Карус посмотрел на меня.

— Отмени заклинание, — произнёс он.

— Нет, — прохрипел я, сплёвывая кровь. — Она… умрёт.

Дракон сузил глаза.

— Я сказал, отмени.

Я не собирался отступать, и тогда он сделал едва заметный жест рукой.

Это было похоже на то, как если бы кто-то просто перерезал канат. Моё заклинание было просто стёрто.

Элеонора рухнула на брусчатку, похожая на обтянутый кожей скелет. Она была жива, но едва-едва. Её шкала жизни была почти на нуле.

— Кха-кха… — закашлялась она, пытаясь ползти к ногам Блэка.

— Спасибо… — просипела она, кланяясь сначала Блэку, а потом, с ещё большим подобострастием, дракону. — Спасибо, Карус…

Но дракон даже не посмотрел на неё и перевёл тяжёлый взгляд на Блэка.

— Граф, какого хрена ты себе позволяешь? Сначала ты покидаешь совет, на котором я довожу условия вестников… Я думал, что произошло что-то серьёзное, но что я вижу? Что ТЫ нарушаешь ДОГОВОР!

— Я предотвращал потерю ценного боевого актива, Карус. Они убили Каспара и пытались добить Элеонору. Я действовал в интересах коалиции.

— Да? — изогнул бровь Карус. — А вот Сильра говорит, что честнее и справедливее Аресов, люди ей ещё не попадались. Не объяснишь почему?

— Они нужны на стене! — огрызнулся Блэк. — Ты знаешь ситуацию не хуже меня!

— Знаю, — кивнул дракон. — Именно поэтому я здесь.

Он повернулся к Сильре.

— Забирай этих двоих, — он кивнул на меня и поднимающегося из обломков Мишеля. Затем он посмотрел на Блэка и скорчившуюся у его ног вампиршу. — А вы… со мной.

— Давно не виделись, Мишель, — произнесла Сильра, накладывая на него чары очищения.

Она перевела взгляд на меня. Её золотистые глаза с вертикальным зрачком скользнули по мне, словно сканируя саму душу.

— О, поздравляю, молодой Арес. Ранг «A»! — в её голосе звучала смесь удивления и одобрения. — Растешь не по дням, а по часам.

— Сильра, какого хрена здесь происходит? — прохрипел я, всё ещё сжимая в руке косу.

Краем глаза я заметил движение. Метрах в трехстах от нас, из-за угла уцелевшего здания, вылетели всадники. Во главе, прижавшись к шее коня, скакал Сэмюель. Он увидел нас, и собирался нестись к нам.

— Назад! — я резко вскинул руку, усилив магией голос и посылая ему сигнал «стоп».

Сэм натянул поводья. И остался стоять на месте вместе с полусотней гвардейцев.

Тем временем Мишель объяснял Сильре ситуацию.

— … потом Блэк просто разорвал пространство, — закончил брат. — Атаковал нас, защищая эту тварь. А потом появились вы.

Сильра внимательно слушала, не перебивая. Затем она перевела взгляд на Каруса. Драконша приложила пальцы к вискам, и я почувствовал тонкое, едва уловимое энергетическое возмущение, и такое же марево исказило воздух вокруг головы Каруса.

— Что это было? — насторожился Мишель.

— Ментальная связь, — пояснила Сильра, опуская руки. — Я передала Карусу всё, что ты сказал. Слово в слово.

— Что вообще происходит, Сильра? — я шагнул к ней, игнорируя боль во всем теле.

Драконша смерила меня долгим взглядом.

— Если кратко, Андер… Блэк в панике. Он знает, что мы, драконы, покидаем Грею. И он пытается подготовиться к этому, собирая под свои знамена всех, кто имеет силу не меньше «S» ранга. Он готов прощать всё и всем, лишь бы сохранить боевые единицы. Для него эта вампирша не убийца, а живое оружие против вестников смерти.

— Стоп, — до меня начал доходить смысл происходящего. — Так вы… вы на нашей стороне?

Сильра усмехнулась, и в этой улыбке промелькнул оскал хищника.

— Андер, — произнесла она мягко, но в голосе звенела сталь, — мы — драконы, мы стоим над всеми «сильнейшими» мира сего. И наша задача — не позволять творить беспредел, пока мы ещё здесь.

— Ты про Договор Сильнейших? — уточнил я.

— Именно. Он написан не для того, чтобы сильные могли безнаказанно убивать разумных тысячами. Будь так, войны бы заканчивались в одночасье. И тот мир, который вы знаете, изменился за несколько лет до неузнаваемости.

— Допустим, — кивнул я. — Но я не могу понять, почему «S» ранговый Варис, Каспар и Элеонара напали на нас? Разве этот договор не должен защищать нас?

Сильра опустила взгляд.

— В вашем случае договор на вашей стороне. Они не имели права нападать на вас. Как и пробовать похитить детей рода Арес.

— И что их ждёт? — спросил Мишель.

— По идее, Карус мог бы оставить этот вопрос на ваше усмотрение. Так что…

В этот момент полог тишины растаял. К нам приближался Карус. Рядом с ним, мрачнее тучи, шагал граф Блэк. Элеонора, пошатываясь и держась за бок, плелась позади, не смея поднять глаз.

Карус остановился в двух шагах от меня.

— Какую виру род Арес хочет за Элеонору и Вариса? — спросил он.

Блэк дернулся, собираясь что-то сказать, но одного взгляда Каруса хватило, чтобы граф захлопнул рот.

Я посмотрел на Элеонору.

— Их смерть, — ответил я, глядя прямо в глаза дракону.

Повисла тишина. Блэк побагровел.

— Ты с ума сошел, мальчишка⁈ — взорвался он. — Это два мага «S» ранга! Ты понимаешь…

— Ты слышал его, Блэк, — перебил его дракон. — И я намерен согласиться с ним.

Услышанное меня сильно удивило. И, признаться, порадовало. Я не был близко знаком с Карусом, но, судя по всему, справедливость для него была не пустым звуком.

— Но, Карус! — Блэк шагнул к дракону.

Дракон медленно повернул голову к графу.

— Варис пролил кровь члена их рода, — начал перечислять Карус, загибая пальцы. — Пытался похитить детей — наследников рода. Пытался похитить накопитель архила. И она, — он указал подбородком на Элеонору, которая сжалась в комок, — знала об этом. Она принимала решение о нападении на Арес. Скажи мне, Блэк, если бы напали на членов твоего рода… если бы вырезали твоих детей и украли твои артефакты… что бы ты делал? Взял бы с них виру золотом?

Граф отвернулся, скрипнув зубами. Он понимал, что проиграл. По законам чести, по законам магии, по законам самой Греи — кровь смывалась только кровью.

— Она ваша, — произнес Карус, отступая на шаг.

Элеонора взвизгнула, пытаясь броситься к ногам Блэка, но воздух вокруг неё сгустился. Оранжевые путы, похожие на расплавленную магму, оплели её тело. Они не обжигали, но держали крепко, лишая возможности двигаться.

Я переглянулся с Мишелем. После чего я подошёл к вампирше. Она смотрела на меня с животным ужасом, понимая, что ни Блэк, ни её ранг, ни её скорость больше не имеют значения.

Когда тело Элеоноры, иссушенное моим заклинанием до состояния мумии, окончательно рассыпалось серым прахом, я первым делом открыл галоизображение, и сердце пропустило удар. За один день я отправил на перерождение двух «S» ранговых одарённых.

Взгляд невольно метнулся в сторону тюрьмы. Там, в глубокой темнице, сидел Варис. Меня отделяло всего два уровня от семьдесят первого.

— Тебе легко говорить о справедливости, Карус, — проворчал граф Блэк, с отвращением глядя на то место, где ещё секунду назад корчилась в агонии Элеонора. В его голосе не было раскаяния, только усталость и злоба. — Легко быть таким добреньким и справедливым, когда твой народ собирается покинуть Грею, оставив этот мир гнить. — Он сделал паузу. — Мне же приходится разбираться с тем дерьмом, которое осталось ещё со времен окончания Божественных войн! — рявкнул граф, тыча пальцем в сторону юга. — Скажи, с кем мне останавливать вестников? С этими мальчишками? С кучкой гвардейцев? Я собираю каждый меч, каждого мага, способного держать строй против Бездны. А ты позволяешь им резать «S» ранговых, как свиней на бойне!

Карус даже не моргнул. Он проигнорировал истерику Блэка, словно тот ничего не сказал.

Вместо ответа ему, дракон медленно повернул голову в нашу с Мишелем сторону.