Что же касается законодательной формулировки «отставание в психическом развитии, не связанное с психическим расстройством» (ч. 3 ст. 20 УК РФ), и понятие «задержка психического развития» (ЗПР), употребляемое в отношении несовершеннолетних лиц чаще всего в педагогике (дефектологии), психологии, медицине и т. п., видимо, следует рассматривать как одинаковые понятия, несущие равнозначную смысловую нагрузку.

При этом данная категория лиц склонна к девиантному поведению и совершению как тяжких, так и особо тяжких преступлений, которые не всегда регистрируются правоохранительными органами. Так, в 2004 г. в России по делам несовершеннолетних и защите их прав были направлены прекращенные уголовные дела и материалы об отказе в их возбуждении вследствие недостижения несовершеннолетними возраста уголовной ответственности, а также отставания в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством, в отношении 61 211 лиц, из которых 9 % (5548) приходилось на Северо-Западный федеральный округ.^[503]

В свою очередь до сих пор на федеральном и региональном уровнях отсутствует дифференцированная уголовная статистика и криминологический учет лиц, дела в отношении которых прекращены по ч. 3 ст. 20 УК РФ.

Криминологические исследования показывают, что наличие отставания в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством, социальная и педагогическая запущенность и другие причины способствуют при формировании личности несовершеннолетнего правонарушителя с девиантным и преступным поведением.

Вместе с тем на основе разработки современных методик для данной категории лиц необходимо улучшать медицинскую и психолого-коррекционную помощь, которая в настоящее время требует своего совершенствования.

При этом следует отметить, что с момента действия ч. 3 ст. 20 УК РФ и по настоящее время судебно-следственная практика испытывает значительные трудности по проведению медицинского, психологического и психиатрического обследования несовершеннолетних, отстающих в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством и совершивших различные преступления. В связи с этим представляется в наиболее крупных городах страны создать комплексные стационарные и амбулаторные психолого-медико-педагогические или судебно-психолого-медико-психиатрические экспертизы с приглашением на них в первом варианте эксперта-психиатра, а во втором – специалиста в области педагогики.

Таким образом, исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод, что интеллект и здоровье нации в настоящее время находятся под серьезной угрозой и требуют от государства незамедлительной помощи.

Пьянство и преступность^[504]

Среди различных видов социально негативных явлений наиболее распространенным и достаточно живучим является пьянство. Само же потребление алкоголя известно с древнейших времен. В России, как отмечается в исторической литературе, впервые сведения о винном спирте приводятся в XII в. [14]

В свою очередь, пьянство и алкоголизм представляют серьезную опасность как для общества, так и для граждан. Достигнув огромных масштабов, пьянство стало одним из главных дестабилизирующих факторов, усугубляющих негативные социальные процессы в стране.

Большинство исследователей под пьянством понимают злоупотребление спиртными напитками, которое связано с определенной социально-психологической деградацией личности.

Алкоголизм же представляет собой болезненное влечение к злоупотреблению спиртными напитками и характеризуется как физиологической, так и психологической зависимостью лица от них.

В настоящее время можно достаточно уверенно констатировать, что в результате массового пьянства как социально негативного явления и алкоголизма широких масс населения государству причиняется не только существенный ущерб, но и ставится под угрозу его безопасность и здоровье нации.

По данным Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения и социального развития в стране насчитывается 2 млн 207 тыс. хронических алкоголиков, а на каждые 6 мужчин, страдающих этой болезнью, приходится 1 женщина. Отмечается, что смертность от алкогольных отравлений составляет около 15 человек на 100 тыс. населения, при этом от острых алкогольных отравлений ежегодно умирает примерно 30–40 тыс. человек. Особенно за последние годы в России растет количество потребления спиртных напитков, достигая от 10 до 15 л в год на душу населения [6].

Результатом массового потребления алкогольных напитков становится не только увеличение смертности, различных заболеваний на этой почве, но и, как следствие, сокращение средней продолжительности жизни и рождаемости в стране. При этом всеобщая алкоголизация населения напрямую связана с ростом злоупотреблений спиртными напитками молодым поколением, в частности несовершеннолетними.

В связи с этим большое теоретическое и практическое значение имеет изучение вопросов, связанных с совершением общественно опасного деяния в состоянии опьянения. Положение об ответственности за совершение преступления в состоянии опьянения в отечественном уголовном законодательстве давно нашло свое конкретное разрешение. По существу длительное время уголовная ответственность была предусмотрена за совершение преступного деяния в состоянии алкогольного опьянения, которое по усмотрению суда согласно УК РСФСР 1960 г. могло быть признано отягчающим обстоятельством.

Таким образом, среди многообразных видов антиобщественного поведения, как уже было отмечено, наиболее распространенным и достаточно живучим является пьянство, выражающееся в злоупотреблении спиртными напитками, которое особенно в последние годы приобрело значительные масштабы и которое, как правило, заканчивается болезненным состоянием – алкоголизмом, как злоупотребление наркотическими средствами – наркоманией, а одурманивающими веществами – токсикоманией.

Представляется целесообразным в первую очередь раскрыть смысл, вкладываемый законодателем в понятие «алкогольное опьянение», так как именно в данном состоянии лица чаще всего совершают самые различные общественно опасные деяния, что имеет принципиальное значение не только для привлечения субъекта преступления к уголовной ответственности, но и тогда, когда она отсутствует, если речь идет о патологическом опьянении, которое необходимо отличать от физиологического (простого) опьянения.

Решая вопросы уголовной ответственности за преступления, совершаемые в состоянии алкогольного опьянения, необходимо исходить из влияния и воздействия алкогольных напитков на общее состояние и психику лица, их употребившего. Алкоголь, воздействуя на организм человека, поражает его сознание и волю тем сильнее, чем тяжелее степень опьянения. Не случайно некоторые лица, совершившие преступления в состоянии алкогольного опьянения, часто ссылаются на то, что они в данный момент ничего не понимали и не осознавали случившегося.

Физиологическое (простое) опьянение, разумеется, не может служить основанием для утверждения, что субъект преступления не осознавал своих противоправных действий и наступления вредных последствий. Обычно физиологическое опьянение наступает постепенно, а лицо, принимающее алкогольные напитки, осознает и понимает, что, употребляя их по своей воле при отсутствии насильственного принуждения, приводит себя в такое состояние. Поэтому в тех случаях, когда преступление совершает пьяный, как справедливо подметила в свое время Н. С. Лейкина, не исключается его вменяемость, так как в состоянии опьянения, как правило, налицо объективные и субъективные основания для уголовной ответственности, которая ни при каких условиях не может быть исключена при обычном опьянении [9].

В состоянии физиологического опьянения полностью не искажается восприятие окружающего мира и объективной реальности, так как происходит лишь некоторое временное нарушение психической деятельности, которое прямо противоположно патологическому опьянению. Следовательно, при физиологическом опьянении, хотя и ослабляется функционирование тормозных процессов, происходящих в организме, и теряется контроль над своим поведением, однако у пьяного субъекта сохраняется непосредственный контакт не только с окружающей средой, но и его действия и поступки, как у любого нормального и трезвого человека, носят мотивированный характер.