— Мы храним самые важные образцы из каждого слоя в этой куче, — сказал он, указывая на ряд каменных насыпей.

Он с любопытством следил за реакцией Боргорова. Несмотря на возражения Джозефа, он рассказал про существование двух видов муравьев, обнаруженных ими, увиденные дома, книги и картины в нижнем слое и столпотворения в верхних. Затем, ничего не объясняя, он дал Боргорову свое увеличительное стекло и сделал шаг назад.

Боргоров ходил взад-вперед вдоль кучи, поднимал образцы и щелкал языком.

— Более наглядного материала не найти, да? — спросил он в итоге.

Питер и Джозеф помотали головами.

— Понятно, дело было так, — он поднял образец, на котором была изображена смерть безклешневого муравья, боровшегося с бесчисленными воинами. — Были беззаконные муравьи, как вот этот в центре, капиталисты, которые эксплуатировали и нападали на рабочих, Беспощадное убийство, как мы можем здесь видеть, настигло его, — он положил грустный экспонат и взял дом, в который были втиснуты безклешневые муравьи. — А здесь у нас конспиративное собрание беззаконных муравьев, разрабатывающих план против рабочих. К счастью, — он показал на солдат-муравьев, стоящих за дверью, — их план был разрушен бдительными рабочими.

— Итак, — продолжил он свою яркую речь, выбрав для примера из следующего слоя собрание клешневых муравьев и дом одинокого муравья, — рабочие устраивают демократический митинг протеста и выгоняют своих угнетателей из общества. Свергнутые капиталисты, которым сохранена жизнь, благодаря простым милосердным людям, слабые и испорченные, не могут выжить без огромного числа рабов. Они могут только тратить впустую свое время на искусство. Они не смогли побороть свой характер и вымерли, — он махнул руками в воздухе, показывая, что закончил.

— Но порядок был обратный, — возразил Питер. — Цивилизация муравьев рухнула, когда некоторые муравьи стали растить клешни и собираться в стаи. Вы не можете спорить с геологией.

— Перестановка произошла в слоях известняка, некоторые верхние слои опустились вниз. Несомненно, — голос Боргорова звучал, как будто из-под льда. — У нас есть самое решающее доказательство — логика. Последовательность может быть только такой, как я ее описал. Здесь была перестановка. Не так ли? — спросил он, внимательно посмотрев на Джозефа.

— Точно, перестановка, — ответил Джозеф.

— Не так ли? — Боргоров повернулся к Питеру.

Питер тяжко выдохнул и смиренно сгорбился.

— Несомненно, товарищ, — он сконфуженно улыбнулся. — Несомненно, товарищ, — повторил он...

Эпилог

— Боже мой, как холодно! — воскликнул Питер, дернув на себя конец пилы и повернувшись спиной к сибирскому ветру.

— Работать, работать! — кричал охранник, настолько закутанный от холода, что был похож на узел со стираным бельем с автоматом наперевес.

— Ох, могло быть и хуже, гораздо хуже, — ответил Джозеф, который держал другой конец пилы. Он вытер свои замерзшие брови рукавом.

— Извини меня, Джозеф, что ты тоже сюда попал, — грустно сказал Питер. — Это я поднял голос на Боргорова, — он подул на руки. — Я думаю, поэтому мы здесь.

— Да все в порядке, — вздохнул Джозеф. — Надо перестать думать об этом. Перестать думать. Это единственный выход. Если бы мы не были предназначены для этого места, то нас бы здесь не было.

Питер нащупал кусочек известняка у себя в кармане. В нем был последний безклешневый муравей, окруженный кольцом убийц. Это была единственная окаменелость из шахты Боргорова, которая осталась на поверхности Земли. Боргоров заставил их написать отчет о муравьях так, как он это видел, закопал все окаменелости в бездонную яму и отправил Джозефа и Питера в Сибирь. Работа была закончена, придраться было не к чему.

Джозеф пнул кучу мусора и теперь пристально смотрел на голый кусок земли. Муравей украдкой вылез из норы и понес яйцо. Он побегал кругами как сумасшедший и затем скрылся обратно в темную крошечную дырку в земле.

— Изумительное согласие царит у муравьев, не так ли, Питер? — с завистью спросил Джозеф. — Хорошая жизнь, рациональная, простая. Инстинкты принимают все решения, — он чихнул. — Когда я умру, я думаю, что хочу родиться муравьем. Современным муравьем. Не муравьем-капиталистом, — быстро добавил он.

— А почему ты думаешь, что сейчас ты не муравей?

Джозеф не обратил внимания на насмешку.

— Люди могут многому научится у муравьев, Питер, мой мальчик.

— Они уже научились, Джозеф, уже, — устало ответил Питер. — Больше, чем они подозревают.

notes

Примечания

1

У насекомых — одна из пары ротовых приспособлений, используемых для размельчения и поглощения пищи.