Глорию Сен-Пьер Грац приговорили к году и одному дню, и она уже вот-вот должна была выйти на свободу, когда к ней в тюрьму заявился Джордж. Он хотел побеседовать с ней не просто потому, что она преступница, – интересен был тот факт, что у молодой женщины оказался поразительно высокий коэффициент интеллекта. Глория попросила Джорджа обращаться к ней по девичьей фамилии, которую она использовала в те дни, когда зарабатывала на жизнь экзотическими танцами.

– Так и не научилась откликаться на миссис Грац, – сообщила она. – Берни тут ни при чем, просто так и не научилась.

Так что Джордж называл ее мисс Сен-Пьер. Он беседовал с мисс Сен-Пьер через тюремную перегородку. В тюрьмах Джордж раньше никогда не бывал. Он уже записал в отрывной блокнот основные вехи биографии мисс Сен-Пьер и теперь перепроверял их.

– Итак, вы бросили школу в начале старших классов и сменили имя с Франсин Пефко на Глорию Сен-Пьер. Вы разорвали отношения с мистером Эф и устроились официанткой в автозакусочную неподалеку от Гэри. Там вы и познакомились с мистером Джи.

– С Арни Паппасом, – кивнула она.

– Хорошо, – сказал Джордж. – Арни Паппас – это мистер Джи. Кстати, автозакусочная пишется в одно слово или в два?

– Одно слово, два слова, да разве это вообще когда-нибудь писали на бумаге?

Мисс Сен-Пьер была девушкой миниатюрной – крошечная брюнетка, очень красивая, очень бледная и твердая как кремень. Ей было скучно с Джорджем и его вопросами. Она без конца зевала, даже не потрудившись прикрыть свой бархатный ротик, и ее насмешливые ответы сбивали Джорджа с толку.

– Умник из колледжа вроде вас из этого и десять слов составил бы, – сказала она.

Джордж пытался вести себя профессионально и продолжил деловым тоном:

– Итак, по какой причине вы так рано решили прекратить образование?

– Мой отец был пьяница, – ответила мисс Сен-Пьер. – Мачеха сбежала. Я уже выросла, выглядела на двадцать один. Я могла иметь все, что захочу. Арни Паппас подарил мне желтый «Бьюик». Кабриолет! Дорогуша, на кой мне сдались алгебра и «Айвенго»?

– Гм, – хмыкнул Джордж. – А потом появился мистер Эйч, и они с мистером Джи устроили из-за вас кулачный бой.

– На ножах, – поправила она. – Они бились на ножах. Стен Гарбо – так его звали. Зачем называть его мистером Эйч?

– Чтобы обеспечить конфиденциальность и защитить любого, о ком вы захотите мне рассказать, – пояснил Джордж.

Мисс Сен-Пьер расхохоталась и через перегородку принялась показывать на Джорджа пальцем.

– Ты? Ты собираешься защищать Стена Гарбо? Да ты бы сначала посмотрел на него!.. Ох, как я хочу, чтобы ты его увидел!

– Что ж, – пробормотал Джордж, – возможно, в один прекрасный день мы встретимся.

– Он мертв, – сообщила мисс Сен-Пьер.

Она не казалась расстроенной. Судя по всему, ей было вообще все равно.

– Очень жаль, – проговорил Джордж.

– Ты первый, кто сказал о нем такое, – усмехнулась мисс Сен-Пьер.

– В любом случае, – продолжал Джордж, сверяясь с записями, – когда он еще был среди живых, мистер Эйч предложил вам работу танцовщицы экзотических танцев в своем ночном клубе в Ист-Чикаго. И вы согласились.

Глория снова расхохоталась.

– Дорогуша, видел бы ты себя! Видел бы ты свое лицо. Ты же весь красный. А скривился так, будто у тебя лимон во рту! – Она тряхнула головой. – Ладно. Чем ты тут, по-твоему, занимаешься?

Джордж уже несколько раз объяснял ей и теперь вынужден был делать это снова.

– Я говорил вам, – терпеливо начал он. – Я изучаю социологию, а социология изучает человеческое общество.

Не стоило говорить ей, что на самом деле он сейчас проходит курс криминологии. Это могло обидеть ее. Да и вообще не стоило говорить мисс Сен-Пьер лишнего.

– Они и из людей умудрились науку сделать? Сумасшедшая, должно быть, наука получилась.

– Она еще в младенчестве, – сказал Джордж.

– Как и ты, – заметила Глория. – Тебе сколько лет, малец?

– Двадцать один, – нахмурился Джордж.

– Боже, двадцать один! И каково быть таким старым? – Она откинулась на спинку. – Мне двадцать один будет только в следующем марте. Знаешь, встречая людей вроде тебя, я понимаю, что в этой стране можно состариться и так ничего и не увидеть. С такими, как ты, никогда ничего не происходит.

– Я полтора года воевал в Корее, – сказал Джордж. – Так что со мной кое-что происходило.

– Я вот что тебе скажу, – продолжала Глория. – Я напишу книгу о твоих невероятных приключениях, а ты можешь написать о моих.

Джордж впал в замешательство, когда она достала из кармана огрызок карандаша и пустую пачку из-под сигарет. Глория разорвала пачку и расправила ее, чтобы получился листок бумаги.

– Чудненько, – сказала она. – Поехали, малыш. Мы назовем книгу «Захватывающая история мистера Зет» – чтобы защитить тебя. Вы ведь родились на ферме, мистер Зет?

– Прошу вас! – взмолился Джордж, который и правда родился на ферме.

– Я ответила на твои вопросы, теперь ты отвечай на мои. – Она нахмурилась. – Ваш адрес, мистер Зет?

Джордж пожал плечами и продиктовал свой адрес. Он жил в каморке над гаражом декана богословской школы.

– Род деятельности? Студент… – Она помедлила. – В одно слово или в два?

– В два, – сыронизировал Джордж.

– Сту дент, – проговорила Глория и записала. – А теперь давайте исследуем вашу личную жизнь, мистер Зет. Это ведь главная часть вашей науки, хоть она и в младенчестве. Пожалуйста, расскажите, сколько сердец вы успели разбить. Давайте начнем с мисс Эй.

Джордж закрыл блокнот и слабо улыбнулся.

– Вы очень добры, мисс Сен-Пьер, спасибо, что уделили мне время, – промолвил он и поднялся на ноги.

Глория одарила его ослепительной улыбкой.

– О, прошу тебя, присядь, – проворковала она. – Я вовсе не была добра – а вот ты был добр, хотя я говорила ужасные вещи. Пожалуйста… пожалуйста, сядь, и я отвечу на любые твои вопросы. На любые. Задай самый сложный, и я сделаю все что смогу. Разве у тебя нет по-настоящему сложного вопроса?

Джордж сглупил. Он расслабился и сел на место. У него был сложный и важный вопрос. Вся гордость куда-то испарилась, ему больше нечего было терять, – и Джордж прямо спросил:

– У вас очень высокий ай-кью, мисс Пьер. Почему девушка, которая настолько умна, выбрала такую жизнь?

– Кто сказал, что я умна?

– Вас обследовали, – сказал Джордж. – Ваш коэффициент интеллекта выше, чем у рядового врача.

– Рядовой врач, – хмыкнула Глория, – собственную задницу обеими руками не найдет.

– Это не совсем так… – начал Джордж.

– От докторов меня тошнит, – отрезала Глория. Она позволила Джорджу окончательно расслабиться, и тут вся ее доброжелательность испарилась. – Но еще больше меня тошнит от детишек из колледжа. Убирайся! Ты самый скучный болван из всех, кого я когда-либо встречала. – Она презрительно махнула рукой. – Проваливай! И скажи своему учителю, что я живу так, как мне нравится. Глядишь, сделают тебя спецом по таким, как я.

В вестибюле к Джорджу подошел злобный чернявый коротышка. Он посмотрел на Джорджа так, словно собирался убить на месте. Голос у него был как у грача. Коротышку звали Бернар Грац, и он бы мужем Глории.

– Ты там был с Глорией Сен-Пьер?! – рявкнул Грац.

– Верно, – вежливо ответил Джордж.

– Откуда ты взялся? Что тебе от нее нужно? Кто тебя прислал?

У Джорджа было рекомендательное письмо от профессора, который вел курс криминологии. Он протянул письмо Грацу. Тот скомкал его и отшвырнул.

– Плевать! Она не должна ни с кем говорить, кроме адвоката и меня. И она знает об этом!

– Она согласилась совершенно добровольно, – сообщил Джордж. – Никто не заставлял ее говорить со мной.

Грац вцепился в блокнот Джорджа.

– А ну-ка, что тут у тебя?

Джордж не выпускал блокнот. Кроме записей его беседы с Глорией, там были и лекции по другим предметам. Грацу все-таки удалось вырвать блокнот, и он сразу же принялся выдирать из него страницы и бросать в воздух. И тут Джордж поступил совсем не по-христиански – вырубил коротышку одним точным ударом.