В пути старший лейтенант Гримхольд грустно размышляла о том, что первый обучающий выезд со стажером “на труп” превратился в настоящее убийство. Обычно студентов-практикантов и выпускников Академии Магполиции старались привлекать к расследованию убийств не сразу. Сначала им давали задания по розыску – чтобы новички ощутили азарт поиска, потом брали на некриминальный труп, например на утопленника или самоубийцу. И только в последнюю очередь допускали к расследованию убийств, считая это действием высшей сложности.

То ли повезло парню, то ли нет…

Вилла бросила взгляд на стажера, рассматривая его в полумраке улиц Тролльбурга, пока мобиль мчался по пустынному тракту. Крепок, силен. Она бы решила, что парень годится в оперативники – разнимать драки, задерживать разбойников, “брать” незаконные игорные дома и опийные курильни. Но в деле верзилы диплом с отличными отметками по криминалистике, праву, следственным действиям и прочим специализированным дисциплинам, более подходящим следователю. Да и Академия это не ускоренные курсы для оперов.

Почувствовав ее взгляд, стажер ответил прямым взором черных глаз. Вилла высокомерно подняла брови, но Риз не смутился:

– Госпожа старший лейтенант, вы позволите мне вместе с вами навестить патологоанатома?

Вилла склонила голову к плечу, размышляя, и в итоге кивнула. Но предупредила:

– Только не обольщайтесь, баба Яся не бабулька с метлой. Держите рот на замке!

Стажер удивился, но кивнул, принимая информацию к сведению.

В отделении они сначала ввалились в кабинет, заперли улики в шкафу для оных и сели писать отчет.

Вилла даже похвалила стажера за то, что он внимательно отнесся к содержимому сумочки и описал каждую безделушку.

– Странная сумочка, – сказала она, копируя список содержимого улики.

– Что странного? – вскинулся стажер.

– Покойница выглядела как бабулька лет семидесяти-восьмидесяти, а в сумочке у нее зелье от беременности, запас гигиенических средств, косметика для молодой женщины или даже девушки, да еще амулет от дурных болезней. Там точно документов не было?

Риз почесал затылок:

– Я не нашел! – дипломатично сказал он.

Вилла тяжело вздохнула, вскрыла мешок с уликами и сама лично перетряхнула сумочку. В потайном отделении она внезапно нашла документы.

– Так-так-так! – Девушка открыла паспорт и ахнула: – Риз! Этой старушке всего двадцать лет!

– Не может быть! – Парень тотчас вскочил и заглянул наставнице через плечо: – Это вот такая она была?

– Все документы здесь на имя Серены Мейран. Сильфида-полукровка. Нежная блондинка…

– Там седые космы торчали клоками! – не поверил Брэндон Риз.

– Здесь есть отпечаток ауры! – Вилла помахала разрешением на магические воздействия. – Идем к бабе Ясе! Сравним!

Упрятав улики в шкаф, следователь и стажер понеслись в подвал – именно там располагался маленький морг в который свозят криминальные трупы их района.

У самых окованных серебром дверей старший лейтенант Гримхольд притормозила, придала себе степенный вид и решительно повернула ручку, украшенную знаками солнца и огня.

Стажер вошел следом, аккуратно осматриваясь.

В принципе, все морги участков и отделений ОМС спроектированы одинаково. Подвал без окон, снабженный шкафами-холодильниками, тремя-четырьмя секционными столами, прихожей для посетителей и парой кабинетов для врачей и санитаров.

Пройдя через “предбанник”, весь покрытый защитными рунами, Вилла осторожно открыла посеребреную дверь и крикнула:

– Госпожа Эсмеральда! К вам можно?

– Заходи, деточка, заходи! – раздался из полумрака бодрый немолодой голос.

Вилла потянула стажера за собой и через минуту они очутились в круге света большого синеватого светильника.

– Простите, что поторопились, – сказала Гримхольд в темноту, – мы нашли в сумочке жертвы документы… По ним ей двадцать лет!

– А я хотела за вами посылать. – В круг света выдвинулась уютная, округлая бабулечка с кудрями на голове, подхваченными банданой. – Не бьется у меня возраст и все тут!

– Как “не бьется”?

– Смотри сама, Ведьма, – произнесла баба Яся и, развернувшись, вкатила в круг света стол на котором лежит старушка. Тощая, сморщенная старушка. – Что ты видишь?

– Женщину лет восьмидесяти, если на человеческий счет, – уверенно сообщила лейтенант Вилла Гримхольд.

– Внешне – да, – согласилась “баба Яся”, – а вот внутри… Зубы – все на месте. В деснах они правда не держатся, но все на месте и целы! Волосы седые, но я тебе скажу, я не у каждой молодой красотки такую гриву видела! Правда лезут клоками, но оценить можно. Ногти! Тонкие, аккуратные, под маникюром – на жутко скрюченных старческим артритом пальцах! Еще у этой как бы старушки целы все кости! Если я в моем юном возрасте упаду с высоты собственного роста – я переломаю себе все! У этой же старушки все цело!

– Так может она не падала? – высказался из-за спины Виллы стажер Риз.

Гримхольд дернулась, борясь с желанием его стукнуть, хотя такого плечистого попробуй стукнуть. Баба Яся и так с ними разболталась до официального отчета! И она страшно не любит, когда ее перебивают! Да еще зеленые стажеры!

– Заинька, – кровожадно улыбнулась госпожа Эсмеральда, – ты кто?

– Стажер Брэндон Риз! – отрапортовал парень. – Позывной “Дракон”!

– А почему “Дракон”? – полюбопытствовала старушка, с интересом поглядывая на парня. Тот охотно закатал рукав, показывая затейливую татушку в виде дракона.

– Ох, Ведьма, кто тебе такой подарочек подкинул? – удивилась баба Яся.

– Майор Шад, кто же еще? – вздохнула Вилла. – Сказал нужно учить молодое поколение, вдруг участок решат расширять?

– Ладно, как молодому и зеленому объясню тебе несколько правил. Меня зовут госпожа Эсмеральда, я тут патологоанатом. Можешь звать баба Яся!

Лейтенант Гримхольд закашлялась и получила от стажера такой хлопок по спине, что чуть не улетела под секционный стол! Ей самой пришлось раскрыть почти десяток дел, прежде чем госпожа Эсмеральда разрешила ей иногда звать себя “баба Яся” и приходить за ответами до официального отчета! А этому стажеру за что такой бонус?

Видимо лицо девушки оказалось очень выразительным, потому что старушка снизошла до объяснений:

– Парень толковый и вопросы задает правильные. Эта бабулька точно упала, потому что есть ссадины на лбу, руках и коленях. Ее ударили в спину, а потом не удержали. Она упала вперед, немного поцарапала кожу, и тогда ей вырезали сердце. Через спину.

– Значит та дыра не случайность, – пробормотала Вилла.

– А сердце забрали? – задумчиво спросил Риз.

– Забрали, – нахмурилась баба Яся, – и, кажется, вместе с сердцем забрали и молодость…

– Разве такое возможно? – вскинулась лейтенант Гримхольд.

– Знаешь, детка, я на белом свете почти пять сотен лет живу, чего только не видала. Именно такого на моей памяти не случалось, но Тролльбург большой. Отправь запрос в архив!

– Отправлю, но… Давайте я на всякий случай ауру сличу. Тут в документах отпечаток есть!

– Да сличай! Я потом допросить попробую. Хотя сто процентов уверена – она убийцу не видела! Со спины к ней подошли!

– Ну может хоть скажет, где была? – вздохнула следователь. – Нашли ее случайно, почти за городом, у конюшни пегасов.

– В таком наряде она точно не на коне верхом каталась, – фыркнула баба Яся, указав на груду грязных тряпок, срезанных с трупа. – Белье от “Дамских штучек”, туфли от “Маг и башмак”, платок с ручной росписью от русалок… Дорогая была дамочка.

Вилла вынула карточку магрегистрации, подошла к телу и сравнила потускневший ореол с изображением. К ее удивлению основные линии совпали.

– Увы, это Серена Мейран! – объявила госпожа следователь, несколько раз сверившись с карточкой. – Завтра отправлю Лоркана или Кинана проверить адрес проживания и известить родных.

– Только учти, – хмыкнула баба Яся, – в таком виде они ее не опознают!

– Попробую предъявить одежду, сумочку, личные вещи, – вздохнула в ответ Вилла.