— Не приучена! — пытаясь сохранить хладнокровие, сказала она. — Потом до смерти не отмоешься.

— В целку играешь? — повысил голос Слон. — Бери, сказал!

Он резко нагнулся к Лене, схватил ее за волосы так, что она вскрикнула от боли. Попыталась вырваться — бесполезно.

— Вах, Слоник! — раздался пьяный голос вошедшего «чеченца». — У вас тут лубовь! А если я сзады пристроюсь?

— Валяй! — прерывисто дыша, тот старался приблизить член к Лениному лицу. — Я не жадный! А у меня она отсосет… Да не дергайся ты!

Слон, разозлившись, ударил пудовым кулаком Лену в темечко. Последнее, что увидела она перед тем как потерять сознание, было возникшее в окне лицо человека в черной матерчатой маске с прорезями для глаз…

Лена, очнувшись, обнаружила себя откинувшейся в просторном шезлонге в саду. Сквозь кроны абрикосовых деревьев светило солнце. Во влажном воздухе разносился аромат роз. Что-то неестественное примешивалось к этому аромату… Ах да, нашатырь!

Она повернула голову чуть влево и наткнулась взглядом на… встревоженное лицо Игоря Константиновича. Полковник, экипированный в камуфляж, стал почему-то полнее за ту неделю, что они не виделись.

«Бронежилет! — догадалась Лена. — Значит, он узнал. Он успел!.. А могло быть иначе!..»

— Как вы, Елена Витальевна? — Лагно был официален в своей заботе, хотя глаза говорили много больше, чем он мог позволить себе при коллегах.

— Нормально, — слабо улыбнулась Лена. — Благодаря вам.

Она попыталась подняться с шезлонга, но ноги предательски подкосились.

— Петя, подержи! — Лагно протянул одному из своих ребят снятый с плеча «Калашников». Затем легко подхватил Лену на руки. — Там в гостиной диван, Елена Витальевна. Вам, похоже, лучше полежать.

Покоясь на сильных руках Игоря Константиновича, Лена увидела распластанных на площадке для автомобилей бандитов. Они лежали на животах, руки каждого за спиной сковывали наручники. Вдоль этой лежачей шеренги прохаживались бойцы СОБРа, изредка попинывая в бока пытавшихся подать голос задержанных.

Еще Лена увидела разбитые стекла нескольких окон первого этажа и груду щепок — то, что осталось от входной двери.

Оставив Лену приходить в себя, Лагно присоединился к Кулику, подсчитывающему вместе с одним из своих бойцов оружейные трофеи. В этот момент коллега Игоря Константиновича Володя Смольянинов позвал того в дом.

— Посмотрите, что я нашел, товарищ полковник, — сказал он, когда Лагно поднялся в одну из комнат на втором этаже. — Какой-то чудо-прибор!

В углу комнаты стояло нечто вроде старой ламповой радиолы, но без привычных динамиков, затянутых декоративной материей. Панель управления представляла собой несколько белых клавиш и верньер, по окружности которого на корпусе располагалась странная шкала: «Гц, 1, 5, 10…» и так далее до «50». Цена деления шкалы равнялась одному герцу. От торца «радиолы» отходили цветные провода, подсоединенные к лежавшему отдельно подобию обычного фонарика-«колбаски», но с очень широким раструбом.

— Та-ак… — Лагно, некогда окончивший южнороссийский «политех», присел на корточки и стал подробно рассматривать прибор. — Ну, ясно, что внутри кроется довольно мощный генератор низкочастотного излучения и, по всей вероятности, «усилок». Но больно здоровая бандура! Что-то там есть еще, чего я не понимаю. И этот странный «фонарик»…

— Может, установка, которая лечит, товарищ полковник? — предположил Володя. — Смахивает на это… как его… УВЧ! Моей дочке в поликлинике насморк такой штукой лечили.

— М-да, которая лечит… А может, калечит, — задумчиво пробормотал Игорь Константинович. — Пойдем-ка поспрошаем хозяев!

Во дворе полковник обратил внимание на какую-то нервозность в действиях собровцев. Валера Кулик тут же увлек Лагно за угол дома.

— Константинович, со мной только что связался шеф. Велел не усердствовать и сворачиваться… Такое впечатление, что кто-то из бандюков успел сбросить сигнал в город.

Лагно чертыхнулся.

— Нам что, извиниться перед ребятами? Вернуть им оружие, на которое ни у кого из них нет разрешения? Ви-ниченко сказать: * Простите, но получена команда восстановить статус-кво; извольте пройти в комнату, мы вас запрем и уедем»?!

— Да все я понимаю, Константинович! Вот если бы я «не услышал» звонка шефа… Ты же знаешь его самодурство. Что делать, посоветуй!

— А что тут советовать? — пожал плечами Лагно. — Моя «бээмвуха» со спецсвязью в ремонте. На «волжанки» систему «Карат» установить не успели. Сотовый с началом акции отключен. Так что мне звонков не было, потому как быть не могло. Я ничего не знаю. Как старший по званию принимаю командование операцией на себя!

Кулик облегченно вздохнул, улыбнулся.

— Ну даешь, старик! Я — твой должник, запомни!

— Да ладно! — махнул рукой Лагно.

— Я серьезно — запомни!..

Они прошли к площадке. Кулик сделал условный знак своим бойцам: продолжаем в том же духе. Лагно переместился в увитую виноградом беседку, находящуюся тут же. Сел за добротно вделанный в землю садовый стол.

— Бугрова ко мне! — скомандовал он.

Два собровца, оба на голову ниже и чуть ли не вдвое уже Слона, подняли последнего со щебенки, повели в беседку. Игорь Константинович с удовлетворением отметил, как Бугров шел — на негнущихся ногах, шаркающей походкой. Значит, удар в пах носком офицерского ботинка «высокая берца» оказался эффективным!

— Садись, Михаил Иннокентьевич!

Лагно достал пачку «Кэмел», протянул Слону.

— Кури!

— Спасибо, — хмыкнул тот. — Руки заняты.

— A-а, ну да… — полковник опять спрятал пачку в карман.

— А зачем же издеваться, начальник?

— Это я издеваюсь? — Лагно прищурил глаза. — Может, это я совершил налет на «Спецкабель», увез женщину? Я хотел ее изнасиловать, да?

— Может, и ты, — Слон пожал плечами. — Я почем знаю?

— Вот мы и выяснили, кто из нас издевается. Ну да ладно. Скажи-ка мне, братец Слон, что это за хитроумный приборчик у вас стоит на втором этаже?

— То не меня, то Студента надо спрашивать. Я в этой технике ни бум-бум. Вольная борьба, штанга — вот моя техника.

— A-а, ну конечно… В здоровом теле здоровый дух. Так сказать, нравственно напитанный. Ну а Студент — он кто? Мозг вашей компании? Родственник хозяина? А может, это бедняга, который подрабатывает у вас садовником? Стипендии-то в наше время только на «Сникерс» с «Тампаксом» хватает… И, кстати, где он сейчас?

— Кажись, родственник хозяина, — снова пожал плечами Слон. Он был абсолютно спокоен. — Кажись, подрабатывает садовником. А где он сейчас — кто его знает!..

— Что, приятель, уверен, что вытащат вашу кодлу? — озвучил полковник свою версию поразительной невозмутимости Бугрова.

— Аты сомневаешься, начальник? — усмехнулся Слон.

Лагно не ответил. Выйдя из беседки, подозвал Смольянинова.

— Володя, возьми Андрея, прошерстите домик. Особое внимание удели той комнате. Может, там еще что интересное завалялось. А потом «радиолу» через заднюю дверь погрузите в нашу «Волгу». Только тихо.

— Я понял, Игорь Константинович, — кивнул Смольянинов. — В «управу» повезем?

— Не-а, — по-ребячьи покачал головой Лагно. — На базу!

Володя заговорщицки улыбнулся и пошел исполнять указание.

— Товарищ полковник, будем грузить? — спросил Кулик, кивнув в сторону лежащих бандитов.

— Давайте! — махнул рукой Лагно. — Посади по бойцу за баранки их джипов.

— Естественно, — откликнулся Кулик и, понизив голос, поинтересовался: — Куда повезем, Игорь Константинович? К нам? К вам?

— Зачем, — пожал плечами Лагно. — Вся эта шарага, как я понял, официально — охранная структура коммерческой фирмы. Повезем в городское УВД. Сдадим вместе со стволами, нашими рапортами и заявлениями Плигина и потерпевшей. Пусть там протоколируют. «Вымогательство», «похищение человека», «покушение на изнасилование», «незаконное хранение и ношение оружия»… Статеек хватит!

… Солнце садилось. Из окон квартиры Виниченко открывался горизонт строго на западе. Он в данный момент являл собой длинную пурпурную полосу, поверх которой лежали слоями такие же длинные полосы перистых облаков.