Мехит разрыдалась. Сойдет решила, что эти слезы от беспокойства за жизнь Аха.

— Аха скоро будет здоров! — горячо заверила ее Сопдет.

Нейт-Мехит, заливаясь слезами, обняла наивную девушку.

На следующий день по Царству Лотоса разнеслась печальная новость, что храбрый Аха скончался. Вскоре на границе между Верхним и Нижним Кеми был пойман Уди, которого видели пробиравшимся в дом Аха в ночь его смерти.

— Я готов сознаться в предательстве, — твердил Уди. — Но я не убивал Аха. Когда я проник в его покои, Аха уже был мертв и холоден. Его дух давно ушел через врата Дуата.

Весть о гибели доблестного воина Аха вызвала возмущение в обоих царствах долины Нила. В столицу Верхнего Кеми прибыли Хор и его супруга Хатор.

Местные жители горячо приветствовали правителей-гостей, осыпая их лепестками цветов. В ответ Хатор приветливо улыбалась им неуверенной улыбкой. Только влюбленный взгляд мужа заставлял ее отвлечься от пестрой толпы.

Хор и Хатор олицетворяли собой красоту вечной любви. Когда правители поднимались по парадной лестнице во дворец, Хор нежно поддерживал немного утомившуюся с дороги супругу. В ответ на заботу она отвечала ему ласковым взглядом. Даже грубоватый Сет умилялся от их нежности друг к другу.

Фараон Хор не уставал любоваться своей хрупкой изящной супругой. Глядя в ее добрые глаза, он изумлялся: как такую женщину может охватить гнев, способный превратить ее в грозную львицу Сехмет, несущую кару и разрушения врагам Та-Кем.

Правителей соседнего царства проводили в их покои.

Когда слуги скрылись за дверью, Хор заключил свою усталую супругу в объятия.

— Тебе нужно отдохнуть, моя царица, — участливо произнес он.

— Мне приятна твоя забота, мой господин. Увы, вряд ли твой дядюшка Сет позволит нам такую роскошь, — весело ответила Хатор, опускаясь на подушки. — Надо поспешить омыть наши тела от дорожной пыли.

В подтверждение ее слов, вошедший слуга передал пожелание фараона Сета видеть их за обедом.

Сету не терпелось обсудить произошедшее. Он знал о мудрости Хора и Хатор и хотел услышать их суждение. Гости не заставили себя ждать, облаченные в одеяния согласно этикету, они вошли в обеденный зал ровно в назначенное время.

— Предатель будет казнен! — сказал Сет сурово.

— Прости, великий Сет, — робко вмешалась Хатор. — Но не спешим ли мы, обвиняя Уди в убийстве Аха? Да, он предатель, но вряд ли он убил твоего доблестного воина.

— Вашей городской страже удалось узнать, что у прекрасной Мехит был поклонник, который навещал ее ночью... В Аха была влюблена его двоюродная сестра Сопдет, — заметил Хор. — Влюбленная Сопдет могла убить Аха из ревности, а любовник Мехит тоже мог совершить это злодеяние...

— Это дело государственное, а не любовное! — сурово ответил Сет.

— Любовь иногда приводит к злодеяниям страшнее государственных измен, — заметила Хатор.

— Мехит предала Аха, — задумался Хор. — Предавший однажды предаст опять.

— Замечу, это Нейт иногда действует неосознанно — так, как бы поступила Мехит, — добавила Хатор.

— Это так, — согласился Сет. — Из-за ее глупостей рушится безопасность Та-Кем!

Правители Хор и Хатор переглянулись. Они понимали друг друга по взгляду. Догадка блеснула в их глазах, они думали об одном и том же.

— У стен города есть слабые места? — взволнованно спросила Хатор.

— Укрепи немедленно! — настойчиво посоветовал Хор. — Иначе сегодня с заходом солнца войско кочевников Исефет ворвется в город.

— Откуда вы знаете? — недоверчиво спросил Сет.

Несмотря на недоверие, он поспешил передать военачальнику распоряжение по совету Хора.

— Приведите Мехит, — сказал Хор. — Пора завершить эту печальную историю.

В зал вошла заплаканная Мехит. Хатор с удивлением смотрела на нее. Разве это Нейт, бывшая Хранительницей Врат в Другой Мир? Неужели тело простой смертной так тяжко для нее.

— Я ничего не помню, ничего, — твердила Мехит.

Кивком головы Хор дал знак Хатор начать разговор. Он понимал, что лишь она своей добротой может убедить Нейт.

— Милая Нейт, пусть в человеческом теле ты утратила силу Извечных, но ты не утратила мудрость, — ласково произнесла Хатор. — Ты знаешь, что с тех пор, как ты оживила тело Мехит, в Та-Кем стали происходить злодеяния... Извечная Маат говорила, что ты неосознанно будешь действовать как Мехит... А Мехит оказалась злой женщиной... Своим присутствием в ее теле ты хотела сделать добро для Аха, но это ему не помогло. Что теперь держит тебя?

Нейт кивнула. Она не понимала, что же не дает ей покинуть ненавистное тело? Кто-то использует ее слабость. Став человеком, Нейт перестала мыслить и действовать как подобает Открывающей пути Дуата. Пора это прекратить!

Она сняла зеркало, висевшее у нее на поясе. Нейт внимательно всматривалась в отражение.

— О Извечная Маат, — простонала Нейт. — Мехит была ведьмой Исефет, она предала Та-Кем и отравила Аха, она рассказала врагам, где слабая стена в городе... О-о! Что я наделала?! Кажется, я попала в ловушку Исефет! Она будто напустила туману, я не видела того, что должна была видеть!

Со стоном отчаянья она покинула тело, которое в миг рассыпалось в прах. Пред правителями предстала Нейт в сияющем белом одеянии. Она точно стряхнула с себя бремя ненавистного тела. В этот миг, испытав чувство свободы, Нейт пронеслась под потолком зала.

— Мы не успеем укрепить стену до захода солнца, мой господин, — сказал вошедший военачальник.

— Тогда мы примем бой, — уверенно произнес Сет. — Хор, ты призовешь свою силу ветра, а я свою силу огня, Хатор превратится в львицу Сехмет. Мы уничтожим этих кочевников!

— Применив нашу Силу в таких размахах, мы нарушим миропорядок Маат, — перебил Хор. — Нужно другое решение!

— Если было бы возможно вернуться в момент смерти Мехит, не нарушая миропорядка, — задумалась Хатор.

Точно по их зову, сквозь грань Другого Мира к ним явилась Извечная Маат.

— Я смогу повернуть время вспять, не нарушив миропорядок, и никто из людей не будет помнить произошедшее, — таинственно произнесла Она, раскинув руки-крылья. — Даже Анпу и Нейт не сразу вспомнят, они лишь почувствуют, что прежде, чем действовать, надо поразмыслить...

Нейт, виновато стоявшая в стороне, послушно кивнула.

Все вернулось на исходную.

Анпу склонился над телом умирающей Мехит. Вот Нейт просит его занять ее место, она берет зеркало и проводит по нему рукой.

В этот миг Анпу почувствовал грядущую беду. Будто воспоминание промелькнуло перед его взором.

— Моя госпожа, ты в силах представить, что будет, если ты примешь тело Мехит, и что будет, если она уйдет через врата Дуата, — сказал он. — О, мудрая Нейт, подумай, какой из этих путей лучше?

Нейт задумалась, перед ее глазами пронеслись последствия двух возможных событий, зависящих от ее поступка.

— Ты прав, Анпу, — сказала она. — Смерть Мехит будет избавлением Та-Кем от многих страданий... и для Аха тоже...

Нейт и Анпу смотрели друг на друга.

— А ведь это уже было, — прошептала Нейт.

Анпу кивнул. Его чувства были подобны чувствам Нейт — память события, которое когда-то наступило, но теперь не произойдет. Анпу охватила радость, что им удалось предотвратить беду.

— Этого никогда не произойдет, — твердо сказал он.

— Произойдет лишь то, что ты станешь хранителем Врат в Загробный Мир, — улыбнулась Нейт. — Анпу, когда ты примешь этот титул, моим вторым именем будет Анпут, я стану твоей спутницей. Как я была глупа! Прости меня, мой дорогой друг! Отныне я понимаю, почему нам, Открывающим пути Другого Мира, нельзя привязываться к людям. Анпу, теперь я ненавижу людей, отныне мой взор будет холоден. Прочь прежнюю нежность и сострадание к глупым жестоким существам, предающим тех, кто их любит. Пусть теперь люди зовут меня Устрашающей.

Нейт исчезла, оставив Анпу утешать несчастного Аха.