— Здравствуйте. Давид Вениаминович, я пришла обсудить мое повышение! — вот так напористо, без прелюдий.

Лика закрывает нас на ключ, намекая на исход встречи. Если принять во внимание, что офис уже пустой, то это было лишним. В три шага она оказывается перед моим носом и, поставив ладони на стол, чуть наклоняется вперед. Смелый и соблазнительный вырез молочной, полупрозрачной блузы прибавляет сил и желания, которые почему-то раньше от меня скрывались. Пальцы покалывает от нетерпения, но я с интересом жду ее следующих действий.

— Я отдала семь лет общему делу! Именно мои идеи принесли вам успех, дополнительных клиентов и небывалую прибыль. И что же? Вчера я узнаю, что Вадим Александрович хвастается в курилке о скором повышении! — Лика продолжает нависать надо мной, дезориентируя видом своей прекрасной груди в ничего не прикрывающем темном бюстгальтере, который и без того виднелся сквозь ткань сорочки. Как правдоподобно она возмущается и пышет гневом.

— Анжелика Сергеевна, вы считаете, что в данной ситуации я не прав? — с вызовом приподнимаю брови, скрестив руки на груди, эта игра начинает мне нравиться. Продолжаю холодным тоном: — Не слишком ли много вы себе позволяете?

— Нет! Я не для того упорно работала, чтобы меня обскакал этот посредственный пройдоха!

— Вы же понимаете, что в нашей компании просто так ничего не бывает? Что вы готовы сделать ради повышения, Анжелика Сергеевна?

Без промедления она огибает стол и поворачивает кресло к себе. Любопытно, что она собирается делать в своей узкой, черной юбке, сковывающей активные движения? По мне, так в ней и просто ходить проблематично.

Стрельнув серыми глазами и немного подтянув ткань наверх, Лика элегантно опускается на колени между моих ног. Смышленая девочка без стеснения расстегивает ширинку и сразу принимается ласкать член. Не успеваю опомниться, как он уже в полной боевой готовности упирается в ее небо. Пошлые причмокивания красноречиво демонстрируют, что Лика получает не меньшее удовольствие от процесса.

— Люблю сообразительных подчиненных, — глажу по распущенным волосам, наслаждаясь ее действиями.

Лика отстраняется и продолжает ублажать меня иначе: короткими ноготками проводит по всей длине от основания до уздечки и обратно.

— Давид Вениаминович, я могу рассчитывать на особое отношение к себе? — мурлыкающие нотки в голосе плющат не меньше алкоголя. Она невинно взмахивает ресницами и поджимает порозовевшие губы. Еще чуть-чуть и я поверю в эту историю на самом деле.

— Анжелика Сергеевна, все зависит от того, чем закончится этот вечер. Останусь ли я полностью удовлетворен вашей работой с опытным экземпляром. Вы же понимаете о чем я?

— Конечно! Я очень постараюсь вас не разочаровать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Не успеваю следить за происходящим в зоне моей промежности, как ее влажный язык смачно облизывает головку, запуская в мозг команды определенного содержания. Она красиво насаживается своим порочным ротиком на мой стояк, прекрасно осознавая, как это выглядит и ощущается. Немного надавливаю на затылок, вынуждая ее заглотить сильнее, но при этом четко контролирую свою силу.

— О-о-о, Анжелика Сергеевна, ваши шансы на повышение определенно стали выше. Продолжайте работать в том же направлении, и место моего зама гарантированно будет вашим.

Небольшой кабинет по ощущениям становится еще меньше, воздух успел пропитаться похотью и вожделением.

— Голубушка, раздевайтесь, — откуда-то берутся силы, чтобы самому принять активное участие в организованном совращении начальника.

Лика быстро, но не забывая демонстрировать свои лучшие ракурсы, расстегивает и снимает юбку. Я думал на ней капроновые колготки, но это чулки, которые в комплекте с поясом и тонкими подвязками действуют не хуже красной тряпки на быка.

— Хм, что же делать с трусиками? — с любопытством жду продолжения.

Лика не спешит отвечать, пока избавляется от блузы. Теперь она кокетливо крутится и позволяет рассмотреть себя во всей красе, повергая в шок новым открытием: на ней не просто белье, а корсет из того же кружева, что и резинка чулков. Черный ансамбль подчеркивает аристократическую бледность нежной кожи. Сверху ткань еле-еле прикрывает затвердевшие соски, очертания которых легко различить через гипюр. Если бы не лямки, то молочная грудь уже бы давно оголилась. Талия красиво подчеркнута вертикальными строчками на изделии. Отдельное восхищение вызывают трусики из прозрачной сеточки. Они вроде бы и выбиваются из общей картины, но так подкупают своей откровенностью.

— Анжелика Сергеевна, с уверенностью могу назвать этот проект лучшим за все время вашей работы в моей компании.

Шумно сглатываю ком и будто прихожу в себя. Ее перфоманс напрочь задурил мозги, и я забыл, что собирался делать. Встаю и задвигаю кресло в угол. Придется воспользоваться его услугами за неимением диванчика. Пока освобождаю себя от резко ставшей ненужной одежды, отдаю следующую команды:

— Забирайтесь на кресло, спиной ко мне.

Эта невозможная зараза качает головой и не торопится подчиняться. Как в замедленной съемке она отсоединяет один за другим зажимы от чулков. Удерживая зрительный контакт, приспускает трусики до колен, а дальше они скатываются сами. Облизываю пересохшие губы и жду. Очевидно, что сегодня первая роль отнюдь не моя. Победоносно вышагивая на сумасшедших шпильках, Лика приближается вплотную ко мне:

— Туфли снимать? — томно шепчет на ухо, поглаживая щетину. От ее действий волосы приподнимаются на макушке, и мне не удается сдержать мучительный стон:

— Оставь… — сжимаю кулаки и останавливаю себя, чтобы не придушить ее на месте.

Похабно виляя бедрами, она все же залазит на это чертово кресло, выгибает спину и раздвигает колени, насколько позволяют подлокотники. Раскатываю презерватив по члену и прижимаюсь к Лике сзади:

— Стерва! — все же теряю контроль и выпадаю из игры. Хочу ее до боли в мышцах, до зубного скрежета, до потемнения в глазах… Жажду близости с ней ни с чем не сравнить и не измерить. Резким толчком заполняю ее полностью. Грубо хватаю за подбородок и разворачиваю голову к себе.

— Давид Вениаминович, я же ваша подчиненная, так докажите это, — лукаво улыбается.

Яростно впиваюсь в губы, одновременно с тем начиная двигаться внутри нее. Я очень постараюсь выбить из непокорной девчонки всю спесь. Пальцами свободной руки до боли сжимаю грудь, затем растираю соски. Лика довольно стонет в мой рот:

— Еще…

Обеими руками хватаюсь за ее талию, чтобы контролировать процесс. Вколачиваюсь в податливое тело девушки, которая с трудом цепляется за спинку кресла, чтобы удержаться. В какой-то момент я уже не трахаю ее, а натягиваю на свой член под скрип колесиков по линолеуму.

— Давид…

Она не продолжает, потому что мы оба все чувствуем. Правой ладонью спускаюсь к лобку и касаюсь мягкой кожи. Сжимаю промежность в тот самый момент, когда покидаю ее влагалище. Лика шумно вздыхает. Касаюсь затвердевшей горошины и одновременно с тем совершаю мощный толчок. Она особенно любит контраст нежных ласк клитора и грубого секса. В считанные секунды Лика достигает оргазма, оповещая меня громким возгласом. Эта картина приближает меня самого к пику. Несколько фрикций и я кончаю, накрыв ослабевшее тело Лики собой. От переизбытка ощущений временно теряю контроль, растворяясь в ней, вдыхая аромат ее удовлетворения. Эта стерва — лучшее, что случалось со мной…

Мы по очереди сбегаем в туалетную комнату, чтобы привести себя в порядок. Мне определенно нужна была эта разрядка, мозг будто стал яснее.

— Давид Вениаминович, я точно получу это место? — Лика заправляет сорочку в юбку, нарочно скрывая лицо за волосами. Даже гадать не надо, она точно сейчас довольно улыбается.

— Ну, Вадим Александрович вряд ли сможет привести аргументы, которые будут весомее ваших, Анжелика Сергеевна…