В этот же период, по-видимому, начал создаваться общегосударственный пантеон{39}. Вопреки распространенному мнению нельзя сказать, что мы достаточно хорошо ориентируемся в истории месопотамской религии. Исследования последних лет, правда, расширили наши представления в этой области, и психология древних жителей Месопотамии стала понятнее современному человеку. И все же мы, как и прежде, мало знаем о сложном процессе мышления, породившего богов с определенными атрибутами и функциями.
Иррациональный мир шумеров населяло множество богов и духов, добрых и злых. Первоначально у каждой общины было свое женское или мужское божество-покровитель, олицетворявшее чаще всего плодотворящую силу и бессмертие природы. Со временем, особенно на этапе урбанизации, эти представления усложнились, а мир богов в отдельных городах стал более конкретным и своеобразным. У каждого человека был свой добрый дух, оберегавший его от злых демонов.
В представлении шумеров подземное царство было организовано по образцу города-государства. В нем властвовали бог Нергаль со своей супругой Эрешкигаль и совет богов-анунаков. На небе же владычествовал великий совет богов игигов, среди которых главенствовал бог земли и воздуха Энлиль, главным центром культа которого был город Ниппур. Энлиль являлся владыкой богов и покровителем царской власти. Столь же могущественными были два других бога: бог неба Ан, покровитель Урука, и бог пресной воды и мирового океана Энки, благожелательный к людям бог мудрости, почитавшийся прежде всего в Эреду. Жители Ура чтили бога луны Нанну (или Зуэна); покровителем Ларсы и Сиппара считался бог солнца Уту, а богом-покровителем Лагаша — Ниннгирсу, воинственный сын бога Энлиля. Его главный храм находился в Нгирсу.
Аккадцы почти полностью восприняли религиозные представления шумеров. Более того, создается впечатление, что столетия близкого соседства и сосуществования привели к тому, что семиты приняли участие в создании религиозных верований, которые мы сейчас называем шумерскими. Во всяком случае, боги, хоть они и выступали под разными именами, были у них одни и те же. Аккадцы, однако, внесли в религиозные представления шумеров некоторые новые элементы. Немалую роль в этом сыграла Энхедуанна, дочь Саргона и жрица бога Нанны из Ура. Это она сочинила гимн о возвышении Инаны, ставшей богиней неба, и канон религиозных гимнов, представлявших собой совершенно новый жанр в литературе III тысячелетия до н. э.
Культ шумерской богини Инаны засвидетельствован уже в Раннеисторический период в Эанне. В соответствии с различными мифологическими традициями Инана выступала то как дочь Энлиля, то как дочь Нанны или Ана. В аккадские времена она вместе с Аном стала владычицей неба. Ее аккадское имя, Иштар, во всей культуре Западной Азии стало синонимом понятия «богиня» с очень широким кругом функций, среди которых важнейшими были три: она была богиней любви и плодородия; в совете богов ей принадлежало последнее слово при решении вопроса о воине и мире, и с помощью божественного оружия она давала людям возможность одерживать победы; отождествленная с планетой Венерой, Иштар являлась владычицей божественного порядка на небе.
Тот факт, что Инана-Иштар стала владычицей неба, возможно, и побудил Саргона избрать ее своей покровительницей. Хотя не исключены и другие причины возвышения этой богини. Коль скоро Саргон был любимцем Инаны-Иштар, ее следовало наделить такими полномочиями и поставить в такое положение по отношению к другим богам, какое желал занять в государстве Саргон, который, таким образом, оказывался земным аналогом богини неба. Вообще, роль, которую Саргон отводил идеологии, была очень велика; это подтверждается тем обстоятельством, что в идеологическом обосновании власти Саргона принимала участие его дочь.
Аналогичные тенденции прослеживаются в развитии культа бога Шамаша (Уту), великого воина, отца Правды и Справедливости. Уже много лет назад Л. Матоуш обратил внимание на то, что особое значение этого культа в аккадские времена было прямым следствием борьбы с пережитками патриархального уклада за установление полного единовластия.
О том же свидетельствует «сборник» гимнов, составленный Энхедуанной. В него вошли гимны, обращенные к 42 божествам, почитавшимся в 42 храмах, расположенных в 38 городах — от Эреду до Сиппара, от Аккада до Эшнуны. Сборник представлял собой попытку собрать воедино всех шумерских богов, что должно было соответствовать объединению шумерских городов в единый государственный организм[18]. В той географической среде, при том уровне производительных сил, какой имел место в середине III тысячелетия до н. э., экономических предпосылок для объединенной монархии не было. Поэтому так важен был идеологический фактор.
Не приходится удивляться, что то в одном, то в другом месте вспыхивали бунты. Это происходило уже при Саргоне, но особенно тяжелым стало положение при его значительно более слабых преемниках. Вновь укрепить царскую власть удалось только внуку Саргона, Нарам-Суэну (около 2291–2255). Нарам-Суэн первый в истории Месопотамии стал употреблять божественные эпитеты применительно к своей особе, кроме того, он присвоил себе титул «царя четырех стран света».
Государство Нарам-Суэна, упрочившего завоевания Саргона, простиралось от Мари до Мехрана в Юго-Западном Иране. Тем не менее ему приходилось, по-видимому, серьезно считаться с соперничеством Элама, хотя его правитель — Хита формально числился вассалом Аккада. Это подтверждает древнейший из всех известных до сих пор трактатов — «международный» договор о дружбе и взаимопомощи, заключенный Аккадом и Эламом и являющийся самым древним из дошедших до нас исторических памятников Элама. Написанный эламской клинописью, он весьма труден для понимания, но ясно, что подписавшие его лица были равноправными партнерами{40}. Очевидно, Нарам-Суэн хотел обеспечить лояльность и помощь Элама Аккаду в борьбе с горными племенами, постоянно угрожавшими его восточным границам. Благодаря соглашению с Эламом ему удалось одержать победу над лулубеями, но борьба с кутиями оказалась безуспешной.
Таким образом, царская титулатура неточно отражала реальное положение вещей, но содержала политическую программу. Чтобы убедиться в этом, достаточно внимательно приглядеться к внутреннему положению государства, где одновременно с усилением централизации росла и оппозиция по отношению к царской власти, о чем говорят, например, отдельные части «Поэмы о Гильгамеше»{41}. Было бы ошибочно видеть в основе этого конфликта этническую рознь. Существо противоречий состояло в том, что отмирающие элементы родового строя не желали уходить со сцены. А представлены они были в равной мере как шумерами, так и семитами.
Борьба старого с новым внутри страны ослабила Аккадскую монархию. Последний удар нанесли кутии (около 2200 г.), захватившие северную часть Аккада и утвердившиеся там почти на целое столетие.
Период господства кутиев представляет одну из так называемых темных эпох в историографии, поскольку немногочисленные надписи кутиев, составленные по-аккадски, вносят мало ясности в этот вопрос. Известно, что в представлении последующих поколений кутии были разнузданными завоевателями, вызвавшими хаос и разрушения. И действительно, при кутиях много городов (в частности, Ур и Урук) превратилось в руины. К сожалению, мы не имеем достаточного материала, чтобы судить об истинных причинах катастрофы.
Историк снова становится на твердую почву письменных документов, относящихся лишь к середине XXII столетия до н. э. Эти документы обнаружены в Лагаше, в архиве его столицы Нгирсу. В тот период государство Лагаш занимало площадь около 1600 кв. км. На этой территории располагались три «больших города» — Лагаш, Нгирсу, Нина-Сираран и 131 небольшой населенный пункт. Эти цифры сами по себе уже дают представление о структуре города-государства в конце III тысячелетия до н. э.
Происхождение II династии Лагаша (около 2163 г. до н. э.) пока остается неясным; много документов сохранилось лишь от времени царствования Гудёа (около-2144) и его преемников. Власть правителя не была наследственной, хотя и случалось, что трон переходил от отца к сыну. Здесь, возможно, имеет место следование традиции аккадских царей, хотя формой политической организации вновь стал город-государство шумерского типа. Вновь начал широко употребляться шумерский язык, а в искусстве опять утвердился стиль Раннединастического периода.
