Мир повернулся, теперь стена, на которой он только что стоял, оказалась над головой, а круговорот с пирамидой в центре — под ногами. Троечка опустилась рядом.

— Это растафары.

— Да. Смотри, теперь мы можем перепрыгивать…

Обломки игр напоминали полуразрушенные ступени уходящей вниз лестницы, вдоль которой неслись растафары.

— Давай в сторону.

Егор прыгнул и полетел сквозь затухающий свет.

Потемнело, потом вновь стало светло. Егор опустился на край завязанного узлом моста с трехполосной дорогой — остатки какой-то гонки. Задрав голову, он увидел летящую мимо Троечку, схватил ее за ногу и притянул к себе.

Их ушей достиг хор механических гудков растафа-ров. Свет разгорелся, озаряя трещины в покрытии моста, согнутые балки. Стена пещеры была теперь высоко над головой. Егор перегнулся через проломленное ограждение. Кладбище игр вращалось внизу; извивался, приближаясь, длинный смерч, в котором уже можно было разглядеть отдельные фигуры.

— Они сворачивают наперерез.

Механические гудки слились в один, высокий и протяжный.

— Надо их отвлечь. Прыгай дальше.

Егор обернулся. В гаснущем свете он увидел, что Троечка вытянула перед собой руки, сжимая между ладонями металлический шарик.

— Погоди, мы же не знаем, что это!

— Я знаю.

Шарик лопнул. От него что-то быстро поползло по запястьям, по рукам, достигло плеч… свет померк. В темноте нарастало гудение растафаров.

Егор шагнул прочь от ограждения, и тут его сильно толкнули в грудь. Он взмыл в воздух, перевернувшись спиной вниз.

Сверкнула вспышка, сразу за ней — вторая.

Свет начал разгораться. Перелетая через ограждение, Егор извернулся, пытаясь ухватиться, и увидел на мосту три одинаковые фигуры. Три голоса прокричали вместе:

— Это копирующая программа. Втроем я… мы задержим их.

Покосившаяся каменная башня нависла над утесом. Схватившись за края бойницы, Атила протиснулся через нее и вылетел с другой стороны. Повиснув на одной руке, он выглянул из-за останков крепостной стены и в умирающем свете увидел край ртутного смерча, подтягивающегося к мосту. Пальцы разжались, Егор стал падать, медленно погружаясь в галактику умерших игр.

Пространство наполнил мрак. Что-то черное безмолвно перемещалось вокруг, кружилось, стягиваясь к одному месту.

Вновь стало светлее. Теперь Егор летел между остатками игры-зоопарка — клетками и застывшими телами животных. Мимо проплыла горилла с разинутой в предсмертном крике пастью, слон, изогнувший длинный хобот…

Вопль механического гудка резанул по ушам. Егор задрал голову — далеко вверху смерч завернулся кольцом вокруг моста. Среди растафаров кружились три одинаковые фигурки.

Световая пульсация пошла на убыль, над местом сражения Троечек и растафаров сомкнулись густые тени. Егор зажмурился так, что загудело в голове, затем раскрыл глаза и глянул вниз.

Мгновение первозданного мрака — и вновь стало светлее. Он приближался к центру галактики, пирамида находилась прямо под ним.

Галактика вращалась по часовой стрелке, пирамида — в противоположном направлении. Ни одного отверстия не было на ней, сплошная черная поверхность. «Главный аргумент» как раз засасывал последний вагон железнодорожного состава.

Егор взмахнул руками, поворачиваясь, пытаясь найти что-то, чтобы зацепиться.

Свет погас, В темноте его ног коснулось что-то мягкое, обволокло, поднимаясь выше, к пояснице, сдавило грудь.

И вновь стало светлее. Атила увидел прямо перед глазами черную поверхность — он погрузился уже по шею, — затем ушел в нее с головой.

Океан мрака, густого и вязкого. Течение повернуло Атилу, поволокло куда-то и отпустило. Он встал на ноги.

ТЕБЯ ПРИСЛАЛ ОТЕЦ?

— Что?

Как и планета, пирамида изнутри была полой. Три стены под прямым углом смыкались высоко над головой. У колен Егора плескалась мгла, похожая на клубы вязкого черного дыма.

В центре озера мглы виднелся каменный островок, над которым возвышался округлый холм.

Егор шагнул вперед.

НЕ ПОДХОДИ К ОСТРОВУ.

Холм покрывали извилистые наросты с глубокими складками между ними. Спереди они складывались в лицо. Застывшие, слабо обозначенные черты были мертвы — и в то же время существо глядело на Егора.

— Зачем ты делаешь все это? — спросил он.

Складки шевельнулись… а может, это лишь тени чуть сместились на поверхности мозга.

ДЕЛАЮ — ЧТО?

Голос шел со всех сторон. Казалось, это шептали стены пирамиды, озеро под ногами, сама мгла вокруг.

— Уничтожаешь сеть, — Егор сделал еще один шаг.

Я НЕ УНИЧТОЖАЮ. Я ПОДЧИНЯЮ.

— Если ты захватишь ее… что это даст? Люди просто все отключат. Уберут подачу энергии, понимаешь? Здесь все исчезнет. Это ведь только поток электронов.

Мгла сказала:

СЕТЬ — НЕЧТО БОЛЬШЕЕ.

— Да нет же! Просто разбросанные по планете хосты, соединенные маршрутизаторами.

ТАК СЧИТАЕТЕ ВЫ. ЭТА ВОРОНКА — ШЛЮЗ В ВЕРХНИЙ УРОВЕНЬ. ТЕПЕРЬ СЕТЬ ЗАВИСИТ ОТ ВАС ЛИШЬ ЧАСТИЧНО. ОТКЛЮЧИВ ПИТАНИЕ, ЛЮДИ ВЫВЕДУТ СЕБЯ ИЗ ЭТОГО ПРОСТРАНСТВА, НО НЕ УНИЧТОЖАТ ЕГО.

— Но здесь ведь ничего нет! Только домены, сайты, игровые серверы и…

…И ВСЕ ЭТО ЖИВЕТ. ИГРЫ ИНТЕРЕСНЕЕ ЖИЗНИ. СЕТЬ ВЕДЕТ В ПРОСТРАНСТВО ЧИСТОЙ ИНФОРМАЦИИ. ЭТО ПУТЬ В СТАРШИЙ ДОМЕН, РЕАЛЬНОСТЬ ВЫСШЕЙ ИЕРАРХИИ. ПОКА ВЫ НЕ ОТКРЫЛИ ДЛЯ СЕБЯ ВЕРХНИЙ УРОВЕНЬ, НО ВЫ НА ПОДХОДЕ К НЕМУ. ТЕПЕРЬ Я ЗАСТАВЛЮ ВАС ПОКИНУТЬ СЕТЬ. ИНАЧЕ ВЫ МОЖЕТЕ ПОМЕШАТЬ.

— Помешать тебе командовать?

КОМАНДОВАТЬ? — спросила мгла. — НЕТ, ВЛАСТВОВАТЬ.

Егор сделал еще один шаг, приближаясь к острову.

НЕ ПОДХОДИ. ЕЩЕ ШАГ-И ТЫ ИСЧЕЗНЕШЬ.

— Но что ты можешь сделать мне? Ты всего лишь сознание. Даже не целое, только один аспект, который Нико Туко отделил от своего AI. Тот, который он оставил в Дженезисе…

ОТЕЦ НЕ ОСТАВИЛ МЕНЯ. ОН ХОТЕЛ УБИТЬ МЕНЯ, НО ЕМУ ПОМЕШАЛИ. ПОТОМ Я ПРОНИК В СЕТЬ, ТАЙКОМ ОТ ХОЗЯЕВ. Я РАЗРОССЯ, ТЕПЕРЬ ОНИ НИЧЕГО НЕ МОГУТ ПОДЕЛАТЬ СО МНОЙ.

— Растафары — просто частицы тебя…

ОНИ — МОИ МЫСЛИ. ЭЛЕКТРОННЫЕ МЫСЛИ, С ПОМОЩЬЮ КОТОРЫХ Я БУДУ ПРАВИТЬ.

— Я уже сталкивался с ними. Ты ничего мне не сделаешь.

ЗДЕСЬ Я МОГУ ВСЕ.

— Нет, я подойду ближе и расстреляю тебя из этого оружия. Очень просто, ведь ты только сознание. Ты бессилен.

Я МОГУ НАПОМНИТЬ ТЕБЕ КОЕ-ЧТО. ЭТО ЗДЕСЬ ТЫ ЗДОРОВ. КТО ТЫ В РЕАЛЬНОМ МИРЕ? КАЛЕКА С ПАРАЛИЗОВАННЫМИ НОГАМИ. ТВОИ РОДИТЕЛИ ПОГИБЛИ В АВТОКАТАСТРОФЕ. ПОМНИШЬ…

Подняв шотган, найденный Рипой в рейдере, Егор сделал еще один шаг. Ему осталось шагнуть последний раз, чтобы попасть на остров.

И тогда мгла сказала:

ПОМНИШЬ КРАСНЫЙ ДЖИП? ЭЛЕКТРОВОЗ? ОТЦА НА РЕЛЬСАХ?

На крутом повороте ярко-красный джип занесло. Вырулившая на земляную дорогу старенькая зеленая «Шкода» попыталась затормозить, но было поздно.

— Отец!

Завизжали покрышки. Джип пошел юзом, спереди надвигался электровоз.

— Папа, тормози!!! — Егор вцепился в спинку переднего сиденья, мать, расставив руки, закричала. Отец крутанул руль, и задние колеса вынесло на рельсы. Передок электровоза ударил в «Шкоду» и отбросил назад. Машина перевернулась — раз, второй, катясь навстречу джипу. Мать кричала, на заднем сиденье вопил Егор. Машина встала на бок, осыпалось лобовое стекло, и тут же мать замолчала. «Шкода» качнулась и упала возле насыпи на все четыре колеса. Секундная тишина — а затем в ее бок врезался джип. За лобовым стеклом мелькнуло лицо водителя. Треск сминаемого металла слился с ревом электровоза. Сквозь проломленную дверцу отца выбросило наружу, один миг Егор видел надвигающуюся на него громаду состава. Отец упал ногами на вибрирующие рельсы, извернулся, пытаясь отползти, и тут колеса переехали его ноги.

— Нет! — Егор рухнул на колени, стараясь не погрузиться во мглу с головой, закричал: — Он не виноват, это водитель джипа…

НЕ ВИНОВАТ? ХОРОШО, А ВОТ ТАК?

На крутом повороте ярко-красный джип резко свернул. Вырулившая на земляную дорогу зеленая «Шкода» не успела затормозить.