И начался ад. Последствие моего вранья. А точнее награда за это фальшивое счастье. Суды длились долго, очень долго. Когда все прошло, жизнь стала потихоньку приходить в нормально состояние, то Марат стал показывать свое истинное обличие. Я поняла, что стала для него лишь способом добиться желаемого. Именно я и ребенок помог ему избавиться от оков брака. И в новый он вступать не спешил. Я уже была на последнем месяце беременности и увидела воочию его перемены. Это не мог не увидеть даже слепой. Изначально Марат был безумно рад моему появлению в доме, говорил о — нашем — ребенке, светлом будущем. А потом все резко поменялось. Его отношение ко мне изменилось в худшую сторону.

Марат часто приходил домой выпивший. Про ребенка даже не интересовался. Не интересовался моим самочувствием. Просто, казалось, перестал замечать меня в своей новой свободной жизни. Когда я пыталась с ним поговорить, выяснить, что происходит, он кидал такие обидные фразы в мою сторону... После которых, я часто задумывалась, а правильно ли я поступила.

— Ты живешь здесь, в моем доме, ни в чем не нуждаешься. Остальное не твоя забота — часто отвечал мне он.

Остальное не твоя забота, его фраза, касалась всего. Того, что он часто не ночевал дома, пропадал на своей работе, а иногда ложился в постель пропитанный духами чужой женщины. Я старалась не обращать на это внимание. Полностью погрузилась в свое беременное состояние. Следила за здравьем, питанием, ходила на каждый осмотр и радовалась картинкам на УЗИ. Сама. Без участия Марата.

У нас родилась девочка. Я назвала ее София. Сонечка... Мой любимый ангел с такими же зелеными глазами, — елочками —, как у Ильи... Она безумно на него была похожей. Но это заметила только я. Марат же радовался недолго. После выписки, немного подержал ее на руках, потом ушел в клуб, якобы отметить это радостное событие. Опять же без меня.

Я стала привыкать к такому состоянию. Вечному одиночеству. Но теперь я уже была не одна. Рядом была Сонечка, которая, как лучик солнца, освещала мою темную жизнь. Ради нее я и жила. Терпела все выходки Марата. Его безразличие и безучастность в нашей жизни.

****

Мне казалось, что не было никакого просвета. Я жила в аду. Иногда посещали безумные мысли поставить точку бессмысленным отношениям с Маратом и уехать. Только куда поеду с маленьким ребенком? Ритка больше не поможет, да и желания у нее помогать мне не было. Она завидовала мне черной завистью, потому что в своей жизни ничего не клеилось. — Подруга — меняла кавалеров, как перчатки, искала новый источник материального положения, так как старый ее бросил. А со мной даже не общалась. Изредка звонила, чтобы еще раз позавидовать моей безбедной жизни. Только тут нечему было завидовать. Никакие деньги не заменят тихого счастья, о котором я всегда мечтала. А счастья никакого и не было. Все те обещания, которые мне давал когда-то Марат, все исчезло. Он говорил, что я его единственная любовь всей жизни, что он будет носить меня на руках и любить — нашего — ребенка. Будет свадьба, и мы будем счастливы. В итоге, мы были не женаты, слова о грандиозной свадьбе оказались ложью, а любовь мигом испарилась. И я была глубоко несчастным человеком. Сама же своей ложью загнала себя в клетку, из которой не могла выбраться. Расплата. Она такая.

Сонечке было два месяца, когда одним пасмурным утром Марат вошел в дом не один. Я сидела в гостиной с Соней. Она беззаботно лежала на бархатном сером диване и рассматривала желтую погремушку, которую показывала ей мама. Я услышала звук входной двери и через минуту вошел Марат с какой-то молодой девушкой. По виду ей не было и двадцати. Лет восемнадцать, может и меньше. Скромная девчушка, которая чем-то напоминала когда-то меня, как только мы с ним встретились в отеле.

— Познакомься, это Яна, няня для нашей Сони — наигранно милым тоном познакомил нас Марат.

— Очень приятно — отозвалась тихим детским голосочком девушка. Я напряглась всем телом.

— А это Саша, моя... мама нашей дочери — поправил себя Марат.

— Александра Васильевна — так же поправила его я.

— Покажешь ей все, мне тут поработать надо в кабинете

Марат хотел уйти, но мне нужны были объяснения его поступку. Я положила Соню в колыбель и пошла вслед за ним в кабинет.

— Марат, какая еще няня? Зачем она нам? — спросила я. Марат спокойно сел за дубовый стол, где у него располагался рабочий ноутбук.

— Она будет тебе помогать — коротко бросил он.

— Мне казалось я хорошо справляюсь со своими обязанностями или тебя что-то не устраивает?

— Устраивает. Просто тебе нужен отдых. Сходи по магазинам, на шопинг, что вы еще там женщины любите? Разве тебе не хочется отдохнуть?

— От чего? С ребенком я справляюсь, по дому все делает домработница, которая даже к плите меня не подпускает, от чего я устала?

— От самой себя не устала? Ты посмотри на себя? Сходи в салон красоты, наведи порядок, а то смотреть страшно. У тебя есть моя карта, вот и иди отдохни

Мне стало так обидно. А раньше его все устраивало... Он говорил, что я самая красивая девушка на земле, а сейчас его не устраивает мой внешний вид. Я так разозлилась. Молча взяла карту и вышла из кабинета. Раз так. Хорошо, я буду тратить его деньги на себя в отместку. Потрачу всю его карточку! Хоть как-то выведу его на эмоции. Не важно пусть даже отрицательные, но он хотя бы так меня заметит. Его равнодушие меня достало. Эмоциональный импотент!

Няню мне пришлось оставить. Да и не я принимала решения в этом доме. Она особо мне и не помогала. Все крутилась около моего... мужа? Да, не мужа, но он все же жил со мной или я с ним жила неважно. Он сам взял на себя такую ответственность за меня и ребенка, поэтому должен уважать и считаться со мной. Я стала выражать недовольство по поводу того, что эта Яна проводит с ним большее время, чем со мной. Но он так же был холоден и без эмоционален.

В каждый такой молчаливый — ответ — в мою сторону я злилась и делала как он же сам мне и посоветовал. Тратила его деньги на себя. На дорогие украшения, салоны красоты, брендовые одежды. Купила дорогую шубу белого цвета. Выглядела, как жена олигарха. Только он по-прежнему оставался безразличен ко мне. От переизбытка денег, мои растраты он не замечал, даже если бы я купила себе яхту или ламборгини под цвет своих туфель, Марат бы не заметил этого. Вскоре я поняла причину.

Соня не спала всю ночь. В три месяца у нас начались колики. Поздно и болезненно. Яна приходила только утром. Я хотела отдохнуть и поспать часочек, поэтому решила заставить ее приступить к своим прямым обязанностям, которые она выполняла неохотно. Часы показывали десять. Соня снова проснулась и капризничала. Я ее укачала и положила в колыбель. Как только она успокоилась пошла вниз со второго этажа на первый, что разыскать няню. Как только я спустилась на три ступеньки, то услышала тихий голос Марата и Яны. Я спустилась еще на ступеньки, чтобы слышать незаметно их разговор.

— А если твоя жена узнает о нас, ну, Марат, перестань

Марат судя по всему держал ее в своих объятиях, а она опасливо пыталась сопротивляться.

— Ничего она не узнает. Тем более она не жена. Потерпи еще немного, милаха, и мы будем вместе. Тем более я просто потерял от тебя голову, ты такая красивая, и никогда не встречал такой девушки, как ты!

Он мне изменяет?!

В моей голове будто прогремел выстрел от ружья, направленного в мой висок. Изменяет... С этой няней. Вот почему он с ней так носился. Марат изменяет мне? И эта фраза:

— Я никогда не встречал такой девушки, как ты...

Он говорил это и мне. Выходит, это все ложь? Его чувства, признания в любви. Теперь он говорит это ей... Этого не бывать!

Я еле как сдержала себя, что не накинуться на них обоих в эту же секунду. Нужна трезвая голова и холодный расчет. Я никогда не потреплю предательство в свою сторону!

На следующий день Марат был на работе, а Яна поднялась ко мне в комнату, чтобы помочь с Соней. Я была в своей спальне, одетая в шелковый халат, перед зеркалом. Как только она вошла и мило поздоровалась я тут же решила поставить все точки на — и