Деликатесной ухи!
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ Ах-Ох-Ух-и-и-и!
⠀⠀ ⠀⠀ Ах-Ох-Ухи!
⠀⠀ ⠀⠀⠀Деликате-е-есной,
⠀⠀ ⠀⠀ Дивной рыбацкой
⠀⠀ ⠀⠀ Ах-Ох-Ух-и-и-и!
⠀⠀ ⠀⠀ Ах-Ох-Ухи!
⠀⠀ ⠀⠀
Мясо и дичь — все чепуха!
Радует душу только Уха!
Кто не отдаст все на свете за две
Ложки ухи, тот, конечно, не ел
Дивной, рыбацкой ухи!
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ Ах-Ох-Ух-и-и-и!
⠀⠀ ⠀⠀ Ах-Ох-Ухи!
⠀⠀ ⠀⠀⠀Деликате-е-есной
⠀⠀ ⠀⠀ Дивной рыбацкой
⠀⠀ ⠀⠀ Ах-Ох-Ух-и-и-и!
⠀⠀ ⠀⠀ Ах-Ох-Ухи!
⠀⠀ ⠀⠀
— Припев два раза! — крикнул Грифон, и Деликатес начал было повторять припев, как вдруг издали донесся крик:
— Суд идет!
— Бежим! — завопил Грифон и, схватив Алису за руку, помчался со всех ног, не дожидаясь окончания песни.
— Какой суд? — спросила Алиса, задыхаясь от бега. Но Грифон только повторил: «Бежим!» — и помчался еще быстрей, и лишь легкий морской ветерок приносил к ним замиравшие в отдалении душераздирающие слова:
⠀⠀ ⠀⠀
Ах! Ох! Ух! И! И! И!
Ах! Ох! Ухи!
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
Глава одиннадцатая,
в которой выясняется, кто стащил пирожки
⠀⠀ ⠀⠀
Когда Алиса с Грифоном прибежали, Король и Королева уже сидели на троне, а кругом собралась огромная толпа: пичужки, зверюшки всех видов и пород, не говоря уже о картах всех мастей. Перед судейским троном стоял в цепях под охраной двух солдат — один справа, другой слева — Червонный Валет.
По правую руку от Короля находился Белый Кролик, с трубой в одной лапке и пергаментным свитком в другой.
⠀⠀ ⠀⠀
Между прочим, в Англии судьи и до сих пор носят парики, хотя лягушки, караси и лакеи уже давно их не носят (а может быть, и никогда не носили). Спросите, зачем носят? По-моему, для важности.
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
А в самом центре судебного зала стоял стол, а на нем красовалось большое блюдо с пирожками, и вид у них был такой аппетитный, что у Алисы прямо слюнки потекли. «Хорошо бы, суд уже кончился и позвали к столу!» — подумала она.
Но так как, судя по всему, до этого было еще очень далеко, она, чтобы скоротать время, стала рассматривать все окружающее.
Хотя Алиса раньше никогда не бывала в суде, она читала про суд в книжках, и ей было очень приятно отметить, что она знает, как тут все — или почти все — называется.
«Вот это судья, — сказала она про себя. — Кто в большом парике, тот и судья».
Судьей, кстати, был сам Король, и так как на парик ему пришлось надеть корону (посмотрите на картинку на странице 143, если хотите узнать, как он с этим справился), он очень стеснялся — такой наряд был ему явно не к лицу.
«А вот эти двенадцать тварюшек (она не могла найти другого слова — ведь там были и птички и зверьки) — это, наверное, пристяжные… нет, присяжные!»
Алиса не без гордости раза два-три повторила это слово. «Вряд ли много найдется девочек в моем возрасте, а то и старше, — подумала она, — которые слыхали такое слово и знают, что оно значит».
Пожалуй, она была права, хотя слово «заседатели» было бы ничуть не хуже.
Присяжные сидели на большой скамье, стоявшей на возвышении («Это скамья присяжных», — подумала Алиса). У всех у них были грифельные доски, и все они что-то деловито записывали.
— Что это они? — шепнула Алиса Грифону. — Записывать-то нечего, суд еще не начался!
— Они записывают свои имена, — тоже шепотом ответил Грифон, — боятся забыть, как их зовут, пока процесс кончится.
— Вот дураки-то! — начало было Алиса громко выражать свое возмущение, но тут же осеклась — Белый Кролик закричал:
— Соблюдать тишину в зале заседания!
А Король надел очки и обвел зал настороженным взглядом, разыскивая нарушителя тишины.
Присяжные (Алиса прекрасно это видела) принялись записывать на своих досках: «Вот дураки-то»; она даже заметила, что один из них не знал, как пишется слово «дураки», и попросил соседа подсказать.
«Да уж они там понапишут, — подумала Алиса, — могу себе представить!»
⠀⠀ ⠀⠀
Если вы не будете путать присяжных (заседателей) и пристяжных (лошадей), у вас будет не меньше оснований гордиться собой, чем у Алисы. Даже больше: ведь сейчас гораздо реже, чем сто лет назад, встречаются и те и другие.
⠀⠀ ⠀⠀
На беду, у кого-то из присяжных грифель все время отчаянно скрипел. Алиса, понятно, не могла этого вынести; она обогнула зал, подошла к присяжному сзади и, улучив момент, выхватила у него грифель. Проделала она это так ловко и быстро, что бедняга присяжный (это был как раз Тритон Билль) даже не понял, что произошло. Он долго искал свой грифель, но так и не нашел и в конце концов решил писать просто пальцем. Правда, пользы от этого было не особенно много, так как палец не оставлял на доске никаких следов.
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
— Глашатай! Огласи обвинительное заключение! — произнес Король.
Белый Кролик выступил вперед, трижды протрубил в свою трубу, развернул пергаментный свиток и торжественно начал читать:
⠀⠀ ⠀⠀
Эне, бене, рес —
Квинтер, финтер, жес!
Эне, бене, раба —
Квинтер, финтер, жаба!
Все пришли к Червонной Даме
Выпить чаю с пирожками.
Пирожков у Дамы нет:
Пирожки стащил Валет!
⠀⠀ ⠀⠀
— Удаляйтесь на совещание! — приказал Король присяжным.
— Что вы, рано, рано! — поспешно вмешался Кролик. — У нас еще целая куча работы!
— Ну что ж, куча так куча, — уныло сказал Король. — Вызвать первого свидетеля!
Белый Кролик вновь трижды протрубил в трубу и провозгласил:
— Вызывается первый свидетель!
Первый свидетель оказался Шляпой. Он явился с чашкой чаю в одной руке и бутербродом в другой.
