Спустя двадцать минут неспешной ходьбы мы добрались до этой пафосной «Арены смерти».

Первое впечатление: разочарование. Ожидание — против реальности. Ожидал колизей, с трибунами с пафосной музыкой, герольда выкрикивающий имена бойцов. Букмекер с тотализатором в конце концов. Все брутально и пропитано смертью. В общем влажные фантазии человека, знающего об этой теме исключительно по кино и сериалам.

На практике же… Этакий стоунхендж посреди поля. На поле растет трава по колено, в траве бегают, какие-то маленькие зверьки. Вдалеке виднеется туман и очертания крупных деревьев.

Большая круглая площадка, выложенная из какого-то камня и окруженная тремя статуями: дракона, кирина и феникса. Всё! Больше ничего нет.

Ни трибун, ни простейших ларьков, ни хотя бы лоточников. Подходя поближе, я еще заметил яму, для останков проигравших. Это было видно по торчащим там, телам, конечностям и прочему ливеру.

И всем этим хозяйством заправлял один маленький сухонький низкорослый мужичок с лопатой.

— Побеждает Хань Укунь. Арена уходит на перерыв! — зычно заорал мужичок и стал собирать останки поверженного, перегружая их лопатой в чан на тележке.

Что удивительно, но арена сама впитала всю пролитую кровь.

Спустя некоторое время остатки поверженного были выброшены в яму.

— Арена открыта! — зычно проорал он.

Не так я себе это представлял…

— Вы двое! На арену! Со стороны статуи Феникса подошел молодой боец с ирокезом и без оружия. Со стороны статуи Кирина вышел лысый монах с посохом.

— Амитабха! — поклонился монах.

Второй боец презрительно сплюнул ему под ноги. Чем вызвал неудовольствие «„распорядителя“».

— Так секунду! — заорал мужичок, после чего быстро сбежал с арены.

— Начали!

— Чего это он? — спросил я.

— Формация у основания! — резюмировал Мо. — Новички! Только достигли уровня «Десятника», а уже в смертельный бой полезли. Одобряю!

— Дядя Мо, а что за «Десятник» такой? — спросил я.

— Это общепризнанный ранг культиваторов. Пришел с запада. Раньше были «Стадия очищения костей», «Потом стадия обретения духовного источника» и прочая долго выговариваемая муть, которую используют только древние пни. А теперь применяют простое деление: смертный, десятник, сотник, генерал, князь, монарх, император, боевой император и Святой. Ну и есть ещё один внеранговый. Животные, оборотни, иные и прочие «меньшинства» в этот ранг тоже включены.

— Какая политкорректность! — съязвило подсознание.

— И какая разница между ступенями? А как же пути? Физический, разума, духовный? — решил уточнить я.

— Один «десятник», грубо говоря уделает десять «смертных». Один «сотник» десять «десятников». — начал перечисление Мо.

— Понятно, а допустим сколько «десятников» уделает «генерал»? — решил уточнить я.

Математически десять сотников по десять десятников то выходит, что сто.

— Сколько угодно! — пришел ответ, — Единственное если только через формацию, да с нужным элементом, или ослабленного… — Мо задумался.

— Как же так? — удивился я.

— Ты чё блин, в рпг никогда не играл? — влезло подсознание.

— Хорошо понял. Пути на ранг то, как влияют? — спросил я.

— Да никак. Это критерий боевой мощи. Не пути развития.

— А как тогда понять, кто перед тобой? — решил уточнить я.

— Опыт! Если духовников можно худо-бедно определить по развитости источника и качества энергии, есть специальные техники… То с физиками можно попытаться определить на глаз, оценив физическую форму. Разумники в чистом виде бойцами не бывают, за редким исключением.

— В целом просто. А внеранговый тогда кто? — решил уточнить я.

— Кюнн Бьяо. Никто не может понять, он уже находится на пике святого или у него отдельная ступень выше святого. Поэтому и внеранговый.

— О! Злой рок кланов! — присоединился к беседе Усама, — Говорят это единственный человек на континенте, которого ненавидят сразу все великие кланы… и ничего не могут при этом сделать.

Мы прервались. Драка на арене пока мы разговаривали подошла к своему апогею.

— Ты вынудил меня использовать эту технику! — патетично орал боец с ирокезом, — Длань бога грома!

В воздухе начала материализовываться… гигантская ладошка. Размером с грузовик типа БелАЗ.

— Амитабха! Божественная духовная ладонь смирения Будды! — выдал монах и уже рядом с ним стала появляться не уступающая по размерам ладошка.

Я на всякий пожарный протер глаза. Это культиваторы так в «ладушки» играют?

Ладони полетели друг на друга.

— Вот сейчас будет противостояние! Ка-ме-ха-ме-ха! Чье кунг-фу круче, чья ладошка мозолистей! — ликовало подсознание.

Мо ударил себя правой рукой по лицу.

— Идиоты!

Ладони долетели друг до друга, и я ожидал громкого хлопка. И ударную волну.

Тем временем, ладони пролетели сквозь друг друга. И синхронно превратили в ошметки несчастных бойцов. Кровь, кишки и кости разлетелись по арене.

Мужичок с лопатой, видя это горестно вздохнул. Взял бак и привычно покатил его на арену.

— Ничья! Арена уходит на перерыв!

— А? — глубокомысленно выдал я.

— А? — поддержало меня подсознание.

— Какого? — удивленно сказал Усама.

— Я, конечно, не великий знаток духовных техник, но техники, построенные на элементах, которые не взаимодействуют между собой, также не будут взаимодействовать…

— Если пациентов после каждой техники, будет разрывать на такие ошметки, то из всех направлений медицины, я предлагаю начать с некромантии или становиться патологоанатомом! — прокомментировало ошметочный дождь подсознание.

— Пойдем домой! Нагулялся я сегодня! — резюмировал я, чувствуя неприятный запах крови.

— И как Вам арена? — по дороге спросил меня Усама.

— Отвратительно! Тотализатора нет! Юкси бы узнал, кинул бы кубик и если бы выпало больше десяти грязно бы ругался! Ритуальных услуг нет! Доставки раненого до госпиталя нет. Страховки нет. Инфраструктуры тоже нет. Одно сплошное уныние! Бойцы, какие-то вяленькие и слабые! — с каждым моим словом глаза Усамы наполнялись, каким-то алчным светом.

— Я понял молодой господин! — внезапно выдал он, на своей волне.

Я не придал этому большого значения, а зря. Ведь всю оставшуюся до ресторана дорогу, он меня буквально засыпал вопросами. И про ритуальные услуги, и про тотализатор, и про госпиталь…

Четверг. Вечер. Ресторан Могин.

Мо Ленг.

Вечером, Гин ушел к себе в комнату. Молодой господин не знал, но я поставил дополнительную формацию, конкретно на его комнату.

Наконец-таки мой стресс, копившийся так долго, покинет меня. Я помылся, надушился, одел свежую одежду, и стал ждать на первом этаже свой заказ. Четыре красавицы.

Сколько же я страдал! Это все Лисы с Феями виноваты! И нет бы обычные девушки, так нет же, главы кланов. Сколько я представлял, как затащу их обеих в караоке-рум…

Правда сделать я этого не мог. Во-первых, Гин бы остался без охраны, чего я допустить не могу, во-вторых, пусть девушки и согласны. Вот только в дело вступают местные обычаи. Увидел голую девушку — женись или умри.

Если использовал нефритовый жезл на порядочной клановой девушке, то бери на себя всю ответственность. Если обычная девушка — плати виру и забирай к себе наложницей. Вот только с главой клана такой номер не пройдет. И они об этом знают.

Если у тебя нет клана — то вступаешь к ним в клан. На что они меня и пытались подбить. В мире культиваторов действует правило — больше силы, больше спроса. И обратное правило. Еще больше силы — никакого спроса. Вот только до обратного правила добрался пока только господин Кюнн…

Проблема в том, что я не бесклановый, да и господин Кюнн сказал выполнять задачу инкогнито…

Что-то заказ опаздывает! — выглянул в окно, но никого не увидел.

Четверг. ночь. Возле ресторана Могин.