Ленар вздохнул, опустил голову, блуждая безразличным взглядом по своим босым ступням. Их сковал холод от деревянного пола, но ему было плевать. Единственное, что мужчину волновало — возлюбленная, прикованная цепями в холодной сырой камере вместе с этим отродьем Хаоса! Девушка говорила, он ее любит и не причинит вреда, но Ленар не верил. Он весь день надоедал Ниаллу, обивал пороги, слонялся за ним, как щенок. Повелитель был непреклонен, но в холодных лазурных глазах, спрятанное за маску безразличия сияло сожаление. Ленар его разглядел, принял к сведению и хлопнул дверью спальни Селены. Он до конца надеялся, Ниалл не сделает ей больно. Побесится и отпустит. Вот только прошло уже более двенадцати часов, а Селена так и не появилась. Мужчина уперся руками о деревянный подоконник и опустил голову еще ниже. Волосы кудрявыми змейками прикрыли фиолетовые синяки под глазами и бледные сухие губы, неприятно щекоча скулы.

Он скучал. Так сильно скучал, что сжималось сердце, скрытое под ребрами. Он полюбил ее с первого взгляда, думал, это просто желание, оно пройдет. Но нет, спустя годы его душа взмывала ввысь, когда она бросала на него нежный взгляд, или когда заправляла за ухо его русые кудри, а уж когда целовала, он считал себя самым счастливым мужчиной на земле. Ленар бы отдал все на свете, лишь бы ее больше не касался гнев Повелителя, которого, временами, она и сама была не прочь спровоцировать своими необдуманными поступками. Он даже хотел предложить Селене сбежать, но мысль бросить Ниалла приводила Ленара в ужас. Он его учитель, наставник, лучший друг. Нет, он так не поступит.

Они познакомились за пять лет до того, как Ниаллу понадобился советник и он устроил жесткий отбор среди магов. В тот день было жарко. Знойный майский воздух разрезал сочный аромат сирени и цветущих яблонь. Ленар неспешно прогуливался по поляне Долины Грехов, что находится рядом с деревней Порядка, где пройдя по мосту через реку Равновесия можно было попасть в город Дэрлай.

Долина была сплошь усеяна цветами. Это был гибискус. Разнообразные: от розовых до лавандовых, они радовали глаза и ненавязчиво врывались в легкие нежным приятным ароматом. Гибискус в переводе с языка Богов означает смерть. И название долины отражает смысл цветов, ведь грехи — прямой путь к смерти.

Мужчина сорвал сочный малиновый бутон и поднес его к носу, когда в затылке разлилась сильная боль, а по шее потекла горячая струйка крови. Он дотронулся ладонью до головы и пальцы окрасило в вишневый. Обернувшись, Ленар увидел ухмыляющегося парня. Его звали Брендон — сын мужчины, чью семью разрушила мать самого Ленара. Тот был магом Света, не шибко выдающимся, а потому он знал, что магией не одолеет сильного «соперника». На ладони он подбрасывал крупный камень. Прищурив карие глаза, он целился, чтобы нанести удар вновь. Только в этот раз Ленар закрылся щитом и камень разрушился, превратившись в пыль.

— Только и можешь, что применять свои магические штучки, слабак! — выплюнул Брендон и тряхнул кудрявыми черными волосами.

— А ты только и можешь, что нападать исподтишка! — парировал Ленар.

Брендон оторвался от дерева, к которому прижимался плечом, и сделал шаги по направлению к парню. Тот стоял на месте, только едва склонил голову. Пухлые губы Брендона скривились, когда он подошел почти вплотную.

— Такой же мерзкий, как твоя мать! — рыкнул он. — И воняешь, словно девчонка. Я не дам твоей матери родить от моего отца такое же отродье, как ты!

Ленар втянул воздух сквозь плотно сжатые зубы, сжал руки в кулаки и процедил:

— Тронешь ее, и тебе не жить.

Брендон рассмеялся, наклонился, вглядываясь в распахнутые изумрудные глаза, искрящиеся ненавистью, и прошипел:

— Ты слабак, магия тебе не поможет, когда я всажу ей нож в живот по самую рукоятку.

Ленар сглотнул. Следующее мгновение превратилось в тягучую массу, все вокруг замерло, словно в замедленной съемке. Не пели птицы, не стрекотали насекомые, не дышал Ленар. Он замахнулся и мгновенную тишину разразил звонкий удар пощечины. Голова Брендона дернулась, он выдохнул и в следующее мгновение его лицо изменилось, взгляд превратился в звериный. Невесть откуда взявшийся нож в ладони недобро сверкнул под направленными на него яркими лучами майского солнца, рукоятка взметнулась вверх. Ленар успел среагировать и острие врезалось в преграду. Щит Порядка мерцал серебристыми искрами, в воздухе витал аромат орхидей.

— Я никогда не прощу твою мать за то, что та разрушила мою семью! — рыкнул Брендон.

Он сунул руку в карман брюк, а затем взмахнул ею и Ленар рухнул на землю. Хрустнули под тяжестью тела стебли гибискуса, брызнул сок, окропив пыльную землю, словно слезами. Слезоточивая пыльца осела на его лицо, жгла глаза, губы, горло, не давала сделать и вдоха. Ленар рычал от боли, магия отказывалась слушаться, зрение пропало, превращая все вокруг в непроглядную тьму. Брендон заливисто рассмеялся, облизнул острие ножа, схватил парня за шкирку и прошептал:

— Будет больно, брат!

Острие ножа взметнулось ввысь, а затем на запястье легли цепкие чужие пальцы. Брендон удивленно повернул голову и глаза его распахнулись от удивления. Рядом с ним стоял он — Бог Света во всем своем величии. Его мускулистое тело обтягивал тренировочный костюм, белоснежные волосы заплетены в множество тугих кос, красивые длинные пальцы обрамляло разнообразие серебряных колец, соединявшихся между собой тонкой цепью. Он растянул коралловые губы в недоброй улыбке, сверкнув лазурными глазами. Брендон стоял как вкопанный, боялся пошевелиться, пока пальцы Ниалла не сжались сильнее, вынуждая того зашипеть от боли и выронить нож. Бог брезгливо откинул его носком сапога и сказал:

— Я раздроблю твой череп одной рукой, если ты еще раз тронешь его. Самоутверждаешься за счет других? Выглядишь жалко.

— Повелитель, пощадите! Я больше не подойду к нему, обещаю! — захныкал Брендон.

Ниалл брезгливо отбросил его руку и парень, не удержавшись, приземлился спиной на пыльную землю. Попятившись, он вскочил на ноги и умчался прочь. Ниалл проводил его презрительным взглядом, а потом повернулся к Ленару. Тот стоял на коленях, прижимая к обожженным глазам руки. Вдруг он прошептал:

— Вы правда Повелитель Света?

— Верно, — отозвался Бог.

Ленар кое-как поднялся, попытался поклониться, но голова сильно кружилась. Он потерял равновесие и упал бы, если бы Ниалл вовремя не схватил того за плечо, вынуждая сесть на траву. На пальцах Бога заискрилась золотая пыльца. Он едва махнул ими и с кончиков сорвалась магия, покрывая лицо Ленара, создавая вокруг него солнечный ореол. Раны заживали, от ожогов не осталось и следа, а когда тот распахнул изумрудный взгляд, перед ним прямо на земле сидел Повелитель Света и задумчивым взглядом рассматривал парня.

— Благодарю, Повелитель! — воскликнул Ленар, вставая на колени и складывая руки в молитвенном жесте. Он собирался отблагодарить Бога клятвой, но тот хлопнул его по запястью и сказал:

— Не смей сдаваться, мальчик, всегда будь сильным перед такими слабаками! Я научу тебя, если захочешь служить мне.

И Ленар захотел. Он усердно учился, тренировался в магии, побеждал в различных конкурсах, опережал практически каждого. Он пытался выбить себе место при дворе Повелителя Света. И у него получилось. Пройдя жесткий отбор в советники, мужчина преклонил перед Ниаллом колено. Тот впервые ласково улыбнулся подчиненному, узнавая в нем когда-то спасенного мальчишку.

— Повелитель все еще хочет научить меня быть сильным? — спросил Ленар.

Ниалл не ответил. Взмахнув рукой, в мужчину выстрелили сотни ярких вспышек света, которые по пути превратились в рой огненных пчел. Заклинание не серьезное, но покалечить могло. Ленар щелкнул пальцами и магия Бога превратилась в пыль, встретившись с преградой. Они даже не долетели до мужчины, рассыпались почти мгновенно. Ниалл удивленно приподнял брови, расплывшись в улыбке.

— Добро пожаловать в мой замок, Ленар! — почтительно кивнул головой Бог.