– Ах, оставьте его! – предводитель сказал.

Надо помнить про цель основную.

Уж закат запылал над вершинами скал:

Время Снарком заняться вплотную!

Вопль восьмой

Исчезновение

И со свечкой искали они, и с умом,

С упованьем и крепкой дубиной,

Понижением акций грозили притом

И пленяли улыбкой невинной.

Из ущелий уже поползла темнота,

Надо было спешить следотопам,

И Бобер, опираясь на кончик хвоста,

Поскакал кенгуриным галопом.

– Тише! Кто-то кричит! – закричал Балабон.

Кто-то машет нам шляпой своей.

Это – Как Его Бишь, я клянусь, это он,

Он до Снарка добрался, ей-ей!

И они увидали: вдали, над горой,

Он стоял средь клубящейся мглы,

Беззаветный Дохляк – Неизвестный Герой

На уступе отвесной скалы.

Он стоял, горд и прям, словно Гиппопотам,

Неподвижный на фоне небес,

И внезапно (никто не поверил глазам)

Прыгнул в пропасть, мелькнул и исчез.

«Это Снарк!» – долетел к ним ликующий клик,

Смелый зов, искушавший судьбу,

Крик удачи и хохот… и вдруг, через миг,

Ужасающий вопль: «Это – Бууу!..»

И – молчанье! Иным показалось еще,

Будто отзвук, похожий на «джум»,

Прошуршал и затих. Но, по мненью других,

Это ветра послышался шум.

Они долго искали вблизи и вдали,

Проверяли все спуски и списки,

Но от храброго Булочника не нашли

Ни следа, ни платка, ни записки.

Недопев до конца лебединый финал,

Недовыпекши миру подарка,

Он без слуху и духу внезапно пропал —

Видно, Буджум ошибистей Снарка!

Из ранних стихов

Моя фея

Среди других волшебных фей

Одну я знаю фею;

Она мне говорит: – Не смей! —

И я уже не смею.

Захочется ли мне вздремнуть,

– Не спи! – она внушает.

Вина ли вздумаю глотнуть,

– Не пей! – предупреждает.

Порою станет мне смешно,

Она грозит: – Не смейся!

На Кэти загляжусь в окно,

Бормочет: – Не надейся!

– Так что же делать? – я вскричал,

От возмущенья розов.

Но тот же голос отвечал:

– Не задавай вопросов!

Мораль: Нельзя, и точка!

Загадочный гость

Помнится, я отдыхал за чтеньем какой-то брошюры,

Как вдруг: тук-тук-тук! – тихий звук, как ветерка дуновенье,

Раздался за дверью. Я крикнул сердито и громко: «Эй, кто там,

Хватит за дверью переминаться – входите!»

Робко вошел он, держа в руках цилиндр и перчатки,

И чрезвычайно учтиво, почтительно мне поклонился.

«Кто вы?» – вскричал я, озлясь. А он любезнейшим тоном,

Руку к сердцу прижав и кланяясь низко, ответил:

«Ваш препокорный слуга, господин Прикурамшувель”,

В бешенстве я колокольчик схватил и затряс им: «Эй, Энди,

Джордж, Томми, Дик! – завопил я. – Выставьте тотчас за двери

Этого господина!» Мой гость на меня без упрека, но с грустью

Тихо взглянул, смиренно попятился к двери,

Низко опять поклонился – и так, держа руку у сердца,

Со всевозможной учтивостью кротко навек удалился.

Мелодии

1Один рядовой втихомолку

Втыкал себе в ухо иголку.

Но потом это дело

Ему надоело,

И бедняга ушел в самоволку.

2Смастерил безобидный чудак

Из газетной бумаги колпак.

Но колпак зашатался,

И бедняк разрыдался:

«Видно, время пошло враскосяк!»

Из сб. «Фантасмагория»

Морские жалобы

Немало в мире гадких есть вещей —

Налоги, пауки, долги и хвори…

Но всех вещей несносней и глупей

Та, что зовется – Море.

Что значит море? Вот простой ответ:

Ведро воды разлейте в коридоре,

Теперь представьте – луже краю нет.

Вот что такое Море.