная неопределенность. Пыльная ухабистая дорога, плотные заросли величественных деревьев вдоль обочины… Насколько далеко его увезли от места пленения?

Очередной ухаб заставил Михаила поморщиться. Скрипнув зубами от боли, он сел, прислонился к прутьям решетки и глянул на конвоиров.

— Очнулся, — хохотнул один. Спектр языка грубый — злой.

— Возражу, — буркнул Михаил. Не утерпел, поинтересовался: — Куда едем?

— В обитель братства Хэмпока, — раздался угрюмый голос. Димп быстро повернулся к его обладателю — крепко сбитому бородачу со свирепым взглядом.

— А вы, значится, хэмпокийцы? Хемпокцы? Хемпоксиане?

— Ты тратишь много слов.

— Значит, хэмпокийцы. — Михаил кивнул. Неожиданно заплакала женщина.

— Заткнись! — Ближайший всадник приблизился к повозке и сходу ткнул пленницу древком копья.

Наступила тишина, и только скрип колес да топот копыт тревожили пространство.

— У вас проблемы, — рискнул заметить Михаил. От тряски разламывалась голова. Удар копья так же не принес облегчения.

— Называй ведущего братом Тэтром, — злобно процедил ударивший воин.

— Брат Тэтр, — согласился Михаил. — Мои друзья меня не оставят. Если коротко, вам хана.

— Та троица, что с тобой? — Свирепое лицо Тэтра исказила яростная гримаса. — Они убили семерых братьев и подло бежали. Их преследуют наши воины, а в кэлльских лесах мы боги. Слышишь, боги! Песнь оборвется, когда пустим им кровушку…

— Ну, петь они умеют, — пробормотал Настройщик.

Итак, его поймали и увезли к обители лесных братьев. Четрну, Лаони и Ору не до родни — они играют в прятки с преследователями, экономят заряд, строят планы; Михаил старался верить. Побег — единственный способ избежать встречи с комитетом по встречи Хэмпока и до банальности обидный факт. Транспортировка — идеальное время для обретения свободы лишь по первому впечатлению. Охранка и массивные прутья клетки думали иначе. Михаила кольнула досада: заряд мизерный, не надышишься; Врата с каждой секундой все дальше.

— Хетч, — тихо выругался Михаил.

Пленница вздрогнула. Настройщик попробовал наладить контакт:

— У тебя есть имя?

— Не смей глазеть на меня. — Женщина нахмурилась. — Я не портовая девка.

— Я не глазел, — удивился Михаил. — Честь имею представиться, Мик.

— Мне плевать, грязный сорг! Ты не получишь мое тело!

— А я собирался? У меня, так-то, голова болит.

— Лесса, — нехотя представилась незнакомка. — Но не думай, что мое имя даст тебе власть надо мной!

— Тпру, — невольно воскликнул Настройщик. Повозку дернуло. Возница усмирил взбрыкнувшую тяговую силу и коротко ткнул пленника древком.

— Ты побеспокоил чагаров.

— Похотливый сорг, — не преминула вставить женщина.

— У нас что-то с коммуникацией. — Михаил вымел Лессу из мыслей — на время. Ему необходим холодный ясный разум. Прочная клетка, массивный замок, восемь охранников, минимум сил. Защитный модуль питали бэрги — блокады хватит секунд на десять, затем крики боль и вульгарная драка. Трансформация и экономия — извечный выбор. Повторять судьбу Лаони не хотелось.

Минул полдень. Хэмпокийцы сунули пленникам две миски, наполненные коричневым варевом. Обед под бешенными лучами солнца скорее раздражал, нежели насыщал, но Михаил пересилил себя. Он сосредоточился и чертыхнулся: журчание воды сбило настрой.