Он пристально посмотрел на огромное лицо. Ему потребовалось сорок лет, чтобы понять, что за улыбка таится в его темных усах. О жестокое, бесполезное недоразумение! О упрямый и своевольный беглец, не желавший припасть к любящей груди! Две пахнущие джином слезы скатились по его носу. Но это хорошо, все правильно, борьба окончена. Он одержал победу над самим собой. Он любил Большого Брата.
КОНЕЦ
Приложение
Принципы новодиалекта
Новодиалект, официальный язык Океании, был разработан для того, чтобы отвечать идеологическим потребностям Ангсоца, или Английского Социализма. В 1984 году еще никто – ни в письменной, ни в устной речи – не использовал новодиалект как единственное средство общения. Передовые статьи в «Таймс» писались на нем, но это требовало TOUR DE FORCE – особого мастерства и ловкости, а потому поручалось лишь специалистам. Ожидалось, что в конечном итоге новодиалект вытеснит старый язык (или стандартный английский, как мы будем его называть) к 2050 году. Между тем он неуклонно приобретал все большую популярность, и все члены Партии проявляли тенденцию к частому использованию слов и грамматических конструкций новодиалекта в повседневной речи. Версия 1984 года, закрепленная в Девятом и Десятом изданиях Словаря новодиалекта, считалась промежуточной и содержала много лишних слов и архаических форм, которые позже были запрещены. Мы рассмотрим здесь окончательную, совершенную версию, нашедшую отражение в Одиннадцатом издании Словаря.
Цель новодиалекта заключалась не только в том, чтобы обеспечить средства выражения мировоззрения и ментальных привычек, соответствующих Ангсоцу, но и в том, чтобы сделать невозможными все иные способы мышления. Предполагалось, что когда новодиалект будет полностью принят навсегда и всеми, а старый язык забыт, то еретические мысли – то есть мысли, отходящие от принципов Ангсоца – станут в буквальном смысле слова невозможными, по крайнем мере, в том отношении, в каком мышление зависит от слов. Словарный запас был как раз и сконструирован таким образом, чтобы придать точное и часто очень тонкое выражение каждому слову, которое может понадобиться члену Партии, но при этом исключить все остальные значения, а также саму возможность прийти к этим значениям какими-либо косвенными способами. Цель достигалась отчасти с помощью изобретения новых слов, но главным образом за счет изъятия нежелательных лексических единиц и очищения оставшихся слов от неортодоксальных значений, так чтобы вообще (насколько это возможно) исключить все побочные значения. Приведем один пример. Слово свободный все еще существовало в новодиалекте, но могло использоваться только в таких выражениях, как «собака свободна от блох» или «поле свободно от сорняков». Его нельзя было использовать в старом значении, таком, как «политически свободен» или «интеллектуально свободен», так как политическая свобода, равно как и свобода мысли больше не существовали как понятия, а следовательно, отпала и надобность их называть. Помимо отмены явно еретических слов, сокращение лексики считалось самоцелью, и ни одному слову, без которого можно обойтись, не дали возможности выжить. Новодиалект создавали не для того, чтобы расширить, а для того, чтобы СОКРАТИТЬ круг мышления, и этой цели косвенным образом способствовал процесс урезания выбранных слов до минимума.
Как нам известно, новодиалект основывался на английском языке, хотя многие новые новодиалектные выражения, даже не содержащие новообразованных слов, были бы едва понятны носителям английского языка в наше время. Словарный запас новодиалекта делился на три отдельных разряда, получивших название лексика А, лексика В (так называемые сложные слова) и лексика С. Проще было бы описать каждый разряд отдельно, но грамматические особенности языка можно рассмотреть в разделе, посвященном лексике А, поскольку для всех трех категорий действовали одни и те же правила.
ЛЕКСИКА А
В лексику А входили слова, использующиеся в повседневной жизни, для обозначения таких процессов, как прием пищи, питье, работа, надевание одежды, подъем и спуск по лестнице, езда на транспортных средствах, садоводство, приготовление пищи и тому подобных. Она почти полностью состояла из слов, которые нам известны сегодня, таких, как ударять, бежать, собака, дерево, сахар, дом, поле, но по сравнению с современным английским словарем их количество было крайне мало, в то время как их значения были определены намного более жестко. Все двусмысленности и оттенки из них полностью вычистили. Насколько это было возможно, новодиалектное слово разряда А представляло собой просто короткий звук, выражающий ОДНО ясно понимаемое понятие. Словарь А совершенно не подходил для литературных целей или для политических и философских дискуссий. Он предназначался лишь для выражения простых, целевых мыслей, обычно касающихся конкретных предметов или физических действий.
Грамматика новодиалекта имела две бросающиеся в глаза особенности. Первая состояла в почти полной взаимозаменяемости различных частей речи. Любое слово языка (в принципе это применимо даже к таким абстрактным словам, как если или когда) могло использоваться и как глагол, и как существительное, и как прилагательное или наречие. Между формами глагола и существительного, если они имели общий корень, не существовало никаких различий, и это правило само по себе вело к разрушению многих архаических форм. Например, слова мысль в новодиалекте не было. Вместо него существовало слово думать, которое служило одновременно и существительным, и глаголом. Никакие этимологические принципы не соблюдались: в некоторых случаях производным словом становилось существительное, а в других – глагол. И даже там, где в родственных значениях существительного и глагола этимологическая связь отсутствовала, какое-то из слов часто выводилось из употребления. Например, исчезло слово резать, поскольку его значение успешно заменили глаголом-существительным нож. Прилагательные образовывались от глаголов-существительных с помощью суффикса – ен(н), а наречия – с помощью прибавления – е. Так, к примеру быстренный означало «быстрый», а быстре – «быстро». Наши современные прилагательные – быстрый, сильный, большой, черный, мягкий – в новодиалекте существовали, но их общее количество было крайне мало. Потребность в них практически отсутствовала, так как почти любое прилагательное можно было получить, прибавив к глаголу-существительному суффикс. А вот привычные нам наречия не сохранились там вообще, за исключением нескольких, уже оканчивающихся на – е: других вариантов концовок у этой части речи просто не было. Например, слово хорошо заменили на хороше.
Кроме того, любое слово – и этот принцип был применим ко всем словам языка – образовывало отрицание посредством добавления приставки не-; его можно было усилить с помощью приставки плюс-, или придать еще большую степень приставкой дваплюс-. Так, к примеру, слово нехолодный означало «теплый», в то время как плюсхолодный и дваплюсхолодный значили соответственно «очень холодный» и «невероятно холодный». Как и в современном английском, в новодиалекте можно было менять значение почти любого слова, снабжая его такими приставками, как перед-, пост-, вверх-, вниз- и т. д. Эти правила весьма соответствовали задаче масштабного сокращения словарного запаса. Возьмем, например, слово хороший; его наличие отменяло необходимость в слове плохой, поскольку требующееся значение равным образом замечательно – на самом деле даже лучше – могло быть выражено словом нехороший. Для того, чтобы принять решение о том, какое из слов изъять, всего-то и нужно было образовать естественную пару антонимов. Темный можно было заменить несветлым, или светлый – нетемным, в зависимости от предпочтений.
