Пуришкевич с вниманием выслушал частного сыщика.

— Итак, у Светланы два ухажера. Об этом журналисте я уже наслышан, как-никак прессу читаю. Парень молодой, горячий, и тем не менее он не альфонс и не жиголо, так что пусть ухаживает — я не возражаю. А вот Фархаду я уже дал от ворот поворот, но он еще не угомонился, — проговорил поляк и нахмурился.

— Мне хотелось бы все-таки уточнить, какие у вас отношения с дочерью? — осведомился Кирюхин.

Плечи Пуришкевича поникли, и он опечаленно вздохнул.

— Она никогда меня не слушала и по любому вопросу имела свое мнение. Она скрытна, во всяком случае, от меня. Признаюсь, это меня очень раздражает.

— Как вы к ней относитесь?

— Я ее люблю. Но я всегда был занят работой. У меня не было времени уделять ей должное внимание. Дочерью всегда занималась Ядвига. И тем не менее я за нее ответствен перед Богом, поэтому мне пришлось вас нанять.

— Все дело в том, что дочь ненавидит вас, — сказал Кирюхин. — Причина мне пока не ясна.

— Ну что ж. Я ее понимаю. Свой выбор она сделала.

— В настоящее время именно Фархад для вас источник опасности. От него исходит угроза.

— Что вы предлагаете?

— Усильте свою охрану.

— Неужели вы не понимаете, что если меня захотят убить, то никакая охрана не спасет? — проговорил Пуришкевич. — Нужно смотреть в корень проблемы и там искать выход из создавшейся ситуации.

* * *

Было утро следующего дня. Николай Кирюхин находился в своем кабинете. Звонил подполковник Щербаков.

— Привет. У меня две новости: одна хорошая, другая плохая.

— Начинай с хорошей.

— Мы обнаружили марихуану в доме Искандерова. Фархад задержан.

— Поздравляю.

— А теперь плохая: звонила Ядвига Новак и сообщила, что из дома исчез Пуришкевич. Она пояснила, что Казимир никуда не собирался уезжать, а тем более без нее, так как он с трудом передвигается.

— То, что он инвалид, мне известно, — сказал частный сыщик.

Кирюхин уже знал об этой новости от Захара Орехова, который полчаса назад ему позвонил. Сыщик поручил Захару на месте провести частное расследование.

— Я направил туда оперативников, — продолжил подполковник полиции, — они обнаружили в садовой беседке пьяного охранника Туликова. Оказалось, вечером он выпил спиртное и уснул. Он не помнит, откуда у него взялась водка. В остатках содержимого бутылки эксперты обнаружили клофелин, который в сочетании с алкоголем ускоряет опьянение и усыпляет. Тупиков оказался крепким, поэтому для него это не закончилось летальным исходом.

— Если Казимира похитили, то должны были остаться какие-то следы в доме, — предположил Кирюхин.

— Ничего подозрительного не обнаружено, — сказал Щербаков. — Мне кажется, это инсценировка. Вероятно, ему стало известно, что мы подозреваем его, поскольку проводим предварительную проверку гибели его жены и тестя. У него не выдержали нервы, и он мог уехать на родину. Там мы вряд ли его достанем.

— Тогда не понимаю, зачем было Ядвиге поднимать тревогу раньше времени? Насколько мне известно, он ей безгранично доверяет. Она живет с ним давно, воспитывала его дочь, ухаживала за ним и вела хозяйство. Ядвига стала членом семьи и была в курсе всех дел.

— А может быть, она прекрасная актриса и с ним в сговоре.? — возразил Щербаков.

— Не вижу логики. После ее заявления вы сразу же дали ориентировку на его розыск. А ведь Пуришкевич мог и не успеть пересечь границу.

— Почему ты так думаешь?

— Да потому что я видел его вчера вечером. А Ядвига сообщила о его исчезновении сегодня утром. В его распоряжении одна ночь. Этого слишком мало.

— Ну почему же. Если все заранее подготовлено, то можно успеть, — сказал подполковник.

— Думаю, его все же похитили, но прежде подпоили охранника, чтобы не мешал, — предположил частный сыщик.

— Но с какой целью, да и кому он нужен? О его окружении мы ничего не знаем.

— Наверное, он кому-то мешал, — ответил Кирюхин. — Нужно разбираться.

— Мы этим как раз занимаемся, — заключил Щербаков, и связь прекратилась.

В полдень Кирюхин вновь позвонил Орехову:

— Что новенького?

— В Знаменском я нашел человека, который вывел меня на след.

— Кто он?

— Григорий Панов — владелец автомастерской. Тупиков его сосед, и в свободное время у него подрабатывает. В мастерской я нашел точно такую же бутылку, как та, которую криминалисты изъяли у Туликова, — сообщил Орехов. — Вчера к Григорию Панову приезжал родной брат Аркадий Панов с дружком, чтобы провести диагностику автомобиля. Но, я думаю, это был лишь повод. За работу он рассчитался водкой. Тупиков спешил на дежурство. Аркадий вызвался довезти его до места. Похоже, что именно он угостил охранника отравленной водкой.

— Это вполне вероятно, — сказал Кирюхин и отключил связь.

Элитный отель «Шехерезада» как временное жилище Светлану Никольскую вполне устраивал. Был полдень, и она, накрыв небольшой стол, ждала гостя сидя в кресле.

На ней было шифоновое платье цвета сирени, с глубоким вырезом, достаточным, чтобы показать ложбинку между грудей, и > внушительное ожерелье из натурального жемчуга.

— Привет, Федор, — пропела она, когда в дверях появился Лукашин, и вышла ему навстречу. — Я рада, что ты пришел.

Мужчина восторженно смотрел на девушку, потом обнял и поцеловал.

— В этом платье ты очаровательна и чудесно выглядишь.

— Благодарю за комплимент. Прошу к столу.

На столе стояла бутылка сухого вина и десерт.

— Разреши, я поухаживаю, — сказал он и наполнил вином бокалы.

Они выпили.

— Очень вкусно, — вымолвил он и, приблизившись к ней, обнял.

— Не торопись, дорогой.

— Когда вижу тебя, я забываю обо всем, — произнес он, не зная о том, что каждое слово, сказанное в этом помещении, прослушивается через микрофон, вмонтированный в стол.

Светлана подняла брови, и он прочитал в ее зеленых глазах горячее желание. Его охватила волна страсти, и он принялся неумело раздевать девушку. Но она в несколько секунд сбросила с себя платье и освободилась от ожерелья.

Он отнес ее на кровать и начал пылко целовать.

— Я еще никогда не желал девушку так сильно.

Ее покорность подстегнула его страсть. Она рассмеялась, встряхнула головой, и веселые чертики заплясали в ее изумрудных глазах. Светлана была просто смята его напором, ничего подобного она не испытывала в своей короткой жизни.

Потом они отдыхали.

Неожиданно входная дверь распахнулась, и на пороге появился Мустафа с двумя помощниками: Аркадием Пановым и Матвеем Кабановым.

Светлана набросила на себя покрывало.

— Мы не закрыли дверь, — пролепетала она в ужасе.

Федор едва успел надеть брюки, как получил сокрушительный удар по голове и упал на пол…

В сознание он пришел от резкого запаха нашатыря, болела голова. Смуглый тип склонился над ним. Темные глаза внимательно следили за каждым его движением. Федор вспомнил азиата из ночного клуба «Emerald», чью мерзкую рожу он хорошо запомнил, и почувствовал холод, прокатившийся по спине. «Я должен был это предусмотреть», — подумал он.

Светланы в комнате не было. Рядом с ним лежал на спине мужчина. Его туловище было накрыто покрывалом, из-под которого выглядывал край рукоятки пистолета. Почерневшая кровь запачкала серебристые волосы и образовала лужу вокруг головы.

— Что здесь произошло? — спросил Лукашин.

— Я бы тоже хотел знать, — угрожающе произнес Мустафа, сжимая кулаки и выставив вперед подбородок. — За что ты застрелил Пуришкевича?

Федор начал было подниматься, но получил сильнейший удар в скулу, отбросивший его на прежнее место. В голове зашумело. Комната начала медленно кружиться. Он закрыл глаза, притворившись, что потерял сознание, а сам мысленно оценивал непростую ситуацию: «Эти парни действуют жестко. На меня хотят повесить убийство. Вот и пистолет подложили, позже выяснится, что на нем мои отпечатки пальцев. А ведь Кирюхин предупреждал не связываться со Светланой».